Veritas
Шрифт:
Куда?
Ужас стискивал горло ледяной хваткой.
Какого Тырха?
Золотисто-багровый коридор резко оборвался. Перед глазами возникли кованые врата в бальный зал. Закрытые. Без охраны.
Музыка за ними притихла, как и гудение толпы.
«Опоздал?» — с замирающим сердцем подумал Далеон.
Зазвенела ложечка об бокал, призывая собравшихся к вниманию. Ропот гостей стих и зазвучал бархатистый, до радостного волнения знакомый, голос.
— Раф? — удивился король.
Как же он
Как далёкое эхо Далеон улавливал обрывки речи брата. Что-то про первый праздник года, пробуждение природы, и новые силы, с которыми некие «мы» примутся за дела королевства. Он упомянул «вектор новой политики». Какой именно, король не расслышал. А под конец провозгласил:
— Да будет так! С праздником!
Толпа разразилась одобрительным улюлюканьем и звоном бокалов.
У Далеона отлегло на душе. Он решительно вдохнул, улыбнулся и толкнул тяжёлые створки.
Да так и… замер.
Не роскошество и блеск залы, полный блистательных дворян поразили его. Не громкая помпезная музыка и не дорогой старший брат на пьедестале у трона. А… пустота.
И хаос.
Полумрак с мерцающими огнями. Бесчисленные мечущиеся, как блохи в банке, тени. Грохот, вопли ужаса, звуки яростной борьбы, звон мечей и брони, выкрики, приказы. Вонь крови. И лужи под подошвами. Багряные брызги на полу, на колонах, на стенах
Король вздрогнул — горячие капли упали на лицо.
Он стер их дрожащими пальцами и увидел на подушечках красные разводы. Такие яркие, что казались неестественными. Как разбавленная краска или вино, а не… Боги! Нет. Нет!
Но, сколько бы ни отрицал, Далеон чуял от жидкости мерзкое зловоние ржавых монет.
Вонь щекотала язык и нёбо, от ужаса перехватывало дыхание, к горлу подкатывала тошнота. Король желал всё это прекратить. Остановить.
Разруху.
Вражескую атаку.
Выключить.
Дурной визг испуганных женщин.
Предсмертные всхлипы.
Захлёбывающийся хрип.
И не мог ничего поделать. Только в отчаянном бессилии впиваться ногтями в ладони и стискивать зубы до скрипа. Как помочь призракам? Как помещать невидимкам громить зал и убивать его людей и нелюдей?
Он не знал и беспомощно наблюдал:
Тени и вопли.
Скрежет и звон металла.
Ругань и взрывы.
Треск пламени в свечах и собственное слишком громкое дыхание.
«Так не бывает», — повторил в мыслях.
Всё это нереально.
— Нереально, — пробормотал и осознал, что оказался во сне.
Картинка мрачного зала застыла и треснула, как стекло. Сместилась на бок и сквозь раскол просочился бело-голубой свет. Он заполнил всё. Вспыхнул ослепляюще.
Морщась, Далеон прикрыл глаза ладонью. А когда свечение пошло на спад, проморгался.
Перед ним раскинулся уже знакомый по другим кошмарам пейзаж.
Разрушенная
С грохочущим сердцем, Далеон зашагал вперёд, к нему.
Горло перехватило спазмом.
Чёрные кудри в багряной луже; белесое лицо с приоткрытыми пухлыми губками, которые ещё недавно он так сладко целовал. И распахнутые в изумлении, навеки застывшие глаза.
Синие, как морские пучины, драгоценные, как сапфиры, и любимые.
Глаза Люции.
Крик.
Далеон очнулся и упал с кровати, хватая ртом воздух. На соседней постели вопила и металась по подушкам Люция.
Не помня себя, король подскочил с деревянных половиц номера и подбежал к ней.
— Люция! Люц! — в панике звал он, осторожно тряся за здоровое плечо и пытаясь отодрать побелевшие девичьи пальцы от её горла. Удавит же себя, глупая! — Это сон! Слышишь? Дурной сон. Очнись! Ну же! Пожалуйста…
Она распахнула веки и уставилась на него в ужасе. Дышала тяжело, по бледному лицу катился пот. Далеон выдохнул с заметным облегчением и потрогал её лоб.
— Надо уходить, — прохрипела девушка и смахнула его ладонь. Села. За дверью уже слышатся недовольный ропот перебуженных и перепуганных постояльцев таверны. — Немедленно.
— Что случилось? — король отвернулся, взял со спинки стула одежду и принялся надевать штаны, застёгивать рубашку. — Что тебе приснилось?
— Замок. Смерть. Пантера… Многое.
Она нахмурила брови и помотала головой, отгоняя дурные видения. Подскочила и тоже принялась собираться в дорогу. Повязки на грудь, тёплые носки, темно-коричневые брюки, пыльно-синяя туника, сапоги, распущенные чёрные кудри.
«Духи!.. Нет», — ужаснулся Далеон, узнавая наряд, и мелкая дрожь охватила его.
Король сжал кулаки и прикрыл веки, переводя дыхание.
Он не допустит такого исхода. Не позволит видению сбыться. Не даст Люции умереть. Во что бы то ни стало.
«Клянусь!» — пообещал себе, ощущая, как магия внутри одобрительно воспаряла. Забурлила.
Юноша бросил взгляд на Люцию, но лицо её оставалось мрачно-задумчивым. Она собиралась отточено и отстранённо, а мыслями явно находилась не здесь. В своём кошмаре, в столице — где угодно, но не здесь.
Далеон хотел расспросить её о многом. Возможно — поделиться своими опасениями. Им не помешало бы составить совместный план действий. Но не стал нагнетать и провоцировать девушку на новый скандал. Она остынет, поуспокоиться в дороге, и тогда, быть может, он задаст свои вопросы. Осторожно и настойчиво. Сейчас же… не будет рушить то, что с таким трудом построил.