Вереница
Шрифт:
Морган откинул спальный мешок и стал нашаривать на полке одежду.
– Я сейчас.
– Мы никуда не можем уйти, пока не зажжется свет. Приказ Эй Джи. – Софи криво усмехнулась. – Он перепугался, когда мы с Мариан ушли вчера одни, хотя нас просила прийти Астарта… Она и ее коллега – бывшие полицейские, они не участвовали в нападении и сейчас пытаются собрать тех жителей Эревона, кто остался в живых… Ну вот! – Внезапно зажегся свет. – На восемь минут позже. – Она поморщилась и сделала запись в блокноте. – Одевайся. Я верну часы и доложу, что мы уходим.
– Я не хочу, чтобы с нами шел кто-то еще, кроме ученых, – сказал
Софи обернулась в дверях. Ее льняные волосы были как раз на уровне стены.
– Сделаю все, что в моих силах.
Одевшись – это был мучительный процесс, поскольку руку пронзала острая боль при каждом движении, – Морган заскочил в лабораторию за инструментами, которые, по его мнению, могли понадобиться, а поскольку Софи еще не вернулась, он собрал всю свою смелость и пошел ее искать. Ему стало чуть легче находиться среди людей – и слава богу, потому что он нашел Софи в бухте посреди небольшой толпы, которая вечно там обреталась.
– Если вы дадите нам возможность поближе ознакомиться с проблемой, мы, возможно, сумеем предложить вам более или менее разумное решение, – резко сказала она.
– По-моему, не стоит настаивать на эвакуации, – откликнулась Виктория. – Оставшиеся в живых обитатели Эревона сами должны решить, покидать им пещеру или нет.
– А вдруг они это и сотворили? – спросил Лоуэлл.
– Эревонцы подозревают, что это сделали мы. — Софи провела рукой по волосам. – Считают, что мы им мстим, пытаемся выжить из пещеры. Мы подозреваем их, они – нас. Дайте нам шанс выяснить, что там творится – насколько мы способны это сделать. Мы постараемся понять, естественный это процесс или… вернее, нормальный или нет. Может, это сезонный цикл. Может, “Теваке” пытается установить смену дня и ночи в соответствии с временами года. Или же это вызвано эксплуатационными причинами…
– Возможно, – вмешалась Виктория, – это зависит от нашего расстояния от Солнца… или другого светила. – Она коротко рассмеялась и пояснила: – У меня в школе был друг, и он обожал фильм “Безмолвный побег”.
– Я помню! – неожиданно сказала Мариан. – Это про садовника и последние деревья. Интересный фильм, хотя и с несколько запутанной моралью. – Увидев их реакцию, она приподняла белоснежную бровь: – Надо же мне было о чем-то разговаривать с внучатыми племянниками и племянницами, кроме их успехов в учебе.
– А что вы думаете по этому поводу, доктор Морган? – спросил Лоуэлл, заметив Моргана первым из всех. Не исключено, что он способен видеть через аргиллит, с мрачной иронией подумал Морган. – Может это явление быть нормальным?
Морган замялся. В общем-то он верил в разумность этих людей – и, что более важно, в их здравый смысл.
– Если бы я заметил такое неожиданное отклонение в одном из своих экспериментов, меня бы это очень встревожило. Проблема любой сложной системы, вроде замкнутой системы жизнеобеспечения, заключается в тесной взаимосвязи различных параметров. Если один из параметров внезапно меняется, он начинает влиять на остальные. То, что параметры окружающей среды были до сих пор так стабильны, говорит о четком управлении. Насколько это управление терпимо к флуктуациям… – Он глубоко вздохнул. – Поэтому я не считаю, что это нормально.
Дойдя до конца туннеля, они почувствовали, как изменилась атмосфера. Стало холоднее, воздух был сухим, с пряным привкусом пыли. У входа в пещеру Морган
– Здесь гораздо хуже, чем было вчера, – сказала Софи.
– А где народ?
– Скорее всего там, – ответила Мариан, дернув подбородком в сторону изогнутого подъема справа. – Там довольно большая территория, которую отсюда не видно.
Она решительно зашагала направо. Софи поспешила за ней. Морган тоже потащился следом, хотя ему очень не хотелось возвращаться туда, где их держали в плену.
Не успели они дойти до подножия подъема, как навстречу им вышла женщина. На ней был коричневый кожаный пиджак, кожаные перчатки, а голова была повязана шарфом, конец которого упал ей на лицо. Она откинула его назад и встретила незваных гостей без особого восторга. Усталость и серая пыль подчеркнули морщины вокруг ее глаз и возле рта.
– Астарта! Ты, наверное, видела Стэна Моргана, но, по-моему, вы не знакомы, – сказала Софи. – Он занимался проблемами окружающей среды для НАСА. Морган! Это Астарта, бывший полицейский, правая рука Ханны и Голубки.
При упоминании о Ханне узкое неприветливое лицо женщины помрачнело еще больше.
– Что вам сказать? Вы и сами видите, – хрипло произнесла она и откашлялась. – Это началось три-четыре дня назад, а может, и раньше, кто его знает,
– Я видела кое-что, когда была у вас, – заметила Мари-ан, – но я думала, это следы от выстрелов. И ночью тут действительно было холодно, однако во Франции, я помню, мне тоже было холодно от голода и страха.
Астарта отвела от нее глаза.
– Мы никого из них не примем назад, – сказала она и посмотрела на Моргана. – Можете так и передать своим. Если это месть – считайте, что вам удалось нас напугать.
– Мы уже сказали вам вчера, что не собираемся мстить, – сказала Мариан. – Мы на такое не способны.
– Так что же, по-вашему, происходит? – спросила Астарта.
Морган прошел несколько шагов до ближайшей впадины и поставил рюкзак на нетронутую траву. Встав на колени, он тут же почувствовал, как пыль забила ему нос и горло. Ощущение было очень неприятное, почти удушающее. Морган нашел носовой платок, смочил его и начал завязывать на затылке, закрыв им нос и рот. Софи взяла у него из пальцев кончики платка и связала их, пробормотав:
– Надо было захватить с собой запасные маски. Я не подумала.
– Здесь становится неприятно, – проговорила Мариан, стоявшая сзади. – Вам есть куда уйти?
Впадина была почти такой же, как та, которую Морган видел в день своего освобождения, только гораздо больше и глубже. Морган подцепил лопаткой горсть пыли и высыпал ее в пробирки для лабораторного анализа и на стекло походного микроскопа. Пыль была очень похожа на останки поврежденного зеленого покрытия или аргиллита – мелкозернистая субстанция, гранулы которой имели фасетчатую поверхность.