Вербовка
Шрифт:
Очаков полностью перетасовал карты, и как – то непонятно вдруг налетел на меня.
– Слышь, Рустам, у меня нет времени играть с тобой в прятки, понял? У меня цейтнот, я горю – торопливо он сказал.
Я был конечно изумлен. Хотя его 'наезд' меня успокоил, я понял, что передо мной не ас спецслужб, а какая то русская шваль.
Гляжу, он опять турбанится.
– Давай, давай, пиши, – после этих слов он достает ручку, протягивает мне, указывая на бумаги в другой руке.
Я
– Идите на хуй, товарищ Очаков! Ваши пустые философские вывертки оставьте для Москвы.
– Прям так на хуй?…
– Да, на хуй!
– А зачем?
– Ну тогда идите в пизду!
– Странный ты человек, Рустам, очень странный. Я тебе предлагаю то, от чего не отказываются.
– Да не хочу я быть сукой и паскудой! Не хочу на вас работать и стучать как дятел! Тем более русским! Этому возвращенцу Ельцину! На хер мне это надо!? Ясно?
– А ты я вижу, крепкий орешек. Но ты ко мне еще прибежишь, вот увидишь.
– Когда увижу, тогда и поговорим, – закуривая сигарету, отвечаю ему.
– Я просто не хочу, чтоб тебя свели с Сан Санычем, тогда будет уж точно финиш, край! Тогда ты уж точно подпишешься, – сказал тоном обиженного мальчика, у которого отняли мороженое.
– Товарищ Очаков! Мое слабое сердце устало, клянусь Аллахом! Я сам уже устал. Это все меня забавляет конечно, но я не сука. Они кругом, повсюду, а вы доебались именно до меня! Зачем? Моя жопа вас привлекла?! Вы слишком много на меня поставили.
Я в лишний раз убеждаюсь, что русский – это упрямый тупой медведь. Гнет свою линию во что бы то ни стало.
Меня как бы прорвало, я почти излил всю душу. Меня удивляло то, что Очаков как бы не заметил моего бешенства.
– В общем, ты отказываешься? – он старался не смотреть на меня.
– Да!
– Посылаешь нас на хер?
– Так точно!
– Ну смотри, если где нибудь расскажешь обо мне, о нашей встрече, то сгоришь. Все узнают о твоих гомосексуальных похождениях.
Не хотел я с ним базарить, все – таки не на рынке ведь. Ушел, не спорил с ним. Дела усложнялись.
Вчера произошел супер конфуз, курьезный эпизод. Стыдно признаться, но грешно утаить.
Я изрядно поддал водки, был уже пьян.
И проходя мимо ресторана ''Оскар'', через стекло увидел
Вильгельма. Рядом с ним красивая девушка, тоже русская. Но они были не одни, еще одна пара сидела за их столом. Вместе ели пили.
Я подвалил наскоком к их столу, кивнул Вильгельму, стою перед ними. А потом громко заговорил:
– Уважаемый Вильгельм! Мне очень понравился ваш хуй! В прошлый раз вы меня отменно изнасиловали,
Передать, что там произошло, трудно. Взгляды за столом остановились, Вильгельм побледнел. Я на него только смотрел, поэтому других и не заметил.
– Дай мне в рот, Виля! Быстро! Дай мне в рот! Дай мне в рот, дай, дай! В рот дай мне! Сосать хочу!
На лице моем сияло искренне удовольствие. Смутно помню, меня вывели из ресторана двое крепких парней.
Сегодня мне передали на связь одного агента – армянина. Зовут
Вочкос. Типичный натур армянин!
И на фига его передали мне?! На хуй он мне нужен?!
Встречаемся значит у гостиницы ''Гянджлик'', у центрального стадиона, сидим в моей машине.
Гляжу в его профиль, чеканю каждое свое слово.
– Вочкос, ты счастливый человек!
…Я?! Почему это? – его брови полетели на лоб.
– Да потому что ты армянин.
– И это равносильно счастью?
– Конечно! Конечно равносильно. У вас, у армян, сильная диаспора, мощное лобби. Вы сильны! Поэтому вы нас победили в войне.
– Да нам помогла Россия. К тому же, еще не все точки над 'и' проставлены.
– Слышь, не пизди а! Россия, точки над ''и'' (передразнивая)…
Каждому кто-то помогает. Если б войну выиграли бы мы, то армяне орали бы, что азербайджанцам помогла Турция. Но дело вовсе ни в этом.
Суть в том, что мы – азербайджанцы, действительно долбайобы, тупорылые ослы, ебанаты, остолопы, олухи козлиные, ибо только такие как мы могли бы проиграть вам, армянам.
Вот расскажу пример. Я знаю одну супружескую пару: муж да жена.
Мужа звать Эмин, жену – Мая.
Вот этот Эммин – мой очень дальний родственник, так сказать родственник через 33 пизды.
Это существо очень и очень нелицеприятное, несерьезное, нехорошее и некачественное.
Настоящий болван и идиот. Короче говоря, дурак, одним словом.
А жена его, эта Мая, один момент мне показалась довольно неплохой культурной женщиной. Но однажды она совершила такой дешевый поступок, что я охнул от изумления, я разочаровался в ней.
В ответ на это мне шепнули на ухо:
– Рустам, а что ты удивляешься? Эта Мая вышла замуж за Эммина, понимаешь, за ЭМИНА?!
Как ты думаешь – спрашивают они меня – нормальный человек ляжет в постель с Эмином? Или просто свяжет свою судьбу с ним?
Разумеется, что нет! Вот и делай выводы.
– Я это запомнил, Вочкос, – говорю я удивленному армянину.
–
Нормальный народ не проиграл бы армянам. Он проиграл бы американцам, англичанам, туркам в конце концов. Но не армянам!