Вера Штольц и Даниэль Дефо
Шрифт:
Арсений Петрович еще не решил, что он будет делать с провинившимся начальником охраны – в принципе, похищение Степана было вызвано нелепейшим стечением обстоятельств, и хотя вина Тимофея, вроде, была очевидной (налицо грубейшие нестыковки и промахи), вряд ли стоило рубить с плеча, не разобравшись, что к чему. – Выгнать (или еще чего похуже) всегда успеем, а вот найти достойного человека – вот проблема! И, кроме того, может, в Тимофее и кроется отгадка, уж слишком вовремя он заболел!
– Теперь я тебя слушаю! Что ты можешь мне посоветовать, и есть ли у тебя какие-нибудь предположения, с чего нам следует начать?
– Первое, – не приходилось сомневаться,
Второе, я через свои связи выйду на таиландскую полицию, мы подключим структуры МИДа, а самое главное – используем козыри: через китайцев попробуем обратиться непосредственно к местным бандитам, чтобы найти хоть какие-нибудь концы! Я подключу пару частных детективных агентств, которые специализируются на раскрытии дел, связанных с похищением людей, пусть начинают работать! Главное – чтоб было финансирование, все эти мероприятия очень затратные!
Арсений Петрович угрюмо смотрел на Сергея. В данной ситуации деньги для него не имели никакого значения, он готов был отдать все, лишь бы вернуть Степана:
– Составь, пожалуйста, перечень первоочередных расходов! И действуй без промедления, дорога каждая минута!
Через десять минут в кабинет ворвалась Галина Французовна. Ее лицо было заплакано – она никак не могла прийти в себя от обрушившегося на них несчастья.
– Я полечу с тобой! – в ее голосе было столько решимости и столько отчаяния, что Арсений Петрович не нашел в себе сил ей возражать. В такие моменты он боялся своей супруги – она могла свернуть горы, и отговаривать ее было бесполезно.
В далеком Таиланде Тимофей поднялся с кровати и сделал пару неуверенных шагов. Его поместили в одноместную палату и закалывали антибиотиками, пытаясь нейтрализовать отраву, которую он беспечно принял в себя, наслаждаясь экзотическими морепродуктами.
Его мутило, живот был как будто набит камнями, голова кружилась, но больше всего ему досаждала неизвестность. Тимофей клял себя последними словами – в момент эвакуации с острова его телефон остался на вилле, охранники-дуболомы не догадались проверить, есть ли с шефом связь, и хорошо, что при нем были страховой полис и кредитка, с помощью которой он сейчас расплачивался за медицинское обслуживание.
– Интересно, как там Степан? – сквозь вязкую пелену в голове Тимофей вдруг вспомнил, что тот собирался покататься на яхте, и чуть не упал в обморок. Нервный прилив крови к голове чуть было не стал для Тимофея роковым – но он успел уцепиться за край кровати и устоял на ногах.
– Господи, я же должен был его сопровождать, и ничего не сказал парням! – Тимофей, обливаясь потом и тяжело дыша, закрыл глаза, – мне нужна связь, мне срочно нужна связь!
Все контакты остались в телефоне, и еще – в записной книжке Тимофея во внутреннем кармане пиджака. А пиджак, понятное дело, остался на острове.
И еще проблемы с местным персоналом, с которым почти невозможно объясниться – из-за специфического восточного акцента Тимофей не мог разобрать ни слова: – Вроде, по-английски говорят, да толку ноль! – сам же он был чрезвычайно слаб, поэтому умственное напряжение пока не для него!
Сердце
В конце концов Тимофею удалось через нее вызвать доктора – он раз десять повторил «Doctor», и только после этого его поняли. Врач появился минут через десять-пятнадцать, в отличие от медсестры он сносно говорил по– английски, и примерное через час Тимофей стал обладателем новенького мобильного телефона с местной SIM-картой и неограниченным лимитом звонков всего за десять долларов в месяц.
– Теперь нужно достучаться до острова, в частности, прозвониться к себе на виллу или же к Высоковскому. Но сначала Степан! – его номер Тимофей помнил, как отче наш.
– Дьявол! Выключен, или находится вне зоны действия сети! – Тимофей постарался унять дрожь в теле. Степан редко (почти никогда) не отключал телефон – если он был занят, то ставил его на автоответчик – но так, чтобы совсем – только в случае очень важных переговоров (не считая моментов, когда кто-то мог отключить телефон за него, как Вера неделю назад).
– Shit happens! Shit must go on! – понятно, что без своей записной книжки начальник охраны – почти как без рук, он, конечно, может позвонить в Питер непосредственно Надомникову-старшему, но даже от одной мысли об этом у него сводит скулы. Если он зря мечется, звонок только наделает ненужного шума, а если что-то произошло, то ему и вовсе нет резона сейчас говорить с боссом – по крайней мере, пока Тимофей не сможет твердо стоять на ногах и выполнять свои прямые обязанности.
Тимофей собрался с силами и позвонил в отель – нашел номер по справочнику, любезно предоставленным ему врачом, и попросил соединить его по внутренней сети с виллой. Трубку взял Федор, Тимофей молча выслушал его сбивчивый рассказ, попросил не отключаться, откинулся на подушки и обессилено закрыл глаза. Всё – неизвестно, как Степан, но лично он, скорее всего – труп, и его не спасут никакие былые заслуги и возможные оправдания!
А то, что его карьера оборвалась, это уж к гадалке не ходи! Арсений Петрович никогда не простит ему такой прокол – даже если Степана найдут в целостности и сохранности, что маловероятно! Единственным возможным шансом для Тимофея будет отправиться по маршруту следования яхты по горячим следам, и, как бывшему квалифицированному оперу и сотруднику ФСБ с огромным опытом, обшарить все возможные места стоянки яхты – особенно острова, рядом с которыми на нее было совершено нападение. И действовать быстро – пока дождь, ураган, внезапные заморозки или великая сушь не уничтожила все улики! Тьфу-тьфу-тьфу, не сглазить бы!
Тимофей вновь схватился за трубку:
– Федор, бросай все дела, бери с собой Горба (второй охранник), все деньги, найди продюсера и перепиши у него контакты круизной яхт-фирмы, возьми мой телефон, обязательно записную книжку (она осталась в пиджаке) и дуй сюда – адрес больницы можно узнать у менеджера отеля. Но сначала закажи недорогой катер дня на четыре в той же конторе – с капитаном, говорящим по-английски! Завтра с утра мы отправляемся в путешествие! И чтоб были здесь, как штык, я ждать не буду! И имей в виду, от того, как ты (и я тоже) все сделаем, зависит наше будущее!