Верь мне
Шрифт:
Но я не беспокоюсь об этом. Джекс воплощает для меня осторожность. Я придумываю скрытые смыслы в его заявлении. Такие, от которых он меня защитит. Он будет рядом, чтобы поймать меня, если я упаду. Он проведет меня через эту ночь, проследив за тем, чтобы я не распалась на части. Он будет рядом, когда прошлое устремится назад, чтобы ударить меня по лицу.
Когда я в последний раз чувствовала себя в безопасности?
Я думаю об этом несколько секунд, пока он нежно гладит мои волосы.
Никогда, решаю я.
Я не могу вспомнить ни единой
Глава 18
Джекс
Она опускает голову мне на плечо, с ее губ срывается измученный вздох.
— Устала? — спрашиваю я.
— Очень. Я бы лучше поехала домой, чем встречалась с давно потерянной тетей.
— Просто дай ей шанс, хорошо? Я знаю, что это странно, и знаю, что она нуждается в тебе больше, чем ты в ней, и что у тебя уже есть отличная семья. Поэтому просто помни, чего ты стоишь, когда войдешь туда.
Саша садится прямо, потираясь киской о мой член так, что движение снова делает меня твердым.
— Стою?
— Господи, Саша, — смеюсь я. — Не ерзай, когда сидишь у меня на коленях.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что она нуждается во мне?
— Она может быть мягкой, но я давно ее знаю. Она не та женщина, которая упустит возможность.
Саша щурится, глядя на меня.
— Я не хочу с ней встречаться. Ты не можешь отвезти меня домой? Разве я уже не поставила точку в нашей сделке? У нас было свидание. Мы занимались сексом, ради Бога. Я вывела себя из игры. Этого должно быть достаточно.
— Ты не вывела себя из игры, — зарычал я на нее. — Я не хочу слышать, как ты ссылаешься на секс со мной таким образом. Это обидно. Если не хочешь...
— Я сделала это, Джекс. Это не то, что я имела в виду. Я просто не хочу с ней встречаться. И не думаю, что ты заставишь меня, если я останусь стоять на своем.
Я вздыхаю, пока играю с ее волосами.
— Я не стану заставлять тебя что-либо делать. Но всегда лучше иметь больше информации, чем нуждаться в ней. Ты должна встретиться с ней, чтобы суметь принять решение касательно нее. Ведь так ты делаешь работу, не так ли? Ты собираешь информацию, оцениваешь ее, а затем составляешь мнение.
— Я не работаю на тебя или ФБР, Джекс.
— Пока нет, — шучу я, щекоча ее ребра. Она ерзает на мне и снова трется о мой член. — Святой ад, тебе нужно слезть с меня, иначе я наброшусь на тебя. — Я тянусь к носовому платку, который использовал, чтобы стереть кровь с ее головы и поднимаю его для нее. — Извини, я знаю, что являюсь причиной беспорядка внутри тебя. Это все, что у меня есть.
— И ты разорвал мое нижнее белье. Теперь я одета в это глупое платье без нижнего белья.
Не могу думать об этом. Я тоже готов сдаться.
— Я бы предпочел тебя сегодня вечером
— Я не собираюсь оставаться там на ночь!
— Это большое место, Саша. У тебя будет своя комната. Это практически отель.
— Нет, ни в коем случае. Думаю, нам нужно разворачиваться.
— Саша, — говорю я, обхватывая ее лицо руками. — Разве я не сказал тебе, что ты в безопасности со мной? Расслабься. Уже почти одиннадцать. Будет всего одно неофициальное знакомство, небольшая беседа, затем тебе покажут твою собственную комнату, и первым делом с утра мы уедем.
Она колеблется. Мои слова повисают в воздухе без ответа. Затем она слезает с моих коленей и начинает безмолвно собираться с мыслями. Ее волосы взъерошены, а лицо покраснело. Мне тоже внезапно становится жарко, и тогда я понимаю, что произошло. У нас был секс в машине в наших зимних пальто. Я занимался сексом с Сашей Черлин, бывшим ребенком-убийцей, тайной Организации и разносторонней смелой девушкой.
Я издаю слабый смешок.
— Что смешного? — спрашивает Саша, пытаясь увидеть себя в тусклом отражении темных окон, освещенных луной снаружи.
Я не могу ответить, не обижая ее. Поэтому просто пожимаю плечами.
— Как быстро все меняется, знаешь?
— Ты имеешь в виду нас, — она отводит глаза от окна.
— А будет ли оно, это «мы»?
Она пожимает плечами в ответ.
— Кто знает? Сейчас я не совсем в хорошем месте. Вся моя жизнь, кажется, подвешена в воздухе.
— Это не всегда плохо.
— Пфф. Говори за себя. У меня ОКР касательно этого. Мне нравится планировать вещи. Я ненавижу быть спонтанной. Мне нравятся четкие цели, которые можно просчитать. И несколько часов назад мне пришлось очистить свой офис, и знаешь что? — Ее взгляд застыл на мне.
— Что?
— Единственное, что у меня было в этом офисе, это динозаврик Чиа.
— Извини, что разбил его.
— Нет, — говорит она, убирая с лица непослушную прядь волос. — Это не то, что я имею в виду. Меня это не волновало. Не по-настоящему. Спустя два года, которые я практически прожила в этом колледже, мой кабинет должен был выглядеть, как спальня. Заполненным дерьмом, мусором, остатками жизни. Но мой офис был безупречен.
— Итак, твое ОКР перенеслось в твою профессиональную жизнь.
— Почему я не заметила, что с меня не будет толку?
— Это имеет значение, кто заметил первым? Ты или твой куратор?
— Да, потому что я помешана на конкуренции. И за один час я узнала, что потеряла ценную стажировку и меня выперли из школы. Я имею в виду, это стопроцентный полный провал.
— Или, — считаю я, — это шанс взглянуть на то, что ты делаешь и почему.
Я собираюсь рассказать ей больше, чтобы внести ясность в ее мысли о том, что произошло сегодня. Это, должно быть, ощущается провалом, и я не хочу прекращать этот разговор на такой ноте. Но машина останавливается, и она смотрит на меня с чистой паникой в глазах.