Верь мне
Шрифт:
Заботливый…
– Ты ушел от темы, – напомнил родителю.
– Я вернусь из Штатов, и мы поговорим. Пока ничего не изменилось и не надо никого ломать! – рычит отец. – Нормально ухаживай за девочкой. Она влюбиться в тебя должна, а не шарахаться, как от огня.
– Бизнес превыше всего? – разочарованно хмыкнул в трубку.
– Не надо, сын. Я нормального будущего для тебя хочу, – отец старается говорить спокойнее, но я слышу, как его голос вибрирует.
Почему я до сих пор не бросил трубку?
– Тогда дай мне свободу! –
– Гер, я видел твоих баб! Провинциальные шлюхи и первокурсницы, которые готовы раздвинуть ноги ради того, чтобы закрепиться в Столице. В которую из них ты влюбился? М?! А может в замужнюю Настю из твоего подъезда? В кого из них? – молчу. – То-то же. Просто прищеми яйца и сделай то, что тебе говорят, а когда я прилечу, мы вернемся к этому разговору.
– Счастливо, – хотел сбросить вызов, но отец снова рявкнул в трубку.
– Гер!
– Что? – устало тру лицо ладонью. Вижу через щель приоткрытой двери силуэт хрупкой рыжей девчонки, что стала занозой в моей заднице.
– Не вздумай в таком состоянии заявиться к матери. Иди проспись, сын, – дает команду отец.
– Слушаюсь! – вызов я все же сбросил, едва не зашвырнув мобильник в стену напротив.
Осторожно поднялся. В висках уже стучит головная боль. Я начал стремительно трезветь. Опьянение вытесняют злость и адреналин.
Тихо вошел в спальню Милли. Она стоит на балконе рассматривая свои новые «владения».
– Любуешься? – прижал ее всем телом к перилам. Девушка дернулась, но во мне и так силы больше, а в таком состоянии ее особенно до хуя. – Шшш, – шепчу ей в шейку убирая длинные волосы в сторону. – Тебя отдали мне, – и это чистая правда. – Чем раньше ты смиришься, тем быстрее начнешь получать удовольствие от нашего тесного общения.
– Пусти! Что за бред ты несешь? Я не вещь, чтобы меня можно было просто кому-то отдать! – развернул ее лицом к себе.
В моих глаза, похоже, отражается все, что я чувствую. Мелкая не на шутку испугалась, но оказывается она умеет сопротивляться. Я поражен… на пару секунд.
– Детка, ты еще не поняла, куда попала? В моем мире все продается и покупается. Даже люди. Нет, не так! В первую очередь люди, – коснулся пальцами ее щеки. – Близнецы за тебя будут глотки рвать друг другу. Ты, наверное, горда собой? Столько мужчин вдруг хотят тебя.
– Нет! Я не хочу всего этого. Мне не нужно, – ей страшно. Я впитываю эти эмоции. Они не дают сорваться и наделать глупостей. – У них девушки есть. Пусти меня… – умоляет рыжий котенок.
– Тише ты, – надавил на нее корпусом тела сильнее, чтобы не сопротивлялась.
Этого хотел отец? Чтобы я не оставил ей выбора?
Остатки алкоголя в крови смешиваются с адреналином, виски пульсируют, реакция
Уверен, что завтра я об этом пожалею.
Они хотят видеть меня мудаком? Беспринципной сволочью?
Да будет так!
Глава 16. Интуиция матери
Герман
– Не сопротивляйся, – хриплю в губы Милли. Девушка отвернулась, она дрожит в моих руках. – Когда ты во всем разберешься, уже будет поздно. Ты будешь моей, – мои губы сталкиваются с ее.
Рыжий котенок пытается меня оттолкнуть, стучит кулачком в грудь. Давлю сильнее, до боли вжимая ее спиной в перила. Рот приоткрывается в стоне, я врываюсь в него языком не чувствую ничего, кроме злости.
Поцелуй с привкусом женских слез. Все, как заказывали! Я – последняя сволочь.
Забрался рукой ей под платье. Нежная, нетронутая мужчиной кожа приятно дразнит пьяный разум.
– Сладкая… – нахально улыбаюсь, не переставая целовать Милли.
Добрался до тонкой ткани ее трусиков. Малышка сдвинула ноги, но я коленом вернул их в прежнее положение и зафиксировал ее так, чтобы уйти точно не было возможности.
– Ты должна меня бояться, – говорю едва слышно. Она непонимающе моргает, смотрит мне за спину. В эту же секунду меня со всей дури швыряет о стену.
– Я убью тебя, – скрипит зубами Стефан.
Не сопротивляюсь. Если честно, даже хочу, чтобы друг набил мне морду. Может это поможет не чувствовать себя так хреново.
– Гер, – тяжело дыша зовет друг.
Стефан не дурак, он видит мое состояние. Он, как никто другой, знает, что такое давление семьи и каким уничтожающим оно может быть. Я не хочу, чтобы все это коснулось моей Таи.
– Не надо, – просит Стеф. – Не трогай ее. Зачем она тебе?
– А тебе? – усмехаюсь. – Смотреть и мучиться? – бью по больному нарываясь, но он не ведется, да и не сможет ударить.
После аварии дикая слабость едва держит Стефа на ногах. Меня медленно отпускает. Но я прав. Милли – сводная сестра для него. Им не дадут быть вместе. Это еще хуже, чем у нас с моей девочкой. Здесь замешаны только бабки и принципы, а у близнецов полный пиздец.
– Давай я сам с этим разберусь. Иди проспись! – толкнув Стефа плечом, чтобы выпустить остатки жгущей изнутри злости, бросил взгляд на бледную девчонку и свалил. Не хочу никого видеть. Даже собственное отражение в зеркале видеть не хочу.
Я не послушал отца и Стефана. Вместо того чтобы лечь спать, прыгнул в тачку и умчался на трек. В городе в моем состоянии опасно, а там я смогу выветрить из головы все дебильные мысли. Надеюсь, Милли теперь сама от меня откажется, а близнецы задурят ей голову своими чувствами. Есть вариант, что нас повезут в ЗАГС насильно, но что-то мне подсказывает, что Аслан Амиров до такого не опустится. Хочется в это верить.