Верь мне

– Одевайтесь, Тася.

– Тая, – поправляю автоматом. Так мне нравится больше.

У меня ноги уже подкашиваются. Я влезаю в джинсы уже прокрутив в голове массу вариантов и диагнозов, о которых врач почему-то молчит.

Сумасшедшая!

Одергиваю себя, сажусь на стул возле доктора.

– Поздравляю, Тая, вы беременны, – улыбается семейный гинеколог. У меня земля уходит из-под ног.

– Нет, – губы дрожат, голос не слушается. – Этого не может быть. Так не бывает.

– Ну

почему же, – смеётся женщина. – После связи с мужчиной бывает.

– Я не об этом, – отмахнулась, не реагируя на шутку. – Я пойду, – медленно поднялась со стула, пошла к двери.

– Тая, подождите, – она меня остановила уже у выхода. – Ваш мужчина не хочет детей?

Откуда мне знать, чего хочет мой мужчина, если он снова исчез. Гер последние пару недель почти не ночует дома. Днем пропадает в офисе моего отца, а по ночам… Зоя говорит, что видела его с какой-то девушкой в клубе. Не хочу думать об этом. Я же не видела! Остальное – слухи.

Герман

Блин, как же мне паршиво. Яркий свет из окна режет глаза. Во рту будто нагадило стадо кошек. Сушняк… Надо бы раздобыть воды, а для этого неплохо встать. Все, что я смог, это медленно повернуть голову.

– Водиииичка, – улыбнулся, стянул с тумбочки бутылку. Присосался к ней и… Спасибо доброму человеку, который оставил таз у кровати.

Я ни черта не помню. Гонку помню отлично. Потом в клубе были, что-то пили, курили какую-то неплохую дрянь, сняли телок, снова пили. Как оказался дома не помню от слова «совсем», но чует моя задница, что водичка и тазик тут стоят неспроста.

Дома тишина несмотря на выходной. Интересно, где все и, если все это добро в моей комнате оставил заботливый папочка, почему я еще жив?

Телефон шарахнул по вискам громкой мелодией. Зажмурился, сжал голову ладонями пережидая приступ. Ну нах так пить?! А тем более мешать с травой! Состояние дрянь – воскресенье насмарку, но вчера, черт возьми, было офигенно.

Шикарная, сложная трасса, отличная музыка и сладкий вкус победы. Сделать Стефана на треке было особенно приятно. Выиграть у этого засранца сложно, но мы повеселились и это главное.

Мобильный снова затрезвонил. Ну, кто там такой бессмертный?

– Чего тебе, сволочь? – застонал в трубку.

– Жив? – хрипло усмехается младший из близнецов Реваль. Понятия не имею, чего он младший, но мне так проще из различать.

– Пока да. Но что-то мне подсказывает, это ненадолго. Как я домой попал? Еще и не к себе, а к родителям. Кристиан постарался?

– Ты не помнишь? – судя по грохоту этот засранец упал откуда-то. – Нас вчера в полицию забрали. Нашли документы, вызвонили твоего отца, он нас по домам и раскидал. Орал всю дорогу, но это я уже смутно помню, меня выключило примерно на середине пути. Че мы так нажрались?

И я вспомнил…

Лучше бы не вспоминал, потому что выпить захотелось еще.

– Таю видел, – закрыл

глаза, сделал пару глубоких вдохов.

– Бля, – Стеф перестал ржать. – Когда ты поговоришь с ней?

– Никогда. Закрыли тему, – рыкнул в ответ.

– Гер, ну это же детский сад! Сколько прошло? Два года? – не унимается друг.

– Три почти. Я сказал, тема закрыта. Я лучше буду мудаком для нее, чем сломаю девчонке жизнь. Не дави, Стеф.

– Да с чего ты…

– Все, я сказал. Забыли! – снова поморщился от приступа головной боли. – Увидимся завтра. Я твоему отцу документы привезу. Заскочу к вам заодно, поговорим.

Тая. Таисия. Тася.

Идеальная девочка для кого-то другого. Не для меня. Увидел вчера в толпе в компании ее безбашенной подружки и непонятного чмошника. Он так смотрел на нее. Нельзя, сука, на нее так смотреть! Не про нее это. Особенная, нежная, сладкая. Губки вкусные, глаза влажные, а стонет… Черт!

«Хватит. Ты сейчас сам стонешь, как баба!» – дал себе мысленный подзатыльник.

Помогло. Я даже от кровати смог отлепиться. Убрал за собой. Бросил таз в душевой, встал под струи теплой воды. На нее у меня стоит даже в таком дерьмовом состоянии.

– Гер? – услышал голос отца из комнаты.

– В душе, – крикнул, но думаю он уже и сам догадался.

– Зайди ко мне, как приведешь себя в порядок. Есть разговор, – кивнул. Поржал сам над собой.

Он все равно не увидит, хотя иногда мне кажется, что Аслан Амиров видит все вперед шагов этак на пять. Страшный человек, если честно. Его боятся и уважают все, кроме меня. А все потому, что я ненавижу, когда он пытается диктовать, как мне жить. Я большой мальчик, сам как-нибудь разберусь.

Герман

Курить хочу, но сейчас рискованно. Можно улететь на второй круг, а мне бы в себя прийти да домой. Это прошлой ночью я был отмороженным придурком, а завтра должен стать Германом Амировым, сыном владельца банка и фактически правой рукой своего отца.

Мне нравится этим заниматься. Я влился в дело сразу, как меня к нему допустили. В этом году получил диплом, сразу же поступил на второе высшее. Учиться мне тоже нравится. Ценнее знаний в нашем мире лишь связи и опыт. Если у тебя есть деньги, но нет всего остального, долго ты их не удержишь. Деньги должны делать деньги. Только так и никак иначе.

Собрал себя в кучу, пошел к отцу в кабинет извиняться. Хули делать? Виноват. Перед матерью стыдно. Надеюсь, она меня таким не видела.

А вот и она.

– Привет, – обнял маму, поцеловал в щеку. – Красивая, – сделал ей искренний комплимент.

– Не подлизывайся, – а у самой глаза улыбаются. – Что ты устроил ночью, Гер? Ну ведь не мальчишка уже. Хотя, о чем это я? – подмигнула. – Самый натуральный мальчишка. Иди. Тебя отец ждет, – еще раз быстро ее поцеловал. – И, Герман, – оглянулся. – не хами, – строго.