Верь мне

Маршал Ника

— И какой дурак мог отказаться от такой шикарной женщины?

— Все до банального просто, Илья, одной «шикарной женщины» ему было мало. — Левый уголок губ вздрогнул и приподнялся вверх.

— Действительно, дурак. Хотя тут подошло бы другое более точное определение — мудак. Жалеешь? — Гляжу на ее задумчивый вид.

— Нет. — Уверенно. — Мне абсолютно не нужен мужчина, который с легкостью может променять на другую. — Нежные пальцы обеих рук сомкнулись вокруг теплой кружки.

— А какой нужен?

— У меня простая философия,

Илья. Я хочу любить и чтобы меня любили в ответ. Если же нет, значит — не мое. — Пожимает плечом.

— Мне нравится твоя философия. — Тяну, улыбаясь довольно.

— А у тебя какая философия в любви? — Спрашивает, закусывая нижнюю губу.

Какая?

Никогда у меня ее не было.

По серьезному и не влюблялся ни разу, да и со службой в спецотряде как — то не до любви.

Максимум что было — симпатия. Не больше. И то временно.

Только вот сейчас, что — то сбилось в гармонии моего мира.

И Лютый, которого не за красивые глаза так прозвали, а за безжалостное отношение к противнику, поплыл, словно зеленый пацан от одной улыбки на чувственных губах, которую нестерпимо хочется попробовать на вкус.

Оказывается, Молотов, твоя закостенелая душонка еще способна на такие финты.

Просто для этого нужна «правильная женщина». Такая, которая и в огонь, и в воду и медные трубы пройдет рука об руку.

От чего — то мне кажется, что Кира из таких — исключительных.

И я с уверенностью и без колебаний выдаю, как чувствую.

— Свое не отдам и в обиду не дам. А тому, кто покусится, буду рвать глотки. — Повторяю жестче те слова, что слышал недавно от деда.

Ей не удается скрыть удивления.

— А ты жестокий человек оказывается, не Муромец.

— Только с теми, кто этого заслуживает.

В телевизоре, который все это время работал на фоне, начинает играть какой — то медляк.

В этот момент просто что-то щелкает в башке, я поднимаюсь и протягиваю ей руку.

— Потанцуем?

Втягивает воздух со свистом, встает, вкладывает пальчики. Перехватываю чуть крепче. На ее щеках румянец.

— Только я не умею. — Кидает на меня смущенный взгляд из-под пушистых ресниц.

— Я тоже. — Улыбаюсь, как дурак. Вывожу на середину комнаты, где постелен мягкий ковер. Мы оба босиком.

— Тогда как? — Кладет другую руку на плечо прямо рядом с шеей. В том месте, будто ток подвели, все волоски дыбом поднялись, и хочется поластиться словно коту, чтобы выпросить побольше нежных прикосновений.

— Как чувствуем. — Прижимаю ее к себе чуть больше положенного. Но мы же не умеем, нам простительно.

Контакт глаза в глаза.

Не зря говорят, что глаза зеркало души. У Киры они и вправду «говорящие». Вместо тысячи слов, один взгляд серо — голубых очей.

Я уже заметил, когда она злится, они больше в сталь уходят, а когда ей хорошо и она довольна как сейчас, отливают голубизной.

Мы медленно «танцуем», кружа по ковру, ее рука в моей. Наши лица так близко, что

чувствуем дыхание друг друга. Места прикосновения наших тел горят огнем.

И кажется все так правильно в этот самый миг. Словно все так и должно быть.

И нет ничего другого кроме нас и этого момента. Тягуче сладкого, словно патока.

Стоит чуть подтолкнуть, мы оба сорвемся, чтобы утонуть в друг друге. И больше никогда не расставаться.

И я позволяю себе эту слабость, склоняюсь ниже, чтобы наконец попробовать ее манящие губы на вкус.

— Музыка закончилась. — Отворачивается, разрывая контакт, отступает. Ведь я и не удерживаю.

«Значит, нет?!» — Вопит внутри меня раненным зверем. Окатывая разочарованием.

— Уже поздно, иди в душ первым, потом я. — Ее голос сел на несколько тонов ниже, высокая грудь часто вздымается, натягивая тонкую ткань футболки, взгляд так и не поднимает, только покрасневшие щеки и ушки выдают ее с потрохами.

«Это точно не нет!» — Урчит довольно мой внутренний голос и тут же оскаливается в предвкушении. — МОЯ!

Глава 13

КИРА

Илья в ванной, из-за двери до слуха доносится шум воды.

Воспользовавшись моментом, достаю спрятанную флэшку, разрывая самодельный карманчик, и креплю ее обнаруженным в одном из кухонных ящиков скотчем к внутренней стороне подоконника.

Как только доберусь до техники, нужно будет сделать несколько копий. А всю информацию переслать отцу по электронке. Да, пожалуй, так будет надежнее. И самой светиться не придется.

Только бы отец поверил.

Фух…

Присаживаюсь на стул.

В голове тут же непроизвольно проигрываются картинки нашего с Ильей танца.

Вот уж не думала, что близость мужчины может быть такой… головокружительной.

Раньше подобного не замечала…

Хотя как будто мне есть с кем сравнивать.

На свою внешность я никогда не жаловалась, знаю, что довольно привлекательна и мужчины постоянно оказывают мне знаки внимания.

Да только в отношениях мне тем не менее не везло. В мои двадцать пять у меня было всего два парня. Оба спортсмены. Думаю, на теме спорта мы поначалу и сходились.

С первым парнем Денисом мы познакомились, когда мне было восемнадцать.

Он был боксером. К сожалению не самым лучшим. Призовые места ему давались редко. В то время как моя карьера шла в гору. И в своей категории я выигрывала и в областных, и на чемпионате страны, а потом и на международных.

Мои успехи больно били по самолюбию Дэна. Он все чаще срывался, устраивал ссоры на пустом месте, ревновал без повода. Последней каплей стал его ультиматум — он требовал, чтобы я бросила спорт, и вот тогда мы поженимся, создадим семью. Мне будет уготована роль примерной домохозяйки, я буду заниматься семьей, детьми, а Дэн как настоящий кормилец будет заниматься своей карьерой боксера и добывать деньги.