Верь мне
Шрифт:
— Аслан Ленарович, — в палату вошел заведующий отделением. Муж обернулся на голос. — Завтра я могу отпустить вас домой, если вы будете соблюдать мои рекомендации. Я наслышан о вашем упрямстве, потому, — улыбнулся седовласый мужчина. — спешу напомнить, что у вас беременная жена и если вы хотите через три — четыре года побегать со своим малышом на детской площадке, месяц придется потерпеть и восстановить истощенную нервную систему.
— Умеете вы уговаривать, доктор, — смеется мой муж, а мне становится легче. Будто с души прямо мне под ноги рухнул огромный булыжник. — Я еще и дедом
— Ооо, — поддержал его настроение врач. — Тогда тем более, Аслан Ленарович. Я вам подобрал отличную терапию. Часть ее очень даже приятна, выполнять ее возможно вместе с Анной Владимировной.
— Ммм… — знакомая хищная ухмылка мелькнула на лице моего мужа. А я покраснела, как в старые добрые времена. Ну вот что он со мной делает? И когда это вообще прекратится!
Врач ушел. Аслан снова встал у окна. Я встала рядом, тихонечко взяла его за руку.
— Ас, я не успела сказать, — начала через пару минут давящего молчания. — Спасибо, что вернул нам нашего сына. Я так боялась, что вы из-за своей дурацкой гордости растянете эту ссору на годы. Я бы сошла с ума разрываясь между своими мужчинами.
— Я горжусь нашим сыном, Анют. Наконец смог сказать ему это в глаза и мне стало легче. Мы хорошо его воспитали. Герка гораздо лучше меня, — муж повернулся, обнял меня за талию. — Он умеет так потрясающе любить… Умеет быть верным. Я сомневался, если честно. Как думаешь, каким я буду дедом? — он покрывает моё лицо короткими поцелуями, а я таю от этой нежности, мне безумного хорошо.
— Замечательным. И отец ты тоже замечательный. Герман это понимает, просто ты не давал ему раскрыться, вот все копилось, копилось и рвануло. Не делайте так больше! — строго на него посмотрела.
— Мы постараемся, — Ас выдыхает мне в рот накрывая его поцелуем.
Настойчивый, но бережный. Наглый, но нежный. Этот коктейль из его чувств и эмоций я готова пить до конца жизни. С каждым выдохом. С каждым вдохом меня отпускает напряжение последней недели.
Мне было страшно.
Я боялась его потерять каждую секунду, пока Аслан бледный, как мел, лежал под капельницами. Когда в его глазах поселилась такая тоска, что даже у меня защемило в сердце. Я думала, что это конец. Он устал, сдался. Но мой муж не перестает восхищать меня своей силой и упорством. Ради нас всех, ради своей семьи он взял себя в руки. Я продолжаю его целовать, обнимая за шею. Я чувствую желание мужа, плотно прижавшегося ко мне бедрами. Ничего не изменилось между нами даже спустя двадцать лет. Он также хочет меня, я так же люблю его.
Нет. Не так.
Гораздо сильнее!
Глава 31. Наказание Зои
— Ты собралась? — строго спросил отец, войдя без стука в мою комнату.
— Почти, — не смотрю на него.
Складываю в чемодан теплые вещи, летние мне не понадобятся там, куда я еду. Мне до сих пор не верится, что папа сделал это. Он нашел самую отдаленную закрытую частную школу для девочек. Из лучшего университета Страны меня запихнули туда! Практически в воспитательное заведение с профильными направлениями. У них
— Изучение английского и французского.
— Обучение современному этикету.
— Ведение быта.
— Здоровый образ жизни.
— Психология.
— Танцы.
И все в этом же духе.
Только я взрослая! Мне двадцать один год! Что я там буду делать?
Отец правда ответил и на этот вопрос. Он сказал, что раз сам не смог нормально воспитать дочь, пусть мной теперь занимаются специалисты.
Пока это наказание мне выдано на год. Но этот год я должна как-то выжить! Без привычного теплого солнца в нужном объеме, без отпуска за границей, без своих любимых платьев, кафе. Без парня! Он решил забрать у меня все и посадить в тюрьму, где из развлечений только бумажные книги сомнительного содержания и мобильный в выходные.
А все из-за кого?
Из-за придурка Амирова! Этот безбашенный гонщик давно мне нравится, но он никогда на меня не смотрел даже ради одноразового секса.
Из нас вышла бы шикарная пара. Я тоже люблю скорость, драйв. Люблю тусовки и клубы. У нас с ним гораздо больше общего, чем у него с Камаевой. Но нет! Заладил свое «Моя Тася. Моя Тася!». Герман не ее совершенно. Не подходит. Тая спокойная домашняя девочонка. Папина дочка, отличница с идеальным воспитанием. Да ему с ней станет скучно уже через пару лет! Со мной было бы не так. Со мной ему было бы классно.
Я перегнула, конечно, в попытке из развести, но не жалею ни грамма. Я хотела показать Тасе, напомнить ей, что Амиров вот такой! Он бабник и отвязный тусовщик. Он живой! Гер кайфовал от этой жизни. Он брал от нее все. Камаева гасит его, душит. Я не могу на это смотреть.
Только Амирову на меня плевать. Он даже поорать не приехал за выходку с газетой. Герман готов на руках носить свою беременную девушку. А у меня только Игорек. Альфонс и придурок, которого я купила за дорогие шмотки, как породистую собаку. Просто для статуса, ради регулярного секса. Все!
Но зато Гер точно меня не забудет! Наверняка оставит себе одну газетенку на память и будет вспоминать. Так или иначе, но я добилась своего. Амиров будет думать обо мне еще довольно долго. А потом я вернусь и покажу ему, от чего Герка отказался, что он потерял. К тому времени его достанет вечно орущий по ночам младенец, не высыпающаяся и недовольная жена. Амирову захочется вернуться в свою жизнь, и я ему в этом помогу.
— Зоя быстрее давай, машина ждет, — торопит отец.
— Тебе меня совсем-совсем не жалко? — хлопаю ресницами.
— Мне жалко мою репутацию, которую я зарабатывал годами! И стыдно перед людьми, с которыми я сотрудничаю. Я вырастил стервозную эгоистичную дочь.
Папа взял мои вещи и резким нервным шагом пошел прочь, больше не глядя на меня. Я подхватила сумку с тумбочки, удобнее устроила ее на плече и косо посмотрела на широкий кожаный ремень, висящий на зло и демонстративно вбитом гвозде в косяк двери.
В тот вечер, после разговора с мамой Таи отец впервые взял в руки этот жуткий инструмент для наказания. Я визжала и носилась от него по дому, а он рычал, как разъяренный лев, матерился и… Догнал.