Венера Челлини
Шрифт:
Мама была слишком погружена в свой собственный мир, чтобы обращать внимание на то, что Славка все еще не устроил свою жизнь «как положено», то есть не обзавелся семьей. А сам Смирнов как-то забыл, что, кроме добра, зла, борьбы интересов, заказных убийств, криминальных разборок, краж, предательств, денег, драк, погонь и слежки – есть еще любовь мужчины к женщине.
Честно говоря, Всеслав Смирнов так и не понял, что это такое – любовь – и есть ли она вообще. Существует ли в природе вещей такое явление? И как именно оно должно выглядеть? Как ее, любовь, узнать,
Время от времени у него появлялись несерьезные связи, которые не приносили особого удовлетворения. Непостоянные и ветреные подружки вызывали легкое презрение, а женщины постарше, разведенные или одинокие, одержимые идеей непременно и любой ценой выйти замуж, просто бесили его своей назойливой, хищной цепкостью. С такими больше одного вечера он не выдерживал. Уж лучше беспечные, легкомысленные и распущенные девчонки! С ними, по крайней мере, не чувствуешь себя словно в капкане, который вот-вот захлопнется!
Увлекшись воспоминаниями и размышлениями, Смирнов чуть не прозевал незнакомку. На одной из остановок она неожиданно встала и вышла, сразу затерявшись в толпе. На свой страх и риск Славка решил, что она пошла не вверх, в город, а на переход, и вздохнул с облегчением, отыскав ее глазами на эскалаторе. Интуиция его не подвела.
Пройдя на другую станцию, женщина села в поезд, проехала еще две остановки и вышла. На этот раз Смирнов не спускал с нее глаз. Не хватало только потерять ее в Москве, за два шага до цели! Такого он себе позволить не мог.
Ночной город встретил их дыханием теплого ветра, огнями и шумом автомобилей, летающими в воздухе белыми лепестками отцветающих деревьев. У метро, в темноте, продавали тюльпаны и влажные, пахнущие сумраком, ландыши.
Женщина прошла один квартал и свернула во двор. Боясь, что она может войти в подъезд, Славка прибавил шагу. Незнакомка не оглядывалась, погруженная в свои мысли и переживания.
«Скорее всего, она направляется к себе домой», – подумал преследователь и не ошибся.
Женщина вошла в квартиру на третьем этаже четырнадцатиэтажного дома, открыв ее своими ключами. Смирнов выждал некоторое время, потом поднялся к двери и прислушался. Из квартиры не доносилось ни звука. Он еще постоял, задумавшись, и в этот момент в гулкой тишине подъезда раздались шаги.
Славка, насторожившись, поднялся выше по лестнице и замер.
К уже знакомой ему двери подошел мужчина, открыл и вошел, как к себе домой.
«А может, это его квартира, – подумал Смирнов. – Он тут живет! История становится все интереснее и интереснее…»
Утро следующего дня выдалось солнечное и теплое. В прозрачном воздухе далеко было видно синее, светлеющее у горизонта небо.
Славка проснулся в шесть часов, без будильника. Он крутился всю ночь, не в состоянии отделаться от путаных мыслей, то проваливаясь в сон, то просыпаясь, то снова засыпая. Наконец он встал, приготовил себе крепкий
Розовые в рассветной дымке крыши домов, верхушки деревьев казались плывущими в тумане. Славка долго смотрел вдаль, туда, где очертания спящего города сливались в одну сплошную полосу смешанных пастельных тонов. Он о чем-то думал, еще какое-то время колебался, потом решительно тряхнул головой и вернулся на кухню.
Созвонившись со старым приятелем из паспортного стола, он выяснил, что по адресу, который ему вчера удалось узнать, проживают Рязанцевы, муж и жена, а также номер их домашнего телефона.
Около десяти часов утра, когда Ева занималась приготовлением обеда, раздался телефонный звонок.
– Здравствуйте… прекрасное утро, не так ли?
– Так, – ответила Ева. Хотя у нее настроение было скверное. – Вам кого?
– Мне – вас!
Ева отчего-то испугалась. Вчерашний ее поступок показался ей опрометчивым и опасным. Зачем она ездила в Мамонтовку? Что она собиралась там увидеть? Вдруг… А, теперь уже все равно! Главное, чтобы Олег ничего не узнал. Он вчера пришел почти сразу после нее, как будто следил. И взгляд у него был какой-то странный. Она только один раз видела Олега таким – в тот день, когда умер его отец. Олег тогда вернулся домой сам не свой, с остановившимися стеклянными глазами… и не разговаривал два дня. Ни с кем.
– Почему вы молчите?
Ева не могла понять, кто с ней говорит. Может, это желающий брать уроки испанского языка, которому дали ее телефон?
– Будьте любезны, представьтесь, пожалуйста! – сказала она, стараясь оставаться спокойной.
– Я тот, кто видел вас вчера за забором заброшенной дачи в поселке Мамонтовка, у дома…
– Хватит! – не выдержала Ева. Ее нервы сдали. – Что вам нужно?
– Ваш супруг следит за вами.
У Евы пересохло в горле. Она тоже подумала об этом вчера.
– Откуда… откуда вы знаете?
– Давайте поговорим! – ответил незнакомый мужчина, который так и не представился.
– Что вам нужно?
– Узнать кое-что о том, как погиб…
– Ладно!
Еву охватила паника. Она просто не могла услышать имя Дениса от постороннего человека. Ей казалось, что тогда произойдет что-то ужасное, страшное, чего уже нельзя будет исправить – никак!
– Где мы встретимся? – спросил неизвестный.
Ева не думала о собственной безопасности, она не думала ни о чем, кроме Дениса. Незнакомый мужчина что-то знает. Она тоже хочет знать. Может быть, у них одна цель…
– Приходите ко мне домой. Вы знаете, где я живу?
– Знаю. Но… нам лучше встретиться на нейтральной территории. Ваш супруг…
– При чем тут Олег?
– Его может заинтересовать, что делал в вашей квартире незнакомый мужчина. А мне бы хотелось, чтобы разговор остался между нами.
– Мне бы тоже этого хотелось, – сказала Ева.
– Тогда я предлагаю вот что. У меня светлая машина… Через полчаса я подъеду к входу в ваш двор. Сделайте вид, что вы идете в магазин, например. Сможете?