Шрифт:
Странно, дивно и совсем не больно.
Хиллар лежал под каскадом эффектно-мерцающих, тонких нитей сложного узора. Спиралевидные, непрерывные струи медицинского серпантина соскальзывая вниз, ласково опутывали его обновленное тело. Аста шутя называла
Каким образом он мог так нелепо, абсурдно рухнуть в трансформацию отрепетированных событий и сойти с орбиты своего наивысшего величия? Он, старший менеджер одного из филиалов гигантского банка трансгенных органов, безупречный местный божок, который руководил пятью крупными группами в громадной корпорации по производству мутантов. Создатель апофеозного конца гуманности, филантропии и добродетели организовывал любую извращенную потребность и низменную прихоть многочисленных клиентов, маневренно управлял противоречиями компании, идентифицировал малейшее нарушение правил, синхронизировал все действия подчиненных и беспрекословно изъявлял для них волю неоспоримого, жесткого босса.
Аста! Вот она, остро-криминальная составляющая внезапного гибельного краха, западня с умопомрачительным сюрпризом. Его обхитрила Аста-неподражаемый компаньон и дальновидный соратник. Гений молекулярной биологии и физиологии человека, талантливый разработчик сложных схем взаиморасчетов в обход интересов
Стерва! Как легко обставила своего проницательного вожака, изворотливого и хваткого лидера.
Он ведь табуизированный фенотип! Священный Титан на монолитном пьедестале!
Паршивка! Гадюка!
Целых четыре года они ударно, на подъеме, игнорируя моральную биоэтику и нравственную эстетику, наблюдали за конструированием имплантов и участвовали в селекции омерзительных, увеселительных забав. А с многоликой и разноголосой психологией тоже разбирались без особого труда. Единомышленники не заморачивались на крайне переменчивую, шаткую и бесстержневую научную дисциплину. Слишком уж мягкотелая была модель всеобщего мировосприятия, словно черепаха без панциря, ещё абсолютно ветрена, неразборчиво капризна и жутко метеозависима. И пока циничная трепология находилась в одной тональности с образом их ментальности, процессы безраздельной деятельности гармонично, колоритно и денежно пели в унисон.
Хиллар, не поворачивая головы, с усилием следил мутным взглядом за недавней возлюбленной в голубом, накрахмаленном халатике и ароматно пахнущей свежим, изысканным парфюмом.
–Т-т-т…
–Тварь-спокойно подсказывала Аста недостающие звуки нужного слова.
–У-у-у…
–Убью-мягко продолжала избранница обреченного, накрывая его веки тяжелыми металлическими пластинами с датчиками.
Конец ознакомительного фрагмента.