Венец судьбы
Шрифт:
Подняв руку, Колгрим остановил Верховного Правителя:
— Я глубоко уважаю вас и вашу дочь, которая, без сомнения, стала бы хорошей женой, но Книга Правления указала мне на Дом Агасферуса. Поймите, я не могу пойти против начертанного в Книге Правления. Эта наша священная книга.
Палбен сочувственно закивал, однако на самом деле ничего не понял. Он хотел узнать, что это за странный бог, которому поклоняется Повелитель Сумерек. Это уж точно не представитель Небесной канцелярии. В Хетаре ни о каких священных книгах он даже не слышал.
— Что ж, если священная книга направляет вас в Дом Агасферуса, значит, вам нужно именно туда. Глава этого Дома, Груджин
Колгрим подмигнул ему в ответ и тоже рассмеялся.
— Наверное, вам хотелось бы осмотреть свои покои, — сказал Верховный Правитель. Он хлопнул в ладоши, и перед ними появился дворецкий. — Отведи лорда Колгрима в его покои. Надеюсь, его слуги уже расположились.
— Да, мой господин, так и есть, — подтвердил дворецкий.
— Кто-нибудь из прислуги придет за вами и сопроводит на праздничный прием, — сказал Палбен.
Колгрим поклонился, сделав при этом изысканный жест, и, не сказав ни слова, удалился с дворецким.
Палбен с удовольствием потер ладони. Он не мог дождаться момента, когда наконец сможет рассказать жене о цели визита Повелителя Сумерек.
Но Лорейн опередила его:
— Слава Небесной канцелярии, он не пожелал взять в жены нашу младшую дочь, милорд! Я бы не вынесла, если бы она была так далеко от меня.
Она действительно испытала искреннее облегчение, так как наблюдала за прибытием Повелителя Сумерек из окна, выходившего на въезд во дворец. Он был самым красивым мужчиной, которого ей когда-либо приходилось видеть, но, как только она увидела его, дрожь побежала у нее по спине. Она вспомнила, что, когда в детстве она плохо себя вела, бабушка обычно говорила: «Если ты не будешь слушаться, Лорейн, то отправишься к Повелителю Сумерек и навсегда останешься в его Темных Землях». Так обычно пугали детей в ее время.
— Что ж, — продолжал Палбен, не понимая, что именно обрадовало его жену. — Теперь Груджин Агасферус непременно будет у меня в долгу. Союз одной из его внучек и Повелителя Сумерек сблизит Хетар и Темные Земли. Ничего не могу сказать о жителях этого далекого государства, но его правитель — человек благовоспитанный и приятный. Ты видела процессию, с которой он прибыл, Лорейн? В гривы лошадей были вплетены серебряные нити! Музыканты и танцоры одеты в великолепные шелка. Видимо, не зря ходят слухи о несметном богатстве Темных Земель. — Палбен, задумавшись, было замолчал. — Интересно, — медленно продолжил он, — какую выгоду мы сможем извлечь из этого брака?
— Уверена, вы найдете способ извлечь ее, милорд, — ответила его жена.
— О да, — согласился он, кивая. — Надень что-нибудь особенное сегодня, дорогая. Хочу, чтобы ты была ослепительна перед нашим гостем.
«Он бы, очевидно, продал и меня этому Повелителю Сумерек, если бы нашел в этом какую-нибудь выгоду», — подумала Лорейн.
— Конечно, — сказала она вслух, — у меня как раз есть подходящее платье, мой господин.
Она присела в реверансе и поспешно удалилась.
Верховный Правитель остался наедине с собой и теперь сидел и рассуждал, какими сокровищами могли обладать Темные Земли. Он снова радостно потер ладони. Сегодня будет положено начало его личному успеху, и даже триумфу.
К тому же они будут отчаянно завидовать необыкновенной удаче Груджина Агасферуса. Ему нужно не спускать глаз со своего старого друга Груджина. Ни одна свадьба не может быть отпразднована без согласия Верховного Правителя Палбена. Официальное разрешение обойдется Дому Агасферуса в кругленькую сумму. Когда-нибудь Палбен собирался взять себе вторую жену. Возможно, он женится на другой внучке Груджина, и тогда они породнятся с самим Повелителем Сумерек.
— Милорд…
Палбен поднял глаза и увидел своего слугу.
— Что? — резко спросил он, раздраженный тем, что его грезы были так грубо прерваны на самом увлекательном месте.
— Вам нужно идти, милорд, если вы хотите успеть подготовиться к встрече гостей, — сказал слуга, низко поклонившись, ибо видел раздражение в глазах своего хозяина.
Палбен поднялся.
— Спасибо, — поблагодарил он его. — Моя новая мантия, расшитая золотом и серебром, готова?
Слуга утвердительно кивнул и сопроводил хозяина.
В назначенный час Верховный Правитель Хетара и Колгрим, Повелитель Сумерек, стояли на широких ступенях дворца, приветствуя гостей. Палбен был облачен в светло-серую бархатную мантию, с полосами золотой и серебряной ткани. Она ослепительно сверкала при каждом его движении. У мантии были длинные широкие рукава с золотыми отворотами. Однако фасон этот подчеркивал отнюдь не лучшие его стороны — в нем он казался еще более худым и нескладным. Спасал мантию только широкий воротник, ниспадавший ему на плечи и грудь, сотканный из золота и инкрустированный рубинами. Его длинные тонкие пальцы были украшены массой драгоценностей, на среднем пальце правой руки был надет перстень с его официальным знаком. Лоб был украшен золотой лентой с рубином в центре. Его темные волосы были коротко острижены.
Почетный гость был облачен в мантию черно-серебряного шелка. Она была проста, но элегантна. Его шею опоясывала массивная цепь из золота и серебра, на которой висел круглый серебряный медальон, украшенный сапфирами. На его златовласой голове была лента из серебра с сапфиром посередине. Колгрим сам по себе выглядел так внушительно и величаво, что ему не требовалось никаких роскошных украшений. Хетарианская знать поняла это, как только вошла вместе со своими женщинами во дворец и была представлена.
Палбен окинул взором свой зал для приемов и остался весьма доволен. Ни один из его гостей не был одет столь же пышно, как он. Большинство из них привели с собой вторых молодых жен, из чего он сделал вывод, что без юной красивой невесты он теряет авторитет. Да, обязательно нужно будет обзавестись второй женой. Лорейн все еще оставалась милой женщиной, но время ее прошло. Впрочем, она никогда не была красавицей. Однако ее происхождение было безупречно, а состояние привлекательно. Она была покорна и исполнительна, родила ему двух сыновей и четырех дочерей. И все же теперь пришло время отступить ей на второй план, чтобы он мог насладиться прекрасной юной женой. Возможно, она была бы даже рада, так как ей не нравились эти торжественные ужины.