Венец проигравшего
Шрифт:
— Полагаю, да.
— Но у раздела, совершённого один раз и навсегда, есть свои недостатки. Изменение обстоятельств меняет ситуацию, и то, что раньше клан вполне удовлетворяло, теперь перестало устраивать. К примеру, мы не имеем доступа к лесам, которыми смогли бы свободно пользоваться. — Женщина улыбалась. И всё-таки в ней что-то есть, какая-то изюминка…
— В этом причина, почему вы пришли в наш мир?
— Мы пришли сюда в уверенности, что населяющие этот мир разрозненные
— Боюсь, они оказались небрежны.
Мэириман приподняла бровь. Да, она держится великолепно, и выражение лица тоже безупречное. Даже взглядом, даже мимикой она владеет абсолютно. Правда, я уже успел освоиться с подобными аристократическими штучками. И видел, что вот сейчас для нас с нею начнётся настоящий поединок в беседе. Перчатку она подняла.
— Мы были вполне готовы к диалогу с местными обитателями. Однако ваши соотечественники предпочли начать бой первыми. Что ж, мы всегда рады оказать народу чужого мира любое уважение. По их выбору.
— Жаль, что случилось это недоразумение. Моим людям не было заблаговременно известно, с кем они имеют дело. Что вполне простительно, ведь раньше в Империю ваши люди не приходили. Но что случилось, то случилось. Боюсь, наше взаимное почитание зашло в тупик.
— Я хотела бы услышать, что на этот счёт скажет твоя сестра, Сергей Серт. Ведь это она управляет военными силами вашего мира, что для меня, впрочем, странно — у нас женщины предпочитают доверять это утомительное дело своим мужьям.
— Я вдова, — с улыбкой ответила Аштия.
— Как печально! Неужели несчастье, обрушившееся на семью Солор, разом лишило её главу всех мужей?
— У нас другие традиции. Женщина может иметь только одного мужа.
— Да, понимаю, другие традиции.
— А касательно темы разговора — я считаю так, что война хороша, когда она заканчивается вовремя, не успев истощить ресурсы обеих сторон до дна.
— Я придерживаюсь того же мнения. Хотелось бы узнать, как в вашем мире принято действовать, когда две армии устают воевать?
— Две армии могут распрощаться и просто разойтись, — предложил я, не выдержав искушения. А какая волшебная картина мелькнула передо мной: вот они встают и уходят на родину, и ничего не требуют, а мы забываем о них, как о странном долгом сне.
Сумасшедшая мечта, конечно, осталась просто мечтой.
— Однако ведь армии редко начинают бой, не имея к тому веских причин, — сказала кочевница. — Есть либо конфликт, либо интерес.
— Либо и то, и другое.
— Наши нужды в новых землях остаются при нас.
— В том случае разумнее всего оговорить, на каких условиях
— Прекрасно. — Мэириман потянулась за бокалом. — Именно так и следует поступить. Мы действовали так же в прежние времена, пока совет глав кланов не прекратил междоусобные войны. Я рада обсудить условия. Как я уже говорила, госпожа Аштия: есть то, что совершенно необходимо моему клану.
— Что же именно необходимо твоему клану, госпожа Адамант?
— Аидана. Ты можешь звать меня Аиданой. Это домашнее имя. Внутриклановое. В нашем мире каждая женщина, знающая, что ей предстоит встать во главе клана или крупной семьи, принимает ещё одно имя — такова традиция.
— И ты столь свободно доверяешь мне своё домашнее имя?
— Почему же нет? Оно не тайна. Да и ты, как понимаю, не скрыла от меня ни одного из своих имён.
— Разумеется. Мне и скрывать нечего. Я просто Аштия Солор, и это всё. Так чего же хочет твой клан, Аидана?
— Мы пришли сюда за землями. Нам нужны леса. Что скажешь, Сергей? Это ведь твоя земля? Она принадлежит тебе или твоей жене?
— Она принадлежит нам обоим.
— Одновременно?
— Да. Традиции Империи сложны. Обычно землёй владеет мужчина. Иногда владения в семью приносит женщина, в качестве своего приданого. Очень редко случается так, как случилось у нас с Моресной: мы образовали новую семью вдвоём, и землями владеем совместно. Только так, потому что не сможем их поделить, даже если захотим. Но мы и не захотим.
— Вот тоже хорошая традиция — владеть совместно. Понимаю.
— Разумеется, ни одну из частей своего владения я не согласен буду отторгнуть. Да, собственно, и не смогу. По закону это невозможно.
— Вот как? — Женщина с интересом смотрела на меня, в её интересе была пронизывающая вдумчивость. Не будь я привычным, раскололся бы, пожалуй. Желание пояснить свою мысль возникло. Но я его, конечно, задавил. Понимайте меня, господа, как хотите. Их наводящие вопросы нам может быть очень полезно послушать. — Таковы ли ваши традиции, или речь о законе?
— А для вас существует разница? — поинтересовалась Аштия.
И у меня потеплело на душе от её поддержки. Взгляд Мэириман мягко перекочевал на мою названую сестру, но здесь он встретил более чем достойный отпор. Госпожа Солор и сама умела смотреть так, что у закалённых жизнью мужиков нервно напрягались поджилки. Достойная ученица и последовательница его величества, который, наверное, при необходимости способен целый взбесившийся табун остановить, не прибегая к иному оружию, кроме силы воли.