Вэндал

Коул Кериен

В комнате для гостей, куда я отношу кота, я вижу, что дневник лежит на другом месте, так что я хватаю его, чтобы проверить, написала ли она что-нибудь, и да, она сделала это, прямо под моей записью. Я пробегаю по своим словам, а затем читаю её.

Таби,

Всего за несколько дней ты стала ярким светом в моей очень темной жизни. Прошлой ночью было все, что, как я надеялся, будет. Мне нравится то, как ты мне доверяешь. Не думаю, что когда-нибудь смогу насытиться

тобой. Я уже могу видеть изменения, произошедшие в тебе, надеюсь, ты тоже. Ты также изменила и меня. У меня никогда не было какого-то плана насчет тебя и до сих пор нет. Мне нравится, куда мы идем, однако…

Однако есть что-то, что я должен с тобой сделать, и я думаю, тебе это понравится. Надеюсь, что понравится. 

Почисти стол и стулья отбеливателем, который находится под раковиной. Встретимся там.

В.

Вэндал,

Я не знаю, что происходит между нами. У меня тоже нет никакого плана, я просто хочу снова чувствовать и не быть такой подавленной и безжизненной. Это ты мне и даешь. Да, это сильно отличается от моих представлений, но я ни о чем не жалею. По крайней мере, пока. 

Отбеливатель - звучит жутко, но я сделаю то, о чем ты просишь. Я не хочу еще одной порки. 

Таби.

Усмехнувшись, я закрываю дневник. Её язвительные комментарии всегда заставляют меня смеяться.

Я методично раскладываю оборудование на столе, пока она наблюдает со слегка испуганным выражением на лице.

 – Эмм… а что именно мы будем делать? – спрашивает она.

 – Я собираюсь набить тебе татуировку.

Ее глаза расширяются, и она смотрит на меня, на пистолет, на чернильницы и снова на меня.

– Что? Ты не можешь просто так делать тату человеку? Я могу получить инфекцию или что-то вроде этого. И ты должен уметь рисовать, не так ли? Ты не можешь просто начать тыкать меня этой… штукой. – Она указывает на пистолет и смотрит на меня, будто бы я совсем потерял рассудок.

– Таби, я тату-мастер. Я занимаюсь этим около десяти лет. У моего брата и меня есть собственный тату-салон. Я могу показать тебе сайт и, если хочешь, моё портфолио. Все оборудование совершенно новое, чистое и стерильное. Я знаю, что я делаю.

– Ты серьезно? Ты тату-мастер?

– Да, к тому же чертовски хороший. Люди месяцами ждут, чтобы я набил им их чернила. Ты должна чувствовать себя особенной.

Она до сих пор пристально смотрит на оборудование:

– Не знаю. Безопасно ли делать это здесь?

– Да.

– Это больно?

– Нет, – я лгу.

Её глаза сужаются, глядя на меня.

 – Хорошо, немного, – добавляю я. – Это как будто гребаная куча пчелиных укусов. Мне это даже

нравится. Я думаю, что это обладает терапевтическим эффектом. Как акупунктура. Мне нравится боль.

– Пчелиные укусы? – повторяет она. – Это звучит болезненно. И ты странный.

– Думаю, ты будешь в порядке. Я буду хорошим и нежным.

– Ты действительно хочешь сделать это со мной?

– Да, но только если этого хочешь ты. Если ты действительно против, я не буду этого делать. Это останется навечно, так что я хочу, чтобы ты согласилась. Она изучает татуировки на моих руках в течение нескольких минут.

– А эти ты делал? – спрашивает она.

– Я сделал некоторые на левой руке. Вот этого дракона. А Лукас сделал правую руку.

Она легко касается моей кожи, отслеживая дизайн.

– Хорошо, а что ты хочешь мне сделать?

– Ангельские крылья на твоей спине. Я смотрел на твою спину этим утром, когда ты спала, и просто подумал, как чертовски великолепна ты будешь выглядеть с крыльями ангела. Твоя кожа настолько бледная и совершенная. Это будет красиво.

Она обдумывает это, пожевывая губу.

– Я вроде как всегда хотела татуировку, но Ник не позволял мне. Её взгляд уставился в пол.

Я насмехаюсь:

– Позволял? Что за черт? Тебе было нужно его разрешение?

– Ты не можешь судить о том, что делают другие мужчины и какого рода контроль они налагают на своих жен. Он думал, что татуировки только для стриптизерш и шлюх. Он не хотел, чтобы я выглядела дешевкой.

– Ты думаешь так же?

– Нет, я всегда думала, что искусство на теле – это красиво. Однажды я фотографировала свою подругу, она модель, и у нее было много татуировок. Они выглядели очень сексуально на ней. Хотя они были сделаны со вкусом. Не какие-нибудь глупые вещи, которые ничего не значат.

– У тебя есть дизайн или рисунок, который ты хочешь сделать? Я набью все, что ты хочешь? Ты не обязана делать именно то, что я захотел. Она шлет мне очаровательную злую усмешку и дотрагивается до моей руки, наклоняясь, чтобы поцеловать в губы.

– Я забыла поцеловать тебя этим утром. И спасибо, что оттрахал меня, – говорит она.

– Ты не очень хорошо следуешь этому правилу.

– Знаю.

Я откланяюсь назад на стуле и жду от нее ответа.

 – Так что мы будем делать, дорогая?

Она медленно кивает, и её улыбка возвращается.

– Да, думаю, я готова пойти на это. Но только, если ты будешь делать это медленно. Будешь останавливаться, когда я попрошу об этом?

– Конечно. Я дам тебе много перерывов, но как только мы начнем рисунок, его необходимо будет закончить. Даже если мы будем работать над ним каждый день в течение двух недель. Я не позволю тебе ходить с незаконченным рисунком.

– Иу, по рукам.

– Уже решила, что ты хочешь?

– Я хочу тот, который ты выбрал. Он будет многое значить для меня.