Великий план
Шрифт:
— О да, Господин! — пообещала девушка. — С радостью.
— А Симон поедет с тобой, и мы трое будем жить в Черном городе. Может даже, в Черном дворце, а?
Однако это предложение не вызвало у Эрис улыбки.
— Если пожелаете, Господин.
Бьяджио вздохнул. Он устал и говорит глупые вещи. Он Симона не интересует, и это — чистая правда. Симон влюблен в это хрупкое существо, сидящее на полу, зеленоглазое, мягкогрудое, смертное. Когда они действительно вернутся в Нар — если вернутся, — Симон с Эрис расстанутся с ним и заведут свою семью, а Бьяджио останется один в Черном городе, и у него
Бьяджио снова осторожно протянул руку к девушке и погладил ее иссиня-черные волосы, наслаждаясь этим прикосновением. Эрис покорно склонила голову. Бьяджио ощущал ее страх, но не реагировал. Как бы ему того ни хотелось, он не уложит ее к себе в постель. Он человек слова, и он обещал ее другому.
Теперь она принадлежит Симону.
17
Призыв к оружию
Острый как бритва киль «Принца Лисса» разрезал волны к северу от Люсел-Лора. Через три недели пути от Нара корабль обогнул мыс Кес и под полными парусами несся к перешейку Таттерака. Был полдень, и видимость была прекрасная. Команда «Принца» собралась на баке, жадно глядя на цель своего плавания. Много дней подряд корабль жался к берегам Таттерака, прокладывая курс в холодных незнакомых водах. Люди устали, соскучились по дому и немного боялись, но вид цитадели наполнил их сердца радостью.
Командующий флотом Пракна посмотрел вверх на Фалиндар, и мир, знакомый ему раньше, уменьшился. В жизни адмиралу довелось видеть многое, бывать в самых разных местах — но ничто не подготовило его к этому зрелищу. Горный замок возвышался над местностью, поднимаясь к небу сверкающей аркой. Его белые шпили сияли, словно выложенные алмазной крошкой. Вершина цитадели была лестницей ангелов, а ее основание — огромным городом с конюшнями, садами и дворами. И все это было дерзновенно вырезано в склоне горы. Пракна почувствовал прилив возбуждения. Они добрались до цели!
— Он поразителен, — сказал Марус. — Ты был прав.
— Незабываем, — отозвался Пракна.
Командующий флотом видел крепость всего один раз, и то только издали в пасмурный день, но и тогда она представляла собой потрясающую картину.
— Надо бы дать сигнал, — предложил Марус. — Сообщить им, что мы приближаемся. Пракна рассмеялся:
— А ты думаешь, нас оттуда не заметили?
— Дело не в этом. Лисские корабли давно не заходили в трийские воды. Нам не следует приближаться скрытно.
— У нас же всего один корабль, Марус. И они опознают наши цвета как дружественные. — С этими словами он указал на флаг Лисса, полощущийся на ветру на мачте. — Нас ведь тоже не так легко забыть, знаешь ли.
Убежденный его ответом, Марус замолчал. «Принц» направился прямо к крепости, готовясь бросить якорь вблизи берега. Сам Пракна отплывет на берег на шлюпке, чтобы встретиться с Вэнтраном и тем другим, новым господином замка. Пракна попытался вспомнить его имя. Люсилер, кажется? Но Вэнтран, конечно, его помнит. И, словно прочтя мысли командующего, Марус задал ему вопрос:
— А что, если Вэнтрана здесь нет? Что тогда?
— Он здесь, — ответил Пракна. — Где еще ему быть?
— Это большая страна, Пракна. Он может быть где угодно.
Пракна не ответил,
— Ты слишком много болтаешь, старина, — сказал Пракна Марусу.
— Возможно, — виновато согласился Марус. — Но даже если он здесь, как ты убедишь его плыть с нами? Ты и этого тоже мне не объяснил.
— Тебя сегодня прямо распирает от вопросов.
— Да. А почему тебя не распирает?
— Я не беспокоюсь, — ответил Пракна. — Убеждать Шакала сражаться против Нара — это все равно что убеждать воду течь. Не нужно делать никаких усилий.
— Это было давно, — возразил Марус. Помощник Прак-ны кивком указал на крепость. — Жизнь в таком великолепии может заставить человека изменить свои взгляды.
Пракна повернулся к твоему другу.
— Да неужели? И ты считаешь, что если бы ты жил во дворце, ты потерял бы желание мстить за Лисе, Марус?
— Конечно, нет!
Пракна больше ничего не стал говорить. Он был уверен, что Вэнтран присоединится к ним. Их всех направляли против Нара одни и те же чувства. Эти чувства заставляли их покидать дома и превращаться в пиратов. Вэнтран ничем от них не отличается. Как и все они, он знает, что такое утрата. При той встрече огонь утраты горел в его глазах, а этот огонь сам не гаснет. Пракна знал это по опыту. И Марус тоже.
— Мне и самому хочется встретиться с этим Вэнтраном, — сказал Марус. — Надеюсь, он придет на корабль. Я мог бы сказать жене, что видел его.
— Не беспокойся, у тебя будет право этим хвастаться, — заверил его Пракна. — Когда он услышит, что мы ему предлагаем, он не отправит нас ни с чем.
Ричиус Вэнтран стоял на берегу и смотрел на лисский корабль. Он услышал о его прибытии — он был у себя с Дьяной и Шани — и бросился к окну, чтобы посмотреть на судно.
Его нельзя было не узнать.
В отсутствие Люсилера в крепости распоряжался Димис, один из людей Кронина, которому Люсилер всецело доверял. Именно Димис принес Ричиусу известие о прибытии корабля, догадавшись, что Ричиус захочет пойти встречать корабль вместе с трийской делегацией. Не дожидаясь Дьяны, Ричиус ушел с Димисом по горной дороге к берегу. Отыскав няньку и передав ей Шани, Дьяна присоединилась к ним. Теперь она стояла рядом с мужем, бледная и молчаливая, наблюдая за далекой шхуной. Димис и его воины гордо стояли впереди с жиктарами за спиной. Со шхуны спустили шлюпку, в которой сидели трое мужчин. Ричиус старался справиться с нетерпением. Он не мог разглядеть людей в шлюпке, но не сомневался, что с одним из них он уже знаком.
Пракна.
Похоже было, что лисский командующий выполнил свое обещание. Пракна сказал Ричиусу, что они вернутся в Люсел-Лор, если им понадобится помощь. Ричиус закусил губу и бросил быстрый взгляд на жену. Дьяна онемела от тревоги. Он очень ласково взял ее за руку и успокаивающе сжал ее пальцы.
Она отняла руку.
— Это страшный сон, — прошептала она. Ричиус попытался улыбнуться.
— Может, это еще ничего не значит, — сказал он и только потом понял, как глупо это звучит.
— Что здесь происходит? — спросил подошедший сзади Симон. Он глядел на шлюпку, заслоняя глаза от солнца. — Лиссцы?