Великий план

Марко Джон

— Матерь Божья… — пробормотал он.

— Что это? — нетерпеливо спросил Эррит.

Форто обратил на Никабара яростно пылающие глаза.

— Ах ты, змий греха! — возмущенно воскликнул он. — Мне следовало бы убить тебя за такое!

— Хватит! — прогремел Эррит. — Форто, что в ящичке? Дай его мне! Я требую!

— Ваше Святейшество…

Эррит вырвал шкатулку из рук Форто и заглянул в нее.

Потрясен он был не меньше Форто, но не разгневался — просто смотрел жаждущим взглядом. Там был пузырек с продлевающим жизнь снадобьем Бовейдина.

Чистая

ярко-синяя жидкость сверкала и манила — и стоила целого состояния. Эррит вынул пузырек из шкатулки и стал разглядывать в солнечном свете. Рука у него дрожала.

— Да помогут нам Небеса, — сказал он. — Что ты мне привез, Данар? Проклятие в бутылке?

— Ты знаешь, что это, епископ, — осторожно ответил Никабар. — И оно не от меня. Это подарок Бьяджио. Лично я никогда бы тебе его не дал, но граф настоял.

— Еще бы ему не настаивать! — ярился Форто. — Этот негодяй с черным сердцем! Ему хочется, чтобы мы снова зависели от его дьявольского зелья! Будь он трижды проклят!

Эррит предупреждающе поднял руку, призывая генерала к молчанию.

— Успокойся, мой друг. — Он продолжал любоваться красивой жидкостью, устремив на нее взгляд тусклых мертвых глаз. Когда-то глаза Эррита сияли так же, как снадобье, но теперь они стали скучными, тоскливыми, неживыми. При взгляде на снадобье в них начал разгораться знакомый огонь. — Ах, Данар! — вздохнул епископ. — Мне благодарить или проклинать тебя за то, что ты привез мне это? Вы с Бьяджио действительно настоящие дьяволы.

— Это неплохой запас, Эррит, — сказал Никабар. — Его достаточно, чтобы привести тебя в прежнее состояние. Бо-вейдин сделал его для тебя сильным, чтобы хватило надолго. Но вводить его надо медленно. Если ты поспешишь, то умрешь.

— Он не станет его использовать! — огрызнулся Форто. — Можешь забрать свой яд обратно, пес!

Эррит убрал пузырек в ящичек и закрыл крышку. Однако он не вернул подарок Никабару. Вместо этого он поставил его рядом с собой, решительно положив на него ладонь.

— Сядь, Форто, — тихо сказал он. — Мы слишком много спорим. Я этого не хочу. — Он взял письмо, но не стал его распечатывать, а вручил Форто. — Прочти его мне, — приказал он. — Громко, чтобы мы все слышали.

Форто сел рядом со своим господином и вскрыл письмо, сломав сургучную печать. Секунду он подозрительно его рассматривал, а потом начал читать.

— «Мой дорогой епископ, — начал он. — Надеюсь, это письмо найдет тебя в добром здравии. Надеюсь также, что ты хорошо заботишься о городе и империи. Для всех нас наступили черные дни, и я не буду притворяться, будто не тоскую по Черному городу. Я скучаю по нему, всем моим сердцем». — Тут Форто прервал чтение и едко улыбнулся. — Сердцем? — язвительно переспросил он. — Каким сердцем?

— Пожалуйста, продолжай, генерал, — приказал Эррит. Слушая послание, епископ не отводил взгляда от Никабара.

— «Мы с тобой не такие уж разные, — продолжил Фор-то. — Наше прошлое сделало нас врагами, но будущее кажется многообещающим,

если мы объединим наши усилия. Есть вещи, которые я могу тебе дать и дал бы с радостью. Снадобье Бовейдина — это только малая часть этого. Никому из нас нет нужды умирать, милый Эррит».

Эррит прервал чтение Форто смехом:

— А он многословен, правда? Никабар молчал.

— Продолжай, — попросил Эррит. — Посмотрим, скажет ли он хоть что-то полезное. Форто продолжил чтение:

— «Я предлагаю организовать встречу всех правителей Нара у меня, на острове Кроут. Это единственное место, где мне ничего не грозит. Мы могли бы мирно обсудить наши разногласия и начать все заново. Я призываю тебя тщательно обдумать мое предложение. Мы могли бы управлять Наром вместе, как того хотел бы Аркус. Тебе снова станет доступно снадобье. Нар сможет стать сильным». — Форто оторвал взгляд от бумаги. — Это все, — объявил он, швыряя письмо на стол. — У тебя дерзкий господин, Никабар. Как он смеет надеяться, что купит нас своими обещаниями мира? И встреча на Кроуте! Неужели он это серьезно?

Никабар не ответил Форто — его слова были адресованы исключительно Эрриту.

— Я должен дождаться твоего ответа, а потом вернуться с ним на Кроут, — сказал он. — Я буду ждать на борту моего корабля в гавани. Доставь мне свой ответ к завтрашнему дню.

— Ждать не нужно, — просто ответил Эррит. — У меня уже есть ответ. — Протянув руку, епископ взял лежащее на столе письмо, смял его в комок и бросил Никабару. — Мой ответ — «нет».

Никабар ухмыльнулся:

— Так я и думал. Бьяджио к тебе слишком снисходителен, Эррит. Я говорил ему, чтобы он не трудился предлагать тебе мир, но он настоял на своем. Кажется, он думает, будто в твоем толстом черепе еще остались мозги. Я так не считаю.

— Если я вдруг решу вести мирные переговоры с этим дьявольским отродьем, то сам скажу, где и когда они состоятся. Не ему диктовать условия. Я не воин, но мне кажется, что условия диктует победитель.

— Тебе никогда не стать победителем, Эррит, — спокойно сказал Никабар. — У тебя нет для этого средств. Народы Нара никогда не пойдут за тобой, просто потому что не верят в твои сказки. А теперь тебе еще придется иметь дело с Лиссом. — Адмирал насмешливо подмигнул. — А уж я-то знаю, как с ними нелегко бывает управиться!

Одного упоминания о Лиссе было достаточно, чтобы с лица епископа исчезло все добродушие.

— В этом виноват ты, Данар. Они устраивают набеги на наши берега, а ты ничего не предпринимаешь! Они топят наши корабли, а ты ничего не делаешь! Ты говоришь, что ты — адмирал Нара? Это просто смехотворно! Если бы ты действительно был тем героем, каким тебя считают некоторые, ты защищал бы Нар.

— Но я его защищаю, Ваше Святейшество, — отозвался Эррит. — Я защищаю его от тебя.

— Богохульник! — заворчал Форто. Генерал встал со стула так резко, что тот упал. — Веди себя прилично в доме Божием, или, даю слово, я тебя убью!