Великий план

Марко Джон

— Ха! — презрительно бросил Форто. — Ты трясешься, как старуха, Энли. Тебе следовало бы радоваться возвращению домой.

Генерал обсушил голову полотенцем, которое ему подал адъютант, стоический полковник Кай. На протяжении всего пути Кай почти не разговаривал. Он нравился Энли больше всех легионеров. В полковнике ощущалась работа мысли, было нечто настоящее. И он совершенно не походил на своего начальника, который постоянно цитировал священные книги. Кай почтительно стоял рядом с Форто, ожидая, чтобы ему вернули полотенце. Он никогда не ел раньше генерала. И никогда не выказывал гнева и не проявлял никаких чувств. И все-таки Энли показалось, что полковник встревожен.

— Когда дело будет

сделано и я вернусь в столицу, — продолжал вещать генерал, — я сяду в ванну, полную горячей воды. И не вылезу из нее несколько дней. Боже, ну и погода здесь! У тебя, должно быть, шкура как у григена, Энли, раз ты выносишь такое.

— Это у нас в крови, генерал, — подал голос Фарен. Солдат был всегда готов защищать Драконий Клюв и не оставлял без ответа ни один выпад против своей родины. — Мы тут выращиваем стойких людей. Не таких, как ваши легионеры, которые привыкли круглый год греться на солнышке.

Форто расхохотался:

— Стойких? Да, таких же стойких, как червяки, скажу я вам. Мне не терпится раздавить отребье Энеаса и покончить с этим делом.

— Посмотрим, — сдержанно отозвался Энли. — Завтрашний день многое покажет. Однако они будут готовы нас встретить. Люди Энеаса не могли нас не заметить.

— Несомненно, заметили, — согласился Форто. — Но это не имеет значения. Посмотри вокруг себя, Энли. У нас достаточно людей, чтобы без труда одолеть войска твоего брата. И они поймут это, как только нас увидят. Может, они вообще не будут сопротивляться. — Эта мысль заставила Форто недовольно нахмуриться. — Честно говоря, я бы предпочел, чтобы бой состоялся. Но не исключено, что мы шли сюда напрасно. К завтрашнему вечеру ты уже будешь сидеть на троне твоего брата.

Энли не мог дольше это терпеть.

— Ты забыл о воздушной армии, Форто, — резко проговорил он.

— Не забыл, — возразил генерал. — Я просто их не боюсь. Это ведь птицы, а птиц может бояться только дурак. Герцог улыбнулся:

— А ты уж конечно не дурак, не так ли, Форто?

— Конечно, нет! — гордо ответил тот. — Но я голоден. Кай, принеси нам поесть. Мне завтра понадобятся силы. Мяса! Мя-я-яса мне!

Кай молча кивнул и пошел положить им обоим еды. Пока адъютант отсутствовал, генерал Форто уселся рядом с Энли и его людьми, протянул руки к огню и улыбнулся сумасшедшей улыбкой. Его огромная тень упала на лицо Энли, словно затмение. Энли наблюдал за ним при свете огня и с нетерпением ждал завтрашнего дня, когда его вороны выклюют генералу глаза и отправят в ад его самого и его легион. Они были его единственной, его главной надеждой — вороны. Без них, понимал Энли, его план провалился бы. У него не хватило бы сил, чтобы нанести поражение солдатам Форто, но он не сомневался, что воздушная армия с этим справится.

— Утром я поеду вперед и соберу моих людей, — сказал Энли. — То, что осталось от моей армии, я приведу, чтобы присоединиться к вашим легионам.

Форто покачал головой.

— Можешь ехать вперед и собирать своих людей, если тебе этого хочется, Энли, но я дожидаться не стану. У меня достаточно сил, чтобы выступить против Энеаса. И мне не терпится против него выступить. Нам не понадобится поддержка твоих сил. И я сомневаюсь, чтобы их осталось достаточно много.

Энли поднял брови: он надеялся, что не ослышался.

— Значит, вы направитесь к Серой башне? Без меня?

— Ты с остатками своей армии можешь нас догонять. А я намерен сразу же двинуться против Энеаса. Он как только увидит нас со своей Серой башни, так тут же и сдастся. А если нет… — Форто счастливо вздохнул. — Тем лучше. Я убью и его, и его жалких птиц. — Тут он поспешно перекрестился и закрыл глаза. — Во славу Божию, — добавил он. — Во славу Божию я это сделаю.

Полковник Кай вернулся с двумя

тарелками еды. Одну тарелку, с огромной порцией бобов с мясом, он вручил генералу и только потом сел сам. Форто схватил ложку и с невероятной скоростью принялся заталкивать горячее варево себе в глотку, почти не делая передышек. После минуты постоянного заглатывания еды он громко рыгнул. Энли поморщился: манеры генерала вызывали у него отвращение. Не все эти нарцы были такими, как Форто, но Энли все равно хотелось их убить. Не испытывая никаких угрызений совести, он подумал о своем вороне, сидевшем высоко в ветвях, и о том, как завтра весь Драконий Клюв будет принадлежать ему. Если, как было договорено, Гарт и другие наемники его ждут и если Никабару удалось вывести свои дредноуты на намеченные позиции, тогда завтра их ждет весьма занимательный день.

«Отправляйся к Серой башне, Форто, — радостно думал Энли. — Никабар будет тебя там поджидать».

Что за дурак был этот Форто!

На следующее утро, с первыми проблесками рассвета, Энли взял Фарена и остальных своих людей и направился через границу. Надо было проехать за лес, до деревни Ларн, где должен был ждать Гарт со своими наемниками. Энли подавил беспокойство и сел в седло, стремясь поскорее выбраться из лагеря. Когда он в следующий раз увидит генерала, тот будет уже трупом.

— Не дожидайся нас, — сказал Энли Форто, устраиваясь в седле. — Бери своих людей и двигайся к Серой башне. Мы вас догоним. Пусть нас будет немного, но мы будем с вами.

— Приезжай, когда сможешь, — согласился Форто. — Мы постараемся что-нибудь оставить на твою долю.

Какую— то долю секунды Энли смотрел Форто в глаза, пытаясь найти причину не убивать этого человека. И не нашел. Форто смотрел на него с некоторым недоумением.

— У тебя испуганный вид, Энли, — заметил он. — Не бойся. Мы отвоюем для тебя твои земли. Герцог ухмыльнулся.

— Да, — негромко проговорил он. — Спасибо, генерал.

Энли развернул коня и поскакал прочь в сопровождении своих людей. Они погрузились в предрассветный сумрак, направившись по дороге, ведущей на их родное южное ответвление, на земли, принадлежавшее Энли. Там должны были ждать Гарт и его дорийцы. На ходу никто не разговаривал, но Энли ощущал напряженность своих спутников: всем хотелось поскорее отделаться от нарцев и присоединиться к своим товарищам. Энли хотелось хохотать, но он позволил себе только улыбку, спрятавшуюся под рыжей бородой. Углубившись в лес, Энли неожиданно остановил коня.

Фарен и его остальные спутники последовали его примеру. Энли оглянулся через плечо, но позади себя увидел один только мрачный лес. Успокоившись, он посмотрел вверх, вложил в рот два пальца и пронзительно свистнул.

— Крак! — позвал он. — Иди ко мне, дружок! Теперь можно!

Его взгляд скользил по темному пологу ветвей, через которые кое-где проглядывало небо. Шли долгие мгновения. Его люди начали тихо ворчать. Однако Энли не сомневался в своем вороне — и через какое-то время наверху закружилась темная точка. Она стремительно увеличивалась в размерах, спирально спускаясь вниз. Герцог Энли вытянул руку, призывая к себе любимца. Крак красиво спланировал вниз, к своему господину. Увидев рыжебородую ухмылку Энли, ворон захохотал.

— Господин! — прокаркал он. — Дома!

— Действительно, дома, дружище, — объявил герцог. Свободной рукой он взял ворона и поднес его к себе, пристально глядя в антрацитовые глазки. — Ты все прекрасно сделал, моя милая птица, — сказал он ласково. — Скажи мне, что остальные тоже готовы. Как там моя воздушная армия?

Ворон качнул головой: это был его неловкий знак «да».

— Тогда едем! — заявил герцог. Он посадил птицу себе на плечо и повернулся к своим людям. — В Ларн, ребята. И быстрее ветра.