Великий пир
Шрифт:
– Нет, – покачал головой Юра.
Меня всегда поражало лицемерие моралистов, если честно, но тем было для меня лучше, потому что ими проще управлять. Их хрупкая мораль очень легко ломается под напором смены мотивации, путем тонкого манипулирования понятиями «хорошо» и «плохо» у них в головах. То есть, если показать моралисту «правильный» по его разумению
– Слушай, – вмешался я. – Ты дочь хочешь найти?
Юра взглянул на меня с возражением, мол, зачем, скотина, на больное давишь? Я почувствовал, как нарушил его внутренний баланс, оставалось только додавить. Включить воображение, погрузить в нужную ситуацию, и он, вероятно, сделает все, что я скажу.
– Ты видел валфорцев? – спросил я, заглянув ему в глаза. – Оборотней. Да или вампиров? Знаешь, что они могут сделать с твоей дочерью, если ты останешься сидеть здесь? – мне не надо было приводить живые примеры. Юра сам достаточно ярко все себе вообразит. – Они не посмотрят на то, что она ребенок.
– Она взрослая, – хмуро перебил Юра. – Просто….
– Просто местным совершенно плевать на людей, – я вспомнил слова Дианы о «корме с планеты Земля». – Мы всего лишь корм для них, и поверь, твоя дочь не исключение.
Юра напряженно сжал губы, принимал решение, вступающее в острое противоречие с его моральным кодексом. Он серьезно взглянул на меня, почти требовательно, и произнес тяжело:
– Обещай, что поможешь найти ее. Мне на хрен не нужны твои бумажки. Просто помоги найти Вику, пусти финансовые ресурсы на поиски.
– Идет, – кивнул я.
Вот и вся ваша мораль. В один момент мне удалось сделать окружающих преступниками в глазах Юры, а значит, убивать их можно.
С поисками я действительно собирался помочь. Выделю миллионов пять на спасательную операцию, найму каких-нибудь частников, сведу с Юрой, пусть
– А ты, Андрей? – я обратился к нему. Андрей отстраненно отвернулся, осознавая, что с его напущенной моралью я проделаю то же, что с моралью Юры. – Подумай, сколько жизней придется принести в жертву, если ты не захочешь сейчас испачкать руки. Скольких тебе не удастся….
– Не продолжай, – хмуро ответил Андрей. – Я с тобой.
Нужно было занять место в центре арены. Конечно, там уже обосновалась шайка из трех молодых вампиров, не планировавших нам уступать. Они смело глядели на нас, с вызовом, думая, что ничего мы им не сделаем. Мне не особо хотелось идти на конфликт, но вот у Юры характер был другой, потому он сразу выступил вперед:
– Катись отсюда, шушера, – грозно произнес Юра, разминая плечо. – Или тебе оторвать руку, и затолкать ее в жопу по локоть?
Дрогнули души у вампиров, дрогнули, я это почти физически ощутил. Они пусть и пытались преодолеть страх, пусть и пытались остаться, но послушно ушли, освободив центр.
Юра сел на место, над которым будет ведро, а мы расселись вокруг него, создавая защитный периметр. Из толпы на нас обращали неприязненные взгляды, но никто не осмеливался даже пикнуть, потому что знали – ничего они нам не сделают. В этом и была моя задумка. Голод их слишком ослабил, и теперь каждая минута увеличивала и без того огромную пропасть, разделявшую нас по силам. Голод вампира рос по экспоненте, сила пропадала пропорционально голоду, так что против нас попросту некому было выйти.
Когда ведро сбросили, сокамерники окружили нас. Они кричали, ругались матом, и, как только Юра стал пить кровь из ведра, отчаянно бросились в атаку. Я сразу же отбросил первого попавшегося врага мощным ударом кулака, проломив грудную клетку, он с воплем грохнулся на лопатки. На меня бросился следующий, ему я жестким правым джебом развернул голову на 180 градусов, услышав, как звучно хрустнул хребет.
Конец ознакомительного фрагмента.