Векша

Злажелательный Денис Геннадьевич

На такой выход, конечно, стоило и одеться соответствующе.

Но едва Инга потянулась к ларю с одеждой, как что-то внутри заставило напрячься и прислушаться к окружающему миру. Карабин в одно мгновение сбросил кожу, клацнул рычаг, взводя курок. Что за привычка входить в дом по-воровски?

Лисёнок замер на пороге комнаты каменным истуканом, напрягшись всем телом. Выдержки не занимать. Инга не опускала ствол, разглядывая "конвоира" - выглядит, конечно, покрепче Лютого, хотя ростом и не выше Инги. И впрямь Лисёнок, если доживёт до более зрелого возраста, станет Лисом - все данные есть. А пока что - остроносый, узколицый мальчишка с дерзким зеленоглазым взглядом, ещё

не наигравшийся в войнушку, не осознающий во всей полноте, что каждая перестрелка может кончиться тем, что его привезут домой и уложат спелёнатым к ногам отца с матерью, а потом и на погребальный костёр. Надо же, хмыкнула Инга про себя, разница в возрасте всего два года, а в мировосприятии - целых два десятка лет. Наверное, сказалась жизнь с отцом-наёмником, не склонным ностальгировать на тему романтики войны. Инга полагала, что вобрала в себя большую часть того, что хотел донести до неё отец - что мирная, спокойная жизнь в собственном доме и есть то, к чему стоит стремиться. Мир, покой, хорошая семья. Лисёнок пока далёк от этого понимания.

– Ну, какие твои действия?
– спросила Инга спокойно. Лисёнок, поняв, что убивать его прямо здесь и сейчас не будут, немного расслабился.

– Резко прыгну в сторону, - сказал он с кривоватой усмешкой.

– Ты стоишь в дверном проёме, тебе надо чуть сместиться назад, чтобы прыгнуть в сторону, - отпарировала Инга.
– Лишнее мгновение, чтобы отстрелить тебе голову. Ладно, - она убрала карабин.
– Тебе-то чего? Лютый уже всё рассказал... братец мой названный. Или тебе есть, что добавить?

– Готова?
– спросил он.

– Что, прям сразу?
– откровенно опешила она.

– Командир говорит, что ждать нечего.

Круто в оборот берут.

– Ладно, - Инга сунула карабин в чехол.
– Переодеться-то дашь? А то негоже на Озёра идти в домашнем.

– Мы не на Озёра, - хмыкнул Лисёнок.
– Лютый велел машину подготовить, поедем в Горинск, на ярмарку.

– На кой?
– искренне удивилась Инга.

– Я уж таких вопросов задавать ему не стал, - Лисёнок развёл руками.
– Стратегия - дело командира. Моё дело - стрелять и не мазать.

Мальчишка мальчишкой, но с субординацией, смотри-ка, полное согласие. Ну, у Лютого не забалуешь, не задерживаются у него тугодумы, медлительные и строптивые.

– Надеюсь, на Озёрах не промажешь, - Инга вздохнула, поднимаясь.
– Если прижмёт.

– Не промажу, - недобро усмехнулся Лисёнок.
– Что Лютому передать?

– Буду минут через пять, - отозвалась Инга.
– Но ствол всё равно возьму, пусть не обижается.

– Само собой...

Глава 2.

Ехать пришлось всё же в повседневной одёжке - простые серо-пятнистые штаны и рубашка из холстины. Лютый настоял, наставительно воздев палец к небу и заявив, что лишняя приметность Инги в охотничьем облачении не нужна. Равно как и оружие. Там могут быть лишние глаза и уши, Векшуня. Тесак и кинжал возьми, деньги, если хочешь, тоже, а мы тебя, сокровище наше рыжее, обязательно защитим.

Инга поверила с некоторым трудом - не очень уютно вдруг оказалось ехать с четырьмя крепкими мужиками в Лешаке. Обшитая листами металла и оттого похожая на грубую железную коробку на колёсах, ощетинившаяся разнокалиберными пулеметными стволами, махина легко бы подошла для безнаказанного надругательства в закрытом пространстве. Однако и сам Лютый, и его боевики держались очень дружелюбно - здоровяк Капрал, заместитель Лютого, квадратный, мускулистый, излучающий бычью мощь, его почти что

близнец Дракон, сидевший за рулём, и Лисёнок, смотревшийся на фоне своих собратьев по оружию совсем несерьёзно. Однако теперь, невольно присмотревшись к окружению, Инга заметила, что воспринимают Лисёнка в этой команде отнюдь не как сопливого щенка - хотя и Дракону, и Капралу, и Лютому он в сыновья годился по возрасту. Поразительно, как много открывается, стоит лишь приглядеться как следует. Сейчас присматриваться стоило особенно внимательно - потому как теперь с этими людьми предстояло работать достаточно близко. Наверняка и они к ней присматривались. И наверняка не только как к девушке - дежурно-самцовый интерес Инга не могла разглядеть только в тарантуловых глазах Лютого, в которых, как правило, ничего разглядеть было нельзя.

– Лютый, ты как Векшуню-то завербовал?
– спросил Дракон, басом перекрывая гул движка.

– Обаянием, конечно же, дружище, - крикнул Лютый.
– И никак иначе. Обаянием, давлением на тонкие струны девичьей души, страдающей оттого, как много ребят окружной армии гибнет в нашей крысиной грызне.

– А деньги-то хоть отдал?

– Что ты сразу так... грубо и приземлённо?
– укорил его Лютый, развернувшись к ним в отсек с командирского места.
– О деньгах речь зашла потом, одними высокими чувствами и воинской доблестью сыт не будешь. Верно ведь, Векшуня?

Инга не сдержала усмешки, кивнула. Лютый вдруг улыбнулся одной из своих страшных улыбок:

– Андрюха отказал в помощи?

Инга чуть сощурилась, по-прежнему растягивая губы, чувствуя, как закаменело лицо.

– Да я просто так спрашиваю, ясно же, что не на свиданье к нему бегала, - махнул рукой Лютый.

– А вдруг на свиданье?

– Слишком грубое совпадение. Значит, отказал?
– Лютый смотрел, не мигая.

– Да, - вздохнула Инга.

– Жалко, он бы нам пригодился.

– Он тебя побаивается, - сказала Инга.

– Кто? Он? Меня?
– если Лютый и играл удивление, то очень натурально и искренне.
– Андрюшка? Капрал, ты слышал?

– Ну, а вдруг?

– Он меня не любит, - засмеялся Лютый, от смеха его правая щека мелко задёргалась, утягивая за собой уголок рта.
– Очень сильно не любит. Настолько, что нам в лесу лучше не встречаться.

– А за что?

– Оленя-подранка у него увёл, - ухмыльнулся Лютый.
– Красивого оленя. Вот он и в обиде.

– Не подумала бы, что он такой злопамятный, - вздохнула Инга.

– Очень, - серьёзно кивнул Лютый.
– Злопамятный и страшный. Всегда один ходит - и плевать хотел и на горинцев, и на Кривина.

– А может, он из...?
– больше из мстительности предположила Инга, многозначительно умолчав.

– Не, - неожиданно сказал Лисёнок.
– Не из этих. Просто очень хороший охотник. А такие любят одиночество - чтоб никто не просёк, где у них самые охотные места.

– Да все знают, где он любит охотиться, - отмахнулся Капрал.
– В Чёртовы Сопки ходит.

– Прямо под носом у Кривина...
– задумчиво произнесла Инга.

– Он не вражеский лазутчик, Векшуня, честно тебе скажу, при всей нашей с ним взаимной любви, ни в чём таком обвинить не могу, - поспешил заверить Ингу Лютый.
– И тому доказательство - он живет с нами в одном посёлке, многое видит - но мы ни разу не попадали в засады Кривинских бойцов. И к тому же он несколько раз сообщал интересные вещи о том, что творится в Сопках. Когда случалось проходить мимо Кривина. Ну, там, что какая-то их группка выдвинулась в сторону Горинского округа - столько-то человек, столько-то автоматов, винтовок.