Век Дракона
Шрифт:
– Хватит, - предвосхищая приближавшуюся ссору, решил Кусланд.
– В Лотеринге могут быть люди Логейна. Из Остагара путь в Северный Ферелден только через эту деревню, значит, он мог оставить тут стражу для отлова выживших и дезертиров.
– Обойдем?
– Амелл деловито мотнул головой.
– Ты прав, Командор. Я бы на его месте оставил. Чтобы не разносили, что на самом деле случилось при Остагаре. Сам-то он, должно быть, привносит в народ какую-то собственную точку зрения.
– Я бы все же рискнул, - Алистер покосился на Морриган, о присутствии которой временами вообще забывали.
– Сейчас слишком много
– Ну да, похожи мы на беженцев. Конечно, - опасения насчет ведьмы подтвердились. Никак не комментируя высказывания Кусланда и за редким исключением не трогая Амелла, ведьма вовсю отыгрывалась на Алистере.
Ответить Алистер не успел. Из-за поворота дороги, скрытого за небольшим холмом, откуда они совсем недавно пришли, вынырнула небольшая двухколесная телега . Телегу тащила приземистая серая лошадь. Весь задок был забит хорошо перевязанными ящиками и тюками, а на передке сидели двое. Низкий ширококостный мужчина, едва достававший бы макушкой до пояса Кусланду, и такой же юноша с каким-то нелепо-радостным выражением на простоватом лице.
– Гномы, - сквозь зубы процедил Амелл, выпрямляясь.
– Тоже беженцы. Должно быть, свернули с бокового тракта.
Телега поравнялась с ними. Старший гном с любопытством оглядел их компанию и натянул вожжи.
– Приветствую славных воинов и госпожу хасиндку, - произнес он с как будто бы искренней сердечностью.
– Я Бодан, торговец из Орзамара. Не желаете сделать почин моей торговле?
– Почин?
– удивился Алистер, кивая на небо.
– Солнце садится!
– Дорога была долгой, - гном пожал плечами.
– Все деревни к югу опустели. Не с кем было торговать. Так не сделаете почин? Госпожа ваша не мерзнет? У меня тут отличное платье, шерстяное и теплое. И плащи найдутся… целых два. Они, правда, мужские, но, быть может, госпожа взглянет хоть глазком?
– В самом деле, Морриган, - рискованно решился высказать свое мнение Алистер.
– Мы-то привыкли, и не… смотрим. Но если ты в таком виде пойдешь в деревню…
– Что сказать ты хочешь?
– Мы и так очень заметны, - поддержал Кусланд, мотнув головой на отряд.
– Доспех Алистера, мои волосы, шрамы Дайлена - все это способно вызвать пересуды и привлечь ненужное внимание. Но твое одеяние…
– Смотреть и боязно и тянет, - как всегда без церемоний высказался Амелл.
– В деревне, где полно мужичья, все будут пялиться только на тебя. Ну, и на нас заодно.
– Да вы взгляните!
– пока они говорили, гном поспешно копался в одном из тюков и, наконец, выкопал что хотел.
– Хорошее платье, считай, новое. Ну как, госпожа? Нравится?
Светло-коричневое шерстяное платье и вправду смотрелось неплохо. Оно вполне могло принадлежать зажиточной деревенской женщине. Морриган привычным жестом сложила руки на груди.
– Не буду я вот это надевать! С какой-то падали он снял…
– Вовсе не с падали, - обиделся торговец, потряхивая платьем.
– Нашел в брошенном доме. И плащи там же. Вы смотрите, смотрите. Я их сверху положил, такие вещи всегда берут первее всего.
– У нас хоть деньги есть?
– вполголоса поинтересовался Дайлен у товарищей по ордену, пока гном суетился, раскладывая товар.
Алистер со вздохом полез за отворот кольчуги и за тесемку вытащил тощий кожаный мешочек.
– И много
– не выдержал Айан. Сын Мэрика пожал плечами, не понимая, чего от него хотят.
– Тут сохраннее, - все же ответил он и развязал мешок.
– Мы будем что-то брать, Командор? Плащ я бы взял. Даже два. У Дайлена нет. Да и у Морриган… считай, тоже нет. Сколько ты хочешь за эту одежду, друг гном?
Пока Алистер и даже заметно оживившийся Дайлен торговались с гномом, Кусланд бросил еще один внимательный взгляд на деревню. Идти туда было опасно. Но в деревне они могли узнать новости. А также получить помощь. Последнее было сомнительно, но полностью сбрасывать со счетов этого не стоило.
– Двадцать медяков!
– Айан обернулся на возмущенный голос Алистера.
– Да за такую поношенную накидку это настоящий грабеж!
– Покупай, она широкая, - решился Кусланд, оценивающе окинув взглядом предмет спора.
– Завернешься в нее по шею, прикроешь доспех. Мне нужна такая же. Дайлену отдашь свой плащ. Ему доспехи прятать не обязательно, они у него обычные. И… Морриган. Коли не хочешь платье, то завернись, как мы, в накидку. Не гоже девице… женщине молодой разгуливать так, как ты ходишь. Не на людях.
Монеты, наконец, перекочевали из мешочка Алистера в кошель торговца, и довольный гном передал Дайлену проданный товар. Однако, пока путники переоблачались по указу Командора, не уезжал, словно бы чего-то ожидая. Его сын продолжал бессмысленно и доброжелательно улыбаться. Уже было заметно, что молодой гном был слабоумным. Толи родившись, толи сделавшись таким от неосторожного обращения с лириумом.
– Тебе что-нибудь нужно, друг гном?
– спросил Кусланд, затягивая повязки на плаще. Проданная торговцем накидка действительно оказалась широкой и просторной, скрывшей под собой почти весь его доспех. Правда, недостаточно теплой, и кое-где с прорехами.
– Да вот, вишь ли, отважный господин, - Бодан кивнул головой в сторону Лотеринга.
– Деревенька-то вот она. Вы ведь туда идете? Стало быть, пойдем вместе? Там, небось, от беженцев проходу нет и в харчевне не заночевать. Доводилось мне такое видеть к югу отсюда. А у меня в повозке - отличный просторный полог. Ежели его натянуть, то все там поместимся, тем более вон дождь собирается какой.
Над холмистой долиной, которая лежала перед Лотерингом тучи действительно висели так низко, что казалось, с холма их можно было потрогать руками.
– Ну, так что, господа воины? С чего б вам сомневаться?
– торговец улыбался радушно и открыто.
– Будете моими гостями. Смотрю, с деньгами у вас негусто. Так и быть, угощу вас хлебом с сыром. Два дня назад выменял такую головку…
– Боишься, что беженцы товары отберут?
– прозрел Дайлен, которого очень заинтересовали последние слова гнома про сырную головку.
– С нами безопаснее?
Бодан помялся.
– В общем, да, - вынуждено признал он.
– Мор ведь… беженцы опять же… Народец всякий встречается. Кто-то просто от чудищ бежит, а кто-то и разбойничает на дорогах. Кто-то - прямо в деревнях. Мы - мирные торговцы. А вы, господа, воины знатные, всяк это видит, у кого глаза на месте. На таких лишний раз нападать заопасаются. Только кошели у вас тощие. Я вам помогу, вы мне. В вашей компании всяко безопаснее. А завтра разойдемся по-хорошему. Ну как? Согласны?