Веер молодости
Шрифт:
– Момотаро-сан, куда это ты путь держишь?
– Иду походом на Онигасима.
– А что это у тебя в мешке?
– Просяные лепешки, каких во всей Японии не сыскать.
– Дай одну, с тобой пойду.
– Ладно, пойдем! Вот тебе лепешка!
Съела собака лепешку и пошла следом за Момотаро.
Спустились они с горы, прошли немного и очутились в лесу. Вдруг откуда ни возьмись с громким криком соскочила с дерева обезьяна.
Оглянулся Момотаро, а обезьяна поклонилась ему почтительно и спрашивает человечьим голосом:
– Момотаро-сан,
– Иду походом на Онигасима.
– А что у тебя в мешке?
– Просяные лепешки, каких во всей Японии не сыскать.
– Дай одну, с тобой пойду.
– Ладно, пойдем! Вот тебе лепешка!
Съела обезьяна лепешку и тоже пошла следом за Момотаро.
Спустились они с горы, прошли лес и вышли в широкое поле. Вдруг откуда ни возьмись с неба фазан летит.
Оглянулся Момотаро, а фазан сел перед ним, поклонился почтительно и спрашивает человечьим голосом:
– Момотаро-сан, куда это ты путь держишь?
– Иду походом на Онигасима.
– А что это у тебя в мешке?
– Просяные лепешки, каких во всей Японии не сыскать.
– Дай одну, с тобой пойду.
– Ладно, пойдем! Вот тебе лепешка!
Склевал фазан лепешку и полетел следом за Момотаро.
Стало у Момотаро три верных слуги: собака, обезьяна и фазан. Вчетвером идти веселей.
Долго ли, коротко ли шли они; наконец, вышли на берег моря. Здесь, как на счастье, увидели они лодку.
Быстро вскочил в нее Момотаро, а за ним его верные слуги.
– Я буду грести, – сказала собака и взялась за весла.
– Я буду править, – сказала обезьяна и уселась за руль.
– Я буду смотреть вперед,- сказал фазан и примостился на носу лодки.
Ярко светило солнце, море сверкало, как зеркало. Понеслась лодка, точно стрела из лука, точно молния, пронзающая тучи. И скоро фазан на носу закричал:
– Вижу остров, остров вижу!
Захлопал он громко крыльями, взмыл в небо и полетел прямо навстречу ветру.
Посмотрел Момотаро в ту сторону, куда полетел фазан. Далеко-далеко, где небо с морем сходилось, заметил он что-то темное, вроде облачка. Но чем ближе подплывала лодка, тем яснее видел Момотаро, что это не облако, а мрачный остров.
Наконец, он сказал:
– Вот он, остров Онигасима, перед нами! Смотрите!
– Банзай, банзай! {48} – дружно закричали в ответ собака и обезьяна.
А лодка уже подплывала к берегу. Вот показался и замок чертей. Со всех сторон его обступили неприступные скалы. У огромных чугунных ворот виднелись часовые.
48
Банзай – (дословно «десять тысяч лет») – равнозначно нашему «ура».
На самой высокой крыше сидел фазан и смотрел в их сторону.
Много, много лет понадобилось бы другому, чтобы доплыть до острова чертей, а Момотаро и глазом не успел
Момотаро выскочил на берег, а за ним его верные слуги.
Увидели черти незнакомых пришельцев, испугались. Поспешно скрылись они за стенами замка, а чугунные ворота за собой крепко заперли.
Подбежала тогда собака к воротам, стала скрести лапами и громко лаять:
– Эй вы, черти, отпирайте ворота! Пришел к вам сам Момотаро из Японии!
Услышали черти эти слова, задрожали от страха. Изо всех сил навалились они на ворота и держат, не пускают.
Слетел тут с крыши фазан и давай им клевать глаза! Не выдержали черти – разбежались. Тогда обезьяна вскарабкалась на высокую степу и отворила изнутри ворота.
С боевым кличем ворвались Момотаро и его воины в замок. Навстречу им выскочил сам главный черт, окруженный толпой чертенят. Все они размахивали толстыми железными палицами и испускали страшные вопли.
Но только видом страшны были черти, а как стал им фазан глаза клевать, а собака за ноги хватать, заметались они, вереща от боли. А когда и обезьяна пустила свои когти в дело, взвыли они еще громче, побросали свои палицы и попрятались кто куда.
До конца бился только главный черт, но и его Момотаро придавил к земле. Сел он верхом на широкую спину черта, сжал ему шею сильными руками и говорит:
– Ну что, пришел твой конец?
Перехватило у черта дух, из глаз его покатились слезы, и запросил он пощады:
– Отпусти меня, пощади мою жизнь! Я тебе за это все свои богатства отдам!
Отпустил его Момотаро. Тут открыл главный черт кладовые и отдал ему все свои сокровища. А тем сокровищам равных на свете нет. Были тут и плащ-невидимка и зонт-невидимка, и волшебная колотушка бога счастья {49} , и драгоценный жемчуг, и кораллы, и черепаховые щиты, и много-много другого добра.
Сложил все это Момотаро в лодку и с тремя своими слугами поплыл обратно. Еще быстрее прежнего полетела лодка по волнам. И вскоре добрались они до Японии.
49
Бог счастья – Дайкоку – изображается с колотушкой в руке. Удар этой колотушки приносит исполнение любого желания.
Пристали они к берегу, нагрузили драгоценностями целую повозку. Впряглась в нее собака и повезла, фазан за веревку сбоку тянет, обезьяна сзади подталкивает – так втроем они и тащили тяжелый воз.
А дома старик со старухой ждут не дождутся Момотаро. То один, то другой повторяет: «Пора бы ему вернуться!»
Но вот настал радостный день, и Момотаро вернулся домой. Он гордо шел впереди, а за ним его верные слуги везли богатую добычу. Увидели его старик со старухой и обрадовались.
– Вот это герой! – восхищался старик. – Нет ему равных в Японии!