Ведун
Шрифт:
С трудом открыл глаза, чтобы хоть понять, что держать-то надо.
Увидел на свою голову, заодно и удивился… запоздало. Энергия не просто меня покинула, зря я на нее наговаривал. Вплеснувшись из меня, не знаю как, это ведь просто нереально, но она образовала щит, на котором сейчас и лежал потолок, обломки мебели и много-много пыли, всё это висело над нашими головами.
Не стоило мне, наверное, удивляться и сомневаться в реальности происходящего. И раньше огромное давление разом возросло, так что и дальше «держать» всю эту массу уже не получалось. Единственно что еще
Тут силы меня окончательно и покинули, щит схлопнулся со звуком открывающегося шампанского, только вот вместо игристого вина нас окатило пылью и прочим мусором. Дышать сразу стало нечем, так что я поспешил закрыть глаза и натянуть на лицо куртку.
— Дед!
— Живой я, — практически сразу же он отозвался. — Лежи спокойно, пока пыль не осядет. А то тут всё на честном слове держится, сразу не прибило, так теперь добьет, если что не то потревожим.
«Вовремя землетрясение закончилось», — вспомнил я с чего всё началось, и замерев — прислушался… толчков и вправду больше не было.
Пыль на удивление быстро осела. Даже не осела, ее просто в сторону ветром отнесло, ну и водой прибило. Видимо трубы порвало, так что нам теперь не только раздавленными грозит быть, но еще и утопленными. Впрочем… мы с дедом оказались в своеобразном таком шалаше, плиты одним боком рухнув на пол, другим упирались в разрушенную наружную стену. Вот в этой стене окно и приковало к себе мой взгляд. Выход наружу, пусть и полузаваленный. Раньше оно решеткой забрано было, сейчас же ту сорвало к черту, как и стекло, его там тоже не наблюдалось.
— Ты цел? — Аккуратно приподнявшись, дед в первую очередь на меня посмотрел.
Хоть что там можно увидеть: грязный как черт, пылью засыпанный, еще и водой сверху политый.
— Да, вроде.
— Вроде или цел? — въедливо переспросил он, не удовлетворившись таким невнятным моим ответом, при этом продолжая ощупывать меня взглядом, выискивая ранения.
— Да цел я, — уже уверенней ему ответил. — Тело огнем горит, но то давившая на меня раньше энергия разом выплеснулась и… — снова посмотрел я на нависающие над нами плиты. — Дед, что это было, а?
— Да черт его знает, — удостоверившись, что я в относительном порядке, дед тоже принялся по сторонам осматриваться. — Магия-шмагия, хрен знат, что оно такое было. Потом разбираться будем. Сейчас давай выбираться отсюда, пока мы тут не утонули.
И да, шансы утонуть вполне себе возрастали. Не просто вода, а смешанная с пылью жижа продолжала прибывать, находя всё новые и новые дорожки в завале, стремясь доделать то, что землетрясение не доделало, лишить мира двух ведунов.
Так что мы больше медлить не стали, на коленях поползли на выход.
— Тут живые!
Стоило только показаться на фоне окна, как нас сразу же заметили военные, производящие спасательные работы, принялись помогать нам выбраться.
— Саня, не дури!
Деда, несмотря на его возражения, я первого наружу отправил, а сам задержался.
— Сашка! — разорялся снаружи дед. — Вылазь давай, я тебе уши надеру, сучий потрох.
— Лезу я, лезу, — пробурчал себе под нос, выталкивая наружу сначала злополучную сумку, а потом уже и сам туда же подался.
Нет, ну а что, зря я что ли напрягался, ночами не спал, зелья эти делал, чтобы взять и вот так их тупо бросить? Фиг вам, свой труд я привык ценить.
— Целый? Травмы есть? — Стоило только оказаться снаружи, как меня сразу же засыпали вопросами. — Там еще кто-нибудь остался?
— Больше никого нет, мы вдвоем в кабинете были, — мотнул я отрицательно головой. — Сам целый…
Стоило только отчитаться… еле успел откинутую в сторону сумку схватить, как меня подхватили под руки и потащили в сторону от развалин.
И да, «Ахренеть» — именно это слово полностью отражало мое состояние, когда я со стороны посмотрел на поликлинику. Я оказывается не просто плиту на том непонятом щите держал, а целых два верхних этажа в нашем трехэтажном здании. Левая сторона здания обрушилась из-за землетрясения, сейчас там множество людей копалось, растаскивая завалы, пытаясь хоть кого-нибудь еще спасти, пока, если живые всё ещё есть, они не захлебнулись из-за и не думающего прекращаться дождя.
— Саня, паршивец… Да целый я, — отмахнулся дед от пытающегося его осмотреть врача. — На нас ничего не упало, так что травм не имеем. — Иди сюда, — переключил он всё внимание на меня, — дай я тебя…
Военные, притащившие меня в соседнее здание, куда всех пострадавших доставляли, быстренько смылись, теперь уже я принялся от деда и от незнакомого врача отбиваться, доказывая, что я тоже целый и весь из себя здоровый.
К работе мы вернулись достаточно быстро, так как количество поступающих пострадавших не уменьшилось, а как бы не на порядок увеличилось. Так что некогда было переживать о том, что чуть не погибли… в отличие от многих других людей.
Блистательный, пролетев мимо Земли, нанес существенный удар напоследок. Разрушена не только наша поликлиника, но и городская больница, под завалами которой погибло множество опытнейших врачей. Да и помимо больниц по городу и других разрушений хватает, много, как высотных девяти/пятиэтажных, так и частных одноэтажных домов в развалины превратились.
— Ой, что происходит! — с ошалевшим видом заскочила в наш новый кабинет наша медсестра Ирина.
Выжила чудом. В тот раз, когда мы с дедом себе перерыв организовали, она тоже решила время зря не терять, пошла к подруге чаем по-быстрому побаловаться, заодно и поболтать, новости узнать. Так и спаслась, практически за спиной у нее тогда потолок обрушился. Ну и, как только мы возобновили работу, она к нам напросилась, теперь постоянная наша медсестра, которую мы бережем и лелеем, отчего она и бодрая такая, всем остальным на зависть.