Ведьмы за границей

Пратчетт Терри Дэвид Джон

Сосед утешающе похлопал его по спине.

– Худа без добра не бывает, – сказал он. – Мы всегда можем пробить горизонтальный штрек от пятнадцатой штольни. Не волнуйся, никуда этот пласт от нас не денется.

– Извините, – встряла Маграт, – значит, выходит, там, за завалом, остались гномы, да?

– О да, – подтвердил король.

Причем сказал это так, словно речь шла о каком-то досадном побочном обстоятельстве катастрофы, поскольку новые гномы очень скоро

появятся на свет естественным образом, а вот золотоносная порода имеет дурное обыкновение заканчиваться.

Матушка Ветровоск критически осмотрела завал.

– Нам хотелось бы, чтобы нас оставили одних, – громко произнесла она. – Дело очень деликатное.

– Понимаю, – не стал спорить король. – Небось, разные там секреты ремесла, да?

– Навроде того, – сказала матушка.

Король выгнал всех гномов из туннеля, оставив ведьм одних в тусклом свете фонаря. С потолка упали несколько камней.

– Гм-м, – протянула матушка.

– Ну, теперь всего-навсего надо что-нибудь предпринять, – промолвила нянюшка Ягг.

– На свете нет ничего невозможного, – неопределенно заметила матушка Ветровоск.

– Тогда тебе придется очень постараться, Эсме. Если бы Создателем нам было предназначено ворочать с помощью ведьмовства всякие камни, он не стал бы изобретать лопату. Быть ведьмой – это прежде всего знать, когда стоит воспользоваться лопатой. И оставь в покое тачку, Маграт. Ты ничего не понимаешь в машинах.

– Хорошо, хорошо, – сказала Маграт. – А почему бы нам не испробовать волшебную палочку?

Матушка Ветровоск фыркнула:

– Ха! Здесь? Фея-крестная в шахте – с ума сойти!

– Окажись я там, за завалом в недрах горы, думаю, я бы очень обрадовалась появлению такой феи, – горячо возразила Маграт.

Нянюшка Ягг кивнула.

– Тут она права, Эсме. Нет такого закона, который бы запрещал фее-крестной работать в шахте.

– Не доверяю я этой палочке, – нахмурилась матушка. – По мне, она какая-то уж больно волшебная.

– Ой, да ладно, – ответила Маграт. – Ею пользовались поколения и поколения фей-крестных.

Матушка замахала руками.

– Хорошо, хорошо, хорошо, – пробурчала она. – Давай! Делай из себя дуру набитую!

Маграт вытащила из сумки волшебную палочку. Она давно и с ужасом ждала этого момента.

Палочка была сделана из какой-то кости – Маграт искренне надеялась, что не из слоновой, ей нравились эти большие животные. Когда-то на палочке были какие-то буквы, но многие поколения пухлых пальчиков фей-крестных почти полностью их стерли. Также палочку обхватывали несколько золотых и серебряных колечек. Никаких инструкций не прилагалось. Отсутствовали даже самые примитивные руны или значки, которые подсказали бы, как с ней обращаться.

– По-моему, ей надо взмахнуть, – сказала нянюшка Ягг. –

Я даже уверена в этом.

Матушка Ветровоск скрестила руки на груди.

– Не пристало ведьме баловаться со всякими там палками, – осудила она.

Маграт на пробу взмахнула палочкой. Ничего не случилось.

– Может, надо что-нибудь сказать? – предложила нянюшка.

Маграт впала в панику.

– А что обычно говорят феи-крестные? – жалобно поинтересовалась она.

– Э-э-э, – сказала нянюшка. – Понятия не имею.

– Ха! – выразилась матушка.

Нянюшка Ягг вздохнула.

– Разве Жалка тебе ничего не объясняла?

– Ничегошеньки!

Нянюшка пожала плечами.

– Ну, тогда делай что можешь, – посоветовала она.

Маграт уставилась на груду камня. Потом зажмурила глаза. Затем глубоко вздохнула. Она попыталась превратить свое сознание в безмятежную картину космической гармонии. Монахам-то хорошо рассуждать о космической гармонии, подумала она, они сидят себе там, в своих заснеженных горах, и беспокоиться им не о чем, кроме как о случайно забредшем йети. Попробовали бы они поискать внутреннего спокойствия под взглядом матушки Ветровоск.

Юная ведьма неуверенно взмахнула палочкой и попыталась не думать о тыквах.

Она ощутила движение воздуха. Потом услышала, как ахнула нянюшка.

– Что-нибудь случилось? – спросила Маграт.

– Угу, – спустя некоторое время отозвалась нянюшка Ягг. – Вроде того. Надеюсь, они успели порядком проголодаться.

– Значит, по-твоему, это и есть настоящее волшебство феи-крестной? – заметила матушка Ветровоск.

Маграт открыла глаза.

Перед ними по-прежнему высилась груда, но теперь уже не камней.

– Жалость какая, поглядите, некоторые-то помялись, – сказала нянюшка.

Маграт открыла глаза еще шире.

– Что, опять тыквы?

– Мятых много. Мятых, – повторила нянюшка на тот случай, если кто-нибудь ее не услышал.

Верхушка груды зашевелилась. Парочка небольших тыкв скатилась прямо к ногам Маграт, а в образовавшемся отверстии появилось личико гнома.

Оно уставилось на ведьм.

Наконец нянюшка Ягг спросила:

– У вас все в порядке?

Гном кивнул. Его внимание по-прежнему было приковано к груде тыкв, громоздившихся от пола до потолка.

– Э-э, да, – сказал он. – А папа здесь?

– Какой папа?

– Ну, король.

– А-а! – Нянюшка Ягг приложила руки ко рту и крикнула в глубину туннеля: – Эй, король!

Появились гномы. Они тоже уставились на тыквы. Король вышел вперед и тут заметил лицо сына.

– Ты как там, сынок?

– Все отлично, па. Жив и здоров, ни царапинки.

Король облегченно вздохнул. Потом подумал и добавил: