Ведьмоспас
Шрифт:
Но и на этот вопрос Миша ответил довольно быстро. Разгадка крылась в злополучном вечере перед штурмом, когда Люба-Велосипед вертелась вокруг болтавшей о том – о сем волшебной компании.
Она узнала достаточно, чтобы активировать заклинание, указывающее на портал. Утешало одно: вряд ли она знала больше. Ведь инструкция к Боекомплекту была у него, у Миши! Да и окажись она в руках у злодеев, что бы они стали с ней делать? Лингвистических наговоров над ними никто не читал.
И все же… Нет, нельзя себя успокаивать! Если Люба запомнила
Что ж – подумал милиционер – по крайней мере, теперь понятно, каким макаром чертопрыщенцы собираются найти Заззу. Пусть себе ищут. Отыскать будет не трудно. Куда трудней будет объясниться с волшебным братом по разуму, и заставить его помочь.
Эту миссию Миша собирался взять на себя.
– И это все? – донесся из тьмы разочарованный голос.
– Андрюша, а что ты ждал? Карту с километражом? – должно быть Люба пожала плечами. – Скажи спасибо, что это есть.
– Так что, мы как идиоты будем каждые полчаса запускать это заклинанье, чтобы узнать, в ту ли сторону едем? – не унимался невидимый Андрюша.
– Нет, Андрюха, мы – не будем, – прогудел начальственный бас. – Будешь ты. Каждые полчаса. Как идиот. Это приказ. Понял?
– Понял, – удрученно буркнуло в ответ.
– Хватит вам ссориться, – сказала Люба. – Нужно ночлег найти.
Зашелестела трава. Вся компания двинулась вправо, к видневшейся вдали освещенной аллее. Смутные тени одна за одной проплыли мимо милиционера. Миша потянулся следом, изо всех сил надеясь, что дрыхнущий в сумке Йорик не проснется и не наделает шуму в самый неподходящий момент.
Через несколько минут злодеи выбрались на аллею, ведшую из аэропорта в город. Дорогу преградила седенькая востроглазая старушенция. В руках она держала картонку с надписью «КВАРТИРА».
После короткого торга бабулька поманила за собой новоиспеченных постояльцев.
Стараясь держаться на отдалении, Миша двинулся следом.
Они прошли мимо автостоянки, мимо автобусной остановки. Перебежали улицу, по которой туда-сюда шмыгали машины с горящими фарами. Взобрались на железнодорожную насыпь, пересекли пути и углубились в скудно освещенный массив частных домов.
Шаркая стоптанными шлепанцами, старушка уверенно пробиралась по лабиринту кривых полутемных улочек. Несколько раз Миша сбивался с пути и лишь чудом выходил на след, ориентируясь по собачьему лаю, доносившемуся из дворов.
В конце концов, процессия во главе с шустрой бабулькой оказалась на относительно светлой улице, разделенной вдоль очередной железнодорожной насыпью. Заросший травой тротуар отделяла от проезжей части бетонная канава, по дну которой бежал тоненький ручеек.
Старушка подвела постояльцев к калитке. Щелкнул замок. Из-за глухого дощатого забора грозно заухала собака. Судя по голосу, размером псина была покрупней медведя, но помельче слона.
– Вы не пугайтесь, она на цепи, – хозяйка улыбнулась застывшим на пороге гостям. –
Гости вошли. Калитка захлопнулась.
– И что теперь? – вопросил Миша, уставившись на запертую дверь. В сердцах он швырнул сумку наземь.
Тотчас из нее донесся жалобный голос Йорика:
– Жраать хочу.
Череп высунул в дыру белую лапу, пошарил по траве. Потом выбрался наполовину.
– Жрать хочу! – требовательно повторил Йорик.
– Да ну! – Миша всплеснул руками в притворном удивлении. – Быть того не может!
– Вот ты издеваешься, а я подыхаю с голоду, – сообщил Йорик.
– Я тебе скормил целых три самсы! – запротестовал Миша. Он до сих пор вспоминал местный деликатес – слоеные треугольные пирожки, купленные в аэропортовской столовой. Молодому человеку так и не удалось их попробовать – Йорик выцыганил.
– Сам ешь свою самсу, – отозвался череп. – Там кроме теста и лука нет ничего. А я мяса хочу. Почему ты не купил мне шашлык? Так вкусно пахло…
– Потому что за ним надо было идти на улицу. Мы могли упустить Любу.
– Знай только, за юбками гоняешься, – проворчал Йорик, – а родной альтер эго с голоду пухнет.
– Ты не вспухнешь, ты костяной, – ответил милиционер. – Хватит причитать. Утром поедим, ничего за ночь не случится. А если такой голодный – пойди лягушек налови.
– Каких лягушек? – ужаснулся череп.
– Таких. Глаза разуй, да вокруг посмотри.
Йорик выбрался из сумки, и внимательно осмотрел окрестности, несколько раз повернувшись вокруг своей оси. Потом, усевшись на задние лапы, подозрительно уставился на милиционера.
– Куда это ты меня притащил? Кой черт мы тут делаем?
– Пока ты дрых, переваривая мою самсу, Люба с бандой устроилась тут на ночлег, – ответил Миша. Он тоже был голоден, потому как большую часть времени налегал исключительно на воду. Воспоминание о подаренных неблагодарному монстру пирожках, вызывало потоки слюны и нестерпимую резь в желудке.
– Подло попрекать друга расстегаями, – заявил Йорик. И добавил с беспокойством: – А мы что делать будем?
– Ждать.
Милиционер шагнул к густому кустарнику, росшему в нескольких метрах от калитки, и уселся под ним, свесив ноги в бетонный желоб арыка. Сколько хватало глаз, на пустынной улице не видно было ни души.
– Ждать. Ждать, – повторил Йорик, пробуя слово на вкус. – Что, вот так просто сидеть и ждать?
– Пока темно – да. Как рассветет, придется перебраться подальше, чтоб эти, выйдя на улицу, на нас не наткнулись.
– Угу, – пробурчал череп бесцветным голосом. – Здорово. Всю ночь будем торчать на одном месте, как приклеенные.
Миша пожал плечами.
– Ничего, поторчим. Не сломаемся. Как раз обмозгуем кое-что.
– Давай, давай, мыслитель хренов.
Молодой человек начал размышлять вслух, не обращая внимания на ворчливого монстра.