Ведьмоспас
Шрифт:
Наташа замотала головой.
– Ввы нне онни. Гера ччерненьнький. А Олло жженщщина, а Гигиги… Ги… Ммладденец он. Ввы ккто? Ччто ввы здесь дделаете?
– Говорю же тебе, это мы, – не сдавался Геремор. – Просто я их расколдовал. Не сразу, правда, получилось. Помнишь, у меня был ослиный хвост?
– Что вы ммелете? Ккакое колдовсттво? Ккакие ослы? Ввы из пппсихддиспансера сбежали?
– Из тюрьмы мы сбежали! – встрял в разговор Олло. – С тобой вместе. Ты нас сюда привезла. А потом твоего Мишу украли, а
Наташа склонила голову на бок и посмотрела на Олло так, как смотрела бы на сковородку, начни та горланить песни. Но постепенно ее взгляд становился все более осмысленным – по мере того, как в памяти всплывали события последних часов.
– Ну, пположим, это ввы, хотя я все равно не ввверю, – сказала она наконец. – Но в ванну-то вы меня ззачем засунули, дда еще ппод ледяную вводу?
– Рану хотели промыть, – объяснил орк.
– Рану?! Какую? Где? Я ничего не чувствую!
– Но ты вся в крови, – Олло указал на алые потеки на ее одежде.
Наташа поскребла ногтем одно из пятен. Понюхала, попробовала на язык. И всплеснула руками.
– Бычья кровь! Пятилитровая ббанка. Для опытов. Баббушка меня убьет.
– Что такое «пятилитровая»? – спросили одновременно Олло и Гиллигилл.
– Как – что такое? – опешила девушка. – Это… это… Хватит мне мозги пудрить! Кем надо быть, чтобы не знать, что такое «пятилитровая»?!
– Эльфом, например, – проговорил Геремор.
– Это точно, – радостно закивал Гиллигилл. – Эльфом. Эльфы вообще ни в чем ничего не смыслят. Не то, что мы, орки.
Геремор фыркнул.
– Не слушай его, Наташа.
Но Наташа слушала и делала свои выводы. Ее щеки покрылись пунцовыми пятнами. От злости она даже забыла о том, что вымокла до нитки.
– Вы меня за дуру что ли держите? – выпалила девушка, выбираясь из ванны. – Тоже мне, детский сад развели, орки-эльфы. Еще эти идиотские треугольные накладки на уши повесили…
Она ухватила остроконечное Гереморово ухо и рванула, что было сил.
– Ай! – заорал эльф. – Не тронь! Он живое, то есть оно живой! Это не накладка. Оно всегда такое!
– Да врешь ты! – Наташа сердито тряхнула черными волосами. – У людей таких не бывает!
– Я не человек! – рявкнул вышедший из себя Геремор. – Я эльф!
Он схватил перепуганную девушку за руку и поволок на кухню, приговаривая: «Сейчас я тебе покажу. Все покажу. Не верит она…».
Геремор втолкнул девушку в кухню и вошел следом. Дверь захлопнулась за ними с пушечным грохотом.
– Сейчас я покажу! – донесся через миг приглушенный голос. – Сейчас я все докажу!
– Ты полегче там! – крикнул Олло. – Не переусердствуй.
Ответом ему был гальванический треск и яркая ядовито-желтая вспышка.
Олло
– Терпеть не может, когда не за того принимают. Артистическая натура.
– Вы, эльфы, шизики почище людей, – философски изрек орк. – Ладно, пока он там охмуряет, пойдем, потолкуем. Ты вроде не совсем безнадежный.
Они вошли в комнату, где провели ночь. Гиллигилл тихонько притворил дверь и уселся на кровать. Комнату огласил натужный стон пружин.
– Пора сматываться из города, – сказал орк. – Мы сбежали из-под ареста, нас теперь вся эта их милиция искать будет.
– С чего ты взял, что нас будут искать? – полюбопытствовал Олло.
– А что, скажешь – нет? Чего тогда они в лесу на нас набросились? Небось, решили, что мы какие-нибудь преступники… Говорю тебе, тикать надо.
Олло печально покачал головой.
– Не выйдет. Геремор и слушать об этом не станет, пока не поможет девчонке.
Из кухни донеслось приглушенное жужжание и восторженный визг.
– Слышал, как разоряется? – продолжал Олло. – Уж такой он эльф. Ради юбки – и в огонь и в воду и к кавланам в кашу.
Гиллигилл задумчиво поковырял пальцами в зубах.
– Ну а ты? Давай тогда вместе махнем, без этого бабника.
Олло развел руками.
– Как же я его брошу? Он хоть и дурень, но все же боевой товарищ. Нет, Гиллигилл, придется тебе одному пробираться. Месяца за три до портала дойдешь, а там домой вернешься.
Пальцы Гиллигилла снова оказались во рту – он задумался.
– Ну нет, – сказал наконец орк. – Один я тоже не пойду. Одному совсем не сподручно. Ладно, так поступим: спасем девицу с ее хахалем, а потом двинем домой. Вместе дурить веселей. Геремор! – заорал он во всю глотку. – Ты уже очаровал Наташу? Делом пора заняться.
Ответом стал оглушительный треск. Олло и Гиллигилл вихрем сорвались с мест. Олло первым влетел в кухню и встал на пороге. В спину ощутительно ткнулся орк.
– Ничего себе, – пробормотал Олло, таращась по сторонам и потирая ушибленный позвоночник.
Блеклая Наташина кухонька преобразилась. От недавнего разгрома не осталось и следа. Мебель и посуда находились на своих местах и сверкали так, будто их только что принесли из лавки. Но самым поразительным была раскраска пола, стен и потолка. Все теперь покрывал шахматный узор из крупных розовых и оранжевых квадратов. Лишь на полу под подоконником темнело безобразное багровое пятно – единственная деталь, портившая новый кухонный дизайн. Возле пятна, на корточках сидел Геремор.
Среди этой пестроты Наташа в своем черном одеянии напоминала галку, невесть как очутившуюся на фестивале тропических цветов. Она оглядывала новое убранство, с сомнением потирая подбородок. Олло и Гиллигилла девушка, похоже, не заметила.