Ведьмино счастье

Соколова Надежда Игоревна

Вот только точил Иру червячок сомнения, что ночные мучения после этого прекратятся. Тот, кто приходил к ней во снах, похоже, всерьез решил довести ее до кондиции. Или до психиатрической клиники.

«Как бы понять, что ему надо? — яростно намыливаясь под душем, размышляла Ира. — Ведь он не просто так каждую ночь появляется. Однозначно что-то затеял. Свести меня с ума? А зачем ему сумасшедшая любовница? Или я для него — корм, а не любовница? Инкубы вроде энергией питаются…»

Ира прислушалась к себе: никакой усталости, о которой писали в различных эзотерических книжках,

она не ощущала. Желание прибить одного наглого «любовника» — да, было. А усталости точно не было. Значит, сил от секса с ней у него не прибавляется? Тогда зачем все эти игры? И почему она никогда не видит его лица?! Последний факт Иру бесил даже больше, чем постоянные постельные игры во сне. Вот как можно каждую ночь заниматься сексом непонятно с кем?!

— Мальчик по вызову? — изумленно приподняла брови Светка, когда они вдвоем завтракали на кухне. — Ты серьезно?

Ира поморщилась.

— Только не говори, что веришь во всякую чушь вроде инкубов.

— Ты сама в них веришь, иначе не стала бы называть так своего гостя при нашей первой беседе. Ир…

— Нет, Света.

— И напрасно. Твои мама с бабушкой, может, и не ведьмы, но женщины мудрые, много поведавшие. Они подсказали бы, что делать.

— А заодно снова посадили бы на цепь. Я не хочу от них зависеть.

— Димкины переводы ты получаешь исправно, — поддела Светка.

— Димка виновен в смерти моего жениха, — Ира поднялась, — я хочу…

Она не договорила: сработал домофон.

Заметив на экране силуэты знакомых мужчин, Ира застыла соляным столпом.

«Светлые мальчики с перьями на головах снова спустились к нам, снова вернулись к нам с неба», — пронеслось в голове. Хотя вряд ли стоявшие на улице упорные незнакомцы пожаловали с неба. Скорее, из Преисподней.

— Что ты… — начала было подошедшая Светка, увидела мужчин и хмыкнула. — От судьбы не уйдешь. Они тебя в любом случае достанут. Или ты собираешься сидеть в квартире до конца жизни?

Ира тяжело вздохнула, но открыла.

Несколько минут, пока гости добирались до десятого этажа, девушки спешно переодевались и причесывались. Встретить «при параде» мужчин не получилось, но хотя бы пижамы на халаты переменили да распущенные волосы резинками прихватили.

— Моль бледная, — проворчала Ира, — мельком взглянув на себя в зеркало: кожа от недосыпа стала какой-то серой, под глазами залегли круги, в самих глазах не видно блеска. В общем, сама Ира на такую дамочку второй раз не глянула бы.

— Так радуйся: посмотрят на нас, испугаются, повернутся и уйдут, — проворчала Светка.

— Ты боишься, — заметила Ира, — направляясь к двери.

— Конечно, — фыркнула подруга, — с тобой вечно во что-то вляпываешься.

Отвечать времени не было: дверной звонок предупредил о незваных гостях.

— Доброе утро, — обворожительно улыбнулся один из них, и Ира на автомате отметила черные как смоль волосы, карие глаза и аристократические черты лица. «Мистер Сама утонченность», — фыркнула она про себя, вслух же произнесла:

— Доброе. Проходите.

В голове некстати всплыло поучение бабушки: «Нечисть нельзя приглашать в дом. Запомни, Ира, сама она, без приглашения, переступить

порог твоего дома не сможет». Отлично. Просто потрясающе. Осталось этим двоим в лицо заявить: я передумала, мне кажется, вы нечисть, а значит, я вас не пущу. Да, кому-то точно пора лечиться. Ира решительно тряхнула головой и повела рукой в сторону кухни.

— Думаю, лучше всего обосноваться там.

Кухня, комната большая и светлая, была разделена перегородкой на собственно кухню и столовую. Усадив гостей на стоявший у обеденного стола диван с бархатной накидкой, Ира села на стул напротив. Света молча оседлала соседний стул.

— Итак… — протянула Ира, — чем обязана встрече с вами? Откуда такая настойчивость?

— Видите ли, Ирина Викторовна, — обаятельно улыбнулся один из мужчин, тот самый, с черными волосами, и Ира чуть не вздрогнула: в его улыбке ей почудился звериный оскал, — я попал в невероятно щекотливую ситуацию. Так сложилось, что мне крайне необходим репетитор по русскому языку. И наша общая знакомая, Терецкая Анна Леонидовна, порекомендовала мне вас. А потому я хотел бы предложить вам контракт, по которому вы переедете ко мне домой и в течение месяца будете обучать меня премудростям языка.

«Врет», — с необычайной ясностью поняла Ира. Не нужен был ему никакой репетитор. Да и Анечку он в глаза не видел, иначе не стал бы называть ее так официально. Ему зачем-то понадобилась сама Ира. «На органы продаст», — нервно хихикнула она про себя. И снова вспомнилась бабушка с одним из своих поучений: «Клятву требуй. От любого, кто тебя страшит. Пусть клянется всем, что ему дорого. Лучше всего на крови». Ира мило улыбнулась.

— Конечно же, я с удовольствием перееду к вам и начну занятия, но только после того, как вы поклянетесь своим родом, собственной жизнью и благополучием потомков, что что бы ни случилось, я и все мои близкие останемся в полной неприкосновенности.

Благодушие мигом слетело с говорившего. Он преобразился, выражение лица стало жестким, взгляд — цепким. Рядом тихо хмыкнул его спутник, молчавший все это время.

— Поклясться, значит, — неприятно усмехнулся гость, — что ж… Клянусь всем свои родом, собственной жизнью и благополучием потомков, что никогда не умыслю против вас, Ирина Викторовна, ничего дурного, что могло бы хоть малейшим образом повредить лично вам или кому-либо из ваших близких.

Ире на мгновение показалось, что в комнате сверкнула молния. «Лечиться тебе надо, Ирочка», — пробормотала она про себя, вслух же произнесла.

— Клятву принимаю. Итак, куда нужно будет ехать? И когда?

— Прямо сейчас, — ее собеседник снова стал «Мистером Очарованье», — ехать недалеко, буквально пара часов, и мы на месте. Вы отправитесь одна или с подругой?

Ответить Ира не успела — вмешалась Светка.

— С подругой, — решительно произнесла она.

Ира удивленно посмотрела на Светку.

— А как же садик?

— Так же, как и школа, — фыркнула та.

Школа… И правда… Как можно было забыть о школе…

— Девушки, мой помощник все решит, — снова очаровательно улыбнулся тот, кто приносил клятву, и повернулся ко второму, молчавшему. — Уладь все.