Ведьмина поляна
Шрифт:
Трофимыч вышел к машине с огорода, разглядывая необычную её конфигурацию; это была багги «Барс» чеченского производства, но старик таких не встречал ни разу.
– Эй, хозяин, – окликнул его кряжистый бородач с почти прозрачными, словно мёртвыми глазами, глядя на белую машину во дворе дома, – куда пошли те, с тачки?
– В лес, – буркнул Трофимыч.
– А точнее?
Старик оглядел прибывших. Все четверо были одеты в камуфляжные костюмы и зеленоватого цвета футболки под ними. Обуты они были в ботинки с металлическими носками, кроме «волчонка»: на пацане красовались
– Не знаю, не спрашивал.
– О чём говорили? – продолжал расспросы здоровяк.
– О погоде, – усмехнулся Трофимыч.
Гости перебросились короткими рублеными фразами, ни одну из которых старик не понял, и бородач с плешью на затылке снова обратился к нему:
– Давно здесь живёшь?
– С роду, – буркнул старожил Гнилки, теряя интерес к разговору.
– Знаешь, где переход?
– Что?
– Ведьмина поляна.
– Знаю, в лесу.
– Веди!
Брови старика взлетели на лоб.
– Это с какой такой дури? Я уже лет двадцать не ходок, коленки скрипят, дальше двора не гуляю.
– А велосипед у крыльца стоит.
– Племяш приезжал, катался.
– Собирайся, отведёшь к поляне.
Трофимыч хотел ответить матом, но передумал. Молча ушёл в дом и вернулся с ружьём «Иж» ещё советского производства, направил ствол на четвёрку приезжих.
Гости переглянулись. Спутник бородача, заросший жёлтым волосом, вынул откуда-то из-за пазухи бело-серый мосол, как показалось Фёдору Трофимычу. Но бородач качнул головой, и владелец мосла спрятал его обратно.
– Идите с миром, господа хорошие! – мрачно предупредил старик. – Не ровён час стрельну, не разучился ишо, не промажу.
– Я його вбью нахер! – ощерился «волчонок».
– Пошли, – сказал бородач, – сами найдём. Тут тропинка должна быть, деревня много лет в лес ходила, след наверняка остался.
Мужики залезли в машину, кабина которой была обшита каркасом из труб, и та, зарычав, отъехала на край деревни. Пассажиры вылезли и потянулись цепочкой в лес.
Трофимыч проводил их недобрым взглядом, потом заторопился, нацепил «лесные» дерюжные штаны и брезентовую куртку, рассовал по карманам патроны с дробью и парочку «жаканов» для охоты на крупного зверя, надвинул на лоб старую шляпу и направился к лесу. Проходя мимо машины приезжих, он задержался на несколько секунд, вставил под заднее колесо гвоздь-«сороковку» под углом в сорок пять градусов, чтобы остриё уткнулось в резину, и, довольный своим решением, углубился в заросли боярышника, за которыми начинался смешанный сосново-елово-берёзовый Сещинский лес.
Глава 9
Если бы напавшие на группу Максима люди подобрались ближе, им удалось бы расправиться с путешественниками из Брянска. Но то ли они понадеялись на свои возможности, то ли на скорость атаки, то ли не взяли в расчёт подготовку друзей – и не успел отреагировать на появление чужаков только Илья. Ему первому достался разряд из пестика, уложивший парня на травяно-моховую подстилку на опушке поляны.
Максим, уже знакомый с действием излучателей
То же самое сделал и Сан Саныч, обладая реакцией волейболиста, почти не уступающей реакции теннисиста.
Девушка не двинулась с места, только пригнулась, ворочая точёной головкой. Потом вытащила пестик. Максим так и не понял, где она его прятала. Но судя по всему, она если и не знала, то понимала, что за люди объявились в лесу.
Их оказалось четверо.
Одного Максим узнал: это был тот самый бородач, который приходил к нему домой с требованием утопить кота. Он и его спутники двигались цепью, как бы охватывая поляну, с треском прокладывая себе путь.
– Бегите! – крикнул незнакомке Максим. – У них психотронные излучатели!
– Глушары, – проговорила она низким контральто. – Обибоч наутёк! Сгинете!
– Мы не пропадём, уходите!
Любаве хватило мгновенья, чтобы принять решение. Она вытянула руку со своим оружием в сторону бегущего на неё мужика, с острия пестика сорвалась почти невидимая струйка колебаний воздуха, угодила в тёмную фигуру. Раздался хриплый рык. Человек с ходу нырнул в траву.
– Гэта ваши жуажины… кодла Морока… бегтя лыби!
Голосок девушки растаял, и она исчезла.
Раздался выстрел: Сан Саныч нашёл цель, и Максим перестал думать о жительнице мира за границей ведьминой поляны. С хрустом топча попавшийся на пути муравьиный ручей, он метнулся в кусты, поднырнул под ствол упавшей давно сосны, пропуская над собой бледный клинок «нокаута» (кожу на спине продрал мороз!), и выскочил слева от мужика в камуфляжном комбинезоне. Тот уже разворачивался на треск ветвей под ногами Жарова, пришлось бросать нож, практически не целясь.
Клинок вонзился в руку, держащую пестик. От неожиданности владелец глушара неловко дёрнулся, остриё «нокаута» сверкнуло, и мужчина упал как подрубленный; разряд попал ему в висок.
Ещё раз громыхнуло!
Однако, как оказалось, на этот раз стрелял не Сан Саныч. В лесу за спинами странных охотников появился ещё один стрелок. Максим не сразу понял, что это Трофимыч. В отличие от чужаков он крался бесшумно, и те узнали о нём только после выстрела, красноречиво оценив атаку: троица со сдавленными криками пустилась в бега, хотя их численность сравнилась с количеством бойцов отряда Максима после потери Ильи и падения мужика, в руку которого попал нож. Через несколько секунд беглецы растворились в лесу, бросив своего спутника.
Выдержав минуту, Максим вышел к поляне, держа пестик наготове. Наклонился над Ильёй. Парень был без сознания, но дышал.
Подбежал Сан Саныч.
– Жив?!
– Получил нокаут!
– Что?!
Максим показал ему свой пестик.
– Любава назвала эту штуковину глушаром. Стреляет каким-то излучением.
– Подходящее название.
– Лишь бы не случился инсульт!
– Помоги.
Вдвоём они расстегнули куртку Ильи, задрали рубашку, обнаружили под ключицей кольцевидную зеленоватую припухлость. Сан Саныч дотронулся до неё пальцем, озадаченно качнул головой.