Ведьмина диета
Шрифт:
— Даже не поздороваешься с отцом? — спокойно так спросил, но как-то разом шум стих.
Не ожидали бояре, что так просто царь свое родство признает. Спешилась, подошла ближе, не зная, что сказать. Неловко.
— Батюшка! — задорно закричала царевна и кинулась ему на шею обниматься.
— У меня самая лучшая сестра на свете! Почему раньше нас не познакомил? Я бы точно в гости к ней ездить стала бы, да жить иногда! Знаешь, как весело вместе путешествовать? Она столько всего знает. Я даже лешего видела! Представляешь? И русалку… только издали, страшные они какие-то. Если раньше была
— Лиза! — ахнула царица. От восторга загорелись глаза братца. Ой, чую теперь мне воспитанием подрастающего мальца заниматься придется. Как говориться, сама напросилась. Лучше бы я с бабкой лечить осталась.
— Эта та самая?
— Ага! Ты себе не представляешь, что она сделала… — так и вися на отцовской шее, начала рассказывать царевна.
— Лизавета! — прикрикнула на сестрицу мать, а отец как-то по-доброму улыбнулся мне и предложил.
— Поговорим?
Кивнула. Разве ж отвертишься? Отец провел меня в ту самую горницу, где, помнится, мы с царицей разговаривали, только на трон садиться не стал, а устроился на лавке возле окна и мне приглашающе махнул. Мол, садись, чего там стоишь. Подошла и на самый краешек опустилась, словно опять бабушке экзамен сдавать приходится. Она меня так гоняла, думала никогда не смогу на все вопросы ответить…
— Как дорога?
— Отлично.
— Слышал ты чуть не умерла?
— Бывает.
Царь усмехнулся и ближе подвинулся, взял мою ладошку в свою.
— Ты на мать свою очень похожа… И от этих простых слов будто лед растаял.
— Разве что волосами, — усмехнулась в ответ.
— Не только… Я рад, что теперь нет нужды таиться. Сможем стать друзьями? Как думаешь?
— Почему нет. Я всегда мечтала об отце… только не думала, что он таким окажется.
В горницу зашла царевна с княгиней, а следом князь с Михеем, а я на постоялый двор засобиралась.
— Может, у нас поживешь? — с надеждой спросил отец. Помотала головой.
— Мне в Петушке привычнее, да и бабушка там ждать будет. Расстроился, но спорить не стал. Правильно, чужие мы. Пока.
— Ты останешься на свадьбу сестры?
Затравленно посмотрела на князя и заметила, что царевна такой же взгляд на Михея бросает. Забавная штука жизнь…
— Нет, у меня хозяйство бесхозное осталось. Нужно домой.
— Раз хозяйство… — отец как-то странно улыбнулся, но продолжать не стал.
Как и удерживать, просто на следующий день прислал гонца с копией родового дерева на котором и мое имя появилось. Да записку короткую велел передать: «Доченька, думал у тебя спросить хочешь ли царевной быть, да только судьба сама все решила. Наверное, раньше нужно было твою мать убедить, да я боялся ее расстроить. Не хотела она, чтобы люди на тебя косо смотрели. Потерпи до Яблоневого дня, тогда все хорошо будет».
О чем это он? Праздник через три недели. Нет так долго в столице я не продержусь. Вздохнула и снова перечитала записку. Признал-таки не только перед людьми, но и перед потомками дочь свою не законную.
— Ну и как тебе царевной быть? — заглядывая через плечо, поинтересовалась Забава.
Пожала плечами. А что собственно во мне изменилось? Уши отросли или хвост? Да и характер
— Не ценит она своего счастья, — громко рассмеялась сестрица и подхватив нас под руки, потащила красные сапожки мерить.
На празднике должны же мы красою своей щеголять? Три дня втроем: Забава, царевна и я, с утра до ночи носились по торговым рядам приданое собирая. Еремей хотел своих денег дать, да я заупрямилась. Неужто сестру свою названную не смогу прилично замуж отдать? И царевна меня поддержала, тайком от матушки притащила серебряную тарелочку и ложечку.
— Для будущего наследника, — заявила, вручая в руки зардевшейся Забаве. А потом еще и мешочек с золотом сунула, чтобы и сиротке нашей не стыдно было в семью новую входить.
— Себе почему преданное не выбираешь? — спросила у нее.
— Так собранно уже давно. Матушка каждый год что-нибудь покупает, на трех возах теперь не увезешь. Представила куда именно поедут три воза и погрустнела. Хлопоты хлопотами, а чем дальше, тем сильнее тоска на душу ложиться.
— Будет тебе, — погладила меня по руке сестрица.
— Думаешь, я счастлива сильно? Одна надежда на отца. Он мне по секрету от матушки сказал, что постарается нашу проблему с женихами решить. Грустно улыбнулась в ответ. Такое решишь. Знаю, что все договорные браки так скрепляются, но как же бывает от этого плохо!
— Нечего о грустном разговаривать, — влезла подруга.
— Мы к свадьбе готовимся али к похоронам?
Дружно кивнули соглашаясь. Будто почувствовав наше настроение все дни до свадьбы ни Ольгред, ни Михей даже тени своей на наш постоялый двор не откидывали, а Лизавета, наоборот, в соседнюю комнату перебралась.
— Замучила царица своими наставлениями!
И вот долгожданный день настал. Как только первые пташки запели, здороваясь с пробуждающимся солнышком стали собираться. Сказать по чести, так мы всю ночь глаз не сомкнули. Забава вся издергалась волнуясь, да и мы вместе с ней. Никогда не думала, что это так страшно замуж выходить за любимого человека.
Искупали невесту в специально приготовленных загодя снадобьях. Они завистливый глаз в сторону отведут, а кожу сделают особенно нежной и сладко пахнущей цветами. Расчесала заметно отросшие волосы подруги, уложила их в подобие короны. Царевна посмотрела на это и убежала во двор, откуда вернулась с охапкой последних в этом году цветов. Белые астры перемежались с бутонами роз распространяя в комнате сладковатый цветочный запах. Ловко, будто всегда этим занималась, она воткнула их в прическу, превратив ее в подобие клумбы.
— И нечего смеяться! Красиво получилось.
— А я и не спорю, — стараясь подавить улыбку, ответила сестре, тайком вытаскивая явно лишние.
— Проснулись, девоньки? — в комнату с большим подносом зашла хозяйка постоялого двора, аккуратно поставила поднос на столик и подошла ближе рассматривая наши труды.
— Красиво получилось, только как сарафан надевать-то будете?
— И что теперь? — жалко спросила Забава и куда только весь свой задор дела?
— Так оставим, — заявила ей. Царевна посмотрела на растерянно моргающую невесту, стоящую посреди комнаты в короткой нижней рубашке, и расхохоталась.