Ведьмина диета
Шрифт:
Затравленно посмотрела на князя. Пусть Михей не понимает о ком говорит, но я-то знаю, что только мои предки обладали этим даром. Если тогда из тридцати осталась одна, то что же сейчас произойдет?
— Все будет хорошо, — на мой взгляд одними губами ответил князь.
Вздохнула и в свою книгу уставилась. Чтобы судьба ни уготовила, а все равно до конца пойду, так к чему сейчас себе душу бередить?
— Глаш, — снова позвал князь, — думаю только это событие под великие несчастья отнести можно, — он показал всем картинку сражения.
— Война с магами?
— Да. Она случилась через тридцать семь лет, если верить летописи.
— А
— Не совсем, но ничего особенного не происходило. Даже странно как-то.
— А что с водяниками что случилось? Их уничтожили?
— В местных водоемах почти не осталось, потом из других стран сюда перебираться начали.
— Это что же такое получается? Дырки в земле от нечисти всякой появляются?! — возмутился Михей.
— Да не из-за этого, — недовольно отмахнулся от него Еремей, — нужные для нормальной жизни мира существа пропадают! Возьми, к примеру, мышь. Вредитель? Так ведь? А что будет если всех перевести?
— Кошки голодными останутся? — хохотнул собственной шутке Михей.
— Не только. Еще мышами лисы, совы и прочие хищники питаются. А если к примеру, не мышки, а все насекомые?
— Дела… Что же такого произойти могло, чтобы такую дырищу в мире проделать? Много чего у нас пропало за последние столетия. И травки теперь не все, что в книгах описаны сыщешь и леших заметно меньше стало, а про ведьм так вообще молчу.
— Думаю в причине мы разобрались, теперь бы понять еще как с последствиями бороться. До самого вечера просидели в садочке, только ничего не смогли толком найти. Так, разные полезные знания, заклинания, да рецепты.
— Что дальше делать будем? — спросил Еремей.
— Так мы не один месяц искать можем, а времени осталось чуть больше недели.
— Возвращаться надо, — за всех ответил князь. — Попросим у Кулика телегу, нагрузим книгами и поедем назад. Там уж ведьмы собраться должны были. Вместе быстрее придумать что-то сможем.
Решили на следующий день отправляться. Кулик еще с самого утра попросил местных мальчишек за нашими лошадьми в соседнее село сбегать, а мужики наши еще раз в библиотеку пошли, напоследок еще книг набрать. Царевна на удивление с ними увязалась, а мы с Забавой остались по хозяйству помогать. Готовить-то на такую прорву людей, то еще занятие. Вот и вышла с ведром картошки на крылечко. Здесь и веселее, и прохладнее.
— Сидишь? — ко мне подошел Еремей.
— Ага, отдыхаю да на прохожих людей любуюсь, — ответила, кидая в ведро с водой еще одну очищенную от кожуры картофелину.
— А ты-то здесь какими судьбами?
— Первые из отобранных князем книжек принес, — купец кивнул в сторону высокой стопки, стоящей на поленнице. — Теперь вот думаю, как это все мы с собой повезем у Кулика телега сломана. Пожала плечами и к первой картофелине присоединились вторая.
— Давай помогу.
— Тетенька, — запыхавшись заскочила во двор Лушка, — а правда вы лягушек, сушенных в свои настои, кидаете?
— Правда, — сделала хитрую рожицу и поманила пальцем малышку. — А еще слюну индюков и перья ласточек.
— Так у индюков нет слюны! — с подозрением посмотрела на меня любопытная девочка.
— Потому это очень ценный компонент, видишь в какой красивой баночке его держу, — показала резную посудину с плотной крышкой стоящую на окошке. В ней всегда розовое масло с собой вожу. И от головной боли поможет и модницам продать можно, коли деньги срочно понадобятся.
— А вы мне ее подарите? Я вам за это
— Бери, — милостиво разрешила.
— А как пользоваться?
— У мамы спросишь, она знает.
— Так она меня заругает, что выпросила.
— Не заругает, я ей сама скажу. Так что там за секрет?
— Дядька мой, Богдан в вашу Забаву влюбился! Я сама слышала! — и такой восторг на девчачьем лице появился, что даже про подарок мой забыла. — Правда здорово будет?
— Наверное, — покосилась на Еремея. — Только решать, как быть — Забаве, вдруг ей люб кто-то другой.
— Вот еще! — фыркнула в ответ малышка. — Стерпится-слюбится. Где она еще такого надежного мужа найдет? Ничего себе разговорчики. И где она такое услышать успела?
— А ты подругам мой подарок показывать будешь? — решила сжалиться над купцом и так мрачнее тучи сидит.
— Ой! Точно! — приподнявшись на носочки схватила с окошка баночку. — Я побегу? Ладно?
— Конечно, — улыбнулась, провожая взглядом несущуюся уже по улице девчушку.
— Что делать будешь?
— Спать пойду! — буркнул в ответ Еремей и в сторону сеновала пошел.
— Дураком будешь, если такую девицу упустишь, — крикнула ему вслед.
Решать-то купцу самому придется, вот только кто мешает немного подтолкнуть? Так до самой вечерней зорьки я и просидела на ступеньках дома Кулика. Сначала ко мне пришла молодая мать, у ее малыша зубки тяжело резались. Потом заглянула с ревматизмом какая-то старуха. За ней сразу прибежали две девицы на выданье. Непрестанно хихикая и перебивая друг друга попросили у меня приворотного зелья. Напугала так, что одна из них заикаться от страха начала. Правильно, пусть знают к каким последствиям такое баловство приводит. За всеми гостями прозевала, когда важный разговор у подруги с хозяевами состоялся. А уж как в горницу зашла, так сразу счастливой новостью и огрели, по голове, не иначе.
— Замуж я выхожу, — с порога заявила подруга.
— Что-то радости от этого не вижу, — потирая ушибленный о притолоку лоб, ответила ей.
— Как уж получилось.
— А Богдан знает?
— Я таиться не стала. Отвела его в сторонку и спросила нужна ли ему такая.
— А он?
— Сказал, что поможет купца моего забыть. Любовью, да лаской, окружит, вот и не буду я вспоминать о былой привязанности.
— Мужик, — кивнула. Набрала черпачок водицы из ведра и стала жадно пить. Знаю я таких. До свадьбы пообещать могут многое, а потом чуть что попрекать начнут. Хотя бывает и вправду все хорошо…
— А Еремей, что?
— Его только благословения спрашивать осталось, — разозлилась подруга. — Заняться мне не чем? Тут словно по заказу входная дверь скрипнула и на пороге показался сам купец. Как почувствовал, что о нем говорим?
— Забава, на два слова.
— Вы тут поговорите, а я пока Веру проведаю, — быстро проговорила и юркнула в комнату к больной, плотно притворив за собой дверь.
Может, еще обойдется? В хозяйской спальне царил покой. Мирно сопели в люльке малыши, спала и их мать, укрытая полосатой простыней. Тихо, чтобы не разбудить, подошла к кровати и присела на самый краешек прислушиваясь к тяжелому, но к счастью ровному дыханию. Вот уже несколько дней температура нормальная. Вера жаловалась на головокружение и слабость, да и по горнице временами тяжело было ходить, но теперь должно быть все в порядке, только время надо, чтобы организм снова сил набрался.