Ведьма
Шрифт:
– Все прошло великолепно, – сказала Анна. – Они вели себя так тихо, что я их почти не замечала.
Ее сестра ухмыльнулась.
– Ты уверена, что говоришь именно о моих детях? Старшая и впрямь девушка серьезная, а вот младших бузотеров я что-то не узнаю в твоем описании.
Эрика нисколько не преувеличивала. Когда близнецы были поменьше, они казались очень разными – Антон поспокойнее, более сдержанный и задумчивый, а Ноэль неугомонный и непоседливый, всегда все хватающий руками. Сейчас же оба вошли в период неиссякаемой энергии, и это высасывало из нее все соки. У Майи
– Ну и как там все у тебя? – спросила Анна и откинулась назад в шезлонге с кричаще яркими подушками.
Всякий раз, когда они сидели на веранде, Анна проклинала эти подушки, но их сшила мама Дана, а она всегда вела себя так мило, что у Анны рука не поднималась заменить их. В этом Эрике повезло больше. Мама Патрика Кристина вовсе не интересовалась рукоделием.
– Не очень, – мрачно ответила Эрика. – Отец Виолы умер много лет назад, и она мало что помнит. Кроме того, почти уверена, что никаких материалов дела не сохранилось. Но она сказала одну интересную вещь – что Лейф под конец жизни начал сомневаться, правильно ли они поступили.
– Ты хочешь сказать – он усомнился в том, что девочки виновны? – переспросила Анна, отгоняя слепня, навязчиво кружившегося вокруг них.
Эрика бдительно следила за ним. Слепней и ос она ненавидела всей душой.
– Да, Виола говорит, что он не был до конца уверен, особенно в последние годы.
– Но ведь они признались? – уточнила Анна и хлопнула по слепню. Однако тот лишь немного потерял устойчивость – и снова принялся атаковать, едва стабилизировав свое положение в воздухе.
– Проклятье!
Анна встала, схватила журнал, лежавший на столике, скрутила его и треснула по слепню так, что тот размазался по клеенке.
Эрика улыбалась, наблюдая, как ее младшая сестра охотится на слепней. Движения Анны в последние недели стали особенно неуклюжими.
– Смейся, смейся, – обиженно проговорила та, вытирая пот со лба и снова садясь на место. – Так на чем мы остановились?.. Ах да, ведь они признали свою вину?
– Да, они признались, и это их признание легло в основу решения суда. Поскольку обе были так юны, то не получили срока, но сам вопрос вины считался решенным.
– Тогда с какой стати они могут оказаться невиновными, если признались и их сочли виновными? – спросила Анна.
– Понятия не имею. Суд решил, что девочки совершили преступление вместе. Но что касается признания… Им было по тринадцать лет. В такой ситуации нетрудно заставить тринадцатилетнего подростка сказать все что угодно. Думаю, они были очень напуганы. А когда взяли свои признания назад, было уже поздно. Решение суда вынесено, никто им не поверил.
– Подумать только, а если они и вправду невиновны? – проговорила Анна, уставившись на Эрику. – Какая трагедия! Две тринадцатилетние девочки, которым сломали жизнь… Кстати, одна из них по-прежнему живет
– Да, невероятно, что она решилась вернуться сюда после нескольких лет в Марстранде – можешь себе представить, как тут народ судачил… Но, наверное, когда-то всем надоедает обсуждать что бы то ни было.
– Ты уже с ней встречалась? В связи с книгой?
– Нет, я послала ей несколько сообщений, но ответа так и не получила. Теперь намерена разыскать ее. Посмотрим, как она отнесется к моему визиту.
– Как ты думаешь, на твою работу над книгой повлияет то, что случилось? – тихо проговорила Анна. – Я имею в виду, с девочкой.
Эрика позвонила и рассказала про Нею, как только узнала, что ее нашли. Весть о смерти девочки все равно распространилась бы, как лесной пожар.
– Даже не знаю, – задумчиво проговорила Эрика и налила себе еще ледяного чаю из графина. – Может быть, люди станут более расположены к разговору со мной… Или наоборот. Пока не знаю. Но я замечу, это уж точно.
– А как с Марией? Нашей гламурной голливудской звездой? Думаешь, она согласится на интервью?
– Я веду переговоры с ее агентом уже в течение полугода. Подозреваю, что у нее намечается выход собственной книги, и она точно не знает – то ли моя книга поможет привлечь внимание, то ли отвлечет весь интерес. Впрочем, я разыщу и ее – а там посмотрим.
Анна пробормотала «угу». Эрика знала, что сама мысль о том, чтобы разыскивать незнакомых людей и лезть к ним с разговорами, пугает сестру, как самый кошмарный сон.
– Давай поговорим о чем-нибудь более приятном? – предложила Эрика. – Ведь нам надо устроить девичник для Кристины.
– Ясное дело, без этого никак! – воскликнула Анна и захохотала так, что ее большой живот запрыгал. – Но что делать с невестой, которая слегка… в годах? Продавать поцелуи на перекрестке, вероятно, не совсем уместно – не говоря уже о прыжках с парашютом или с тарзанки…
– Да уж, с трудом представляю Кристину в этой роли… – Эрика вздохнула. – Но мы же можем просто собрать ее подруг и устроить для нее приятный вечер? Ужин в кафе «Брюгган», вкусная еда и хорошее вино – этого вполне достаточно.
– Прекрасная идея, – согласилась Анна. – Однако похищение невесты мы должны устроить.
Эрика кивнула.
– А иначе какой же это девичник? К слову говоря, когда Дан намерен с тобой обручиться?
Анна покраснела.
– Ну ты же видишь, как я выгляжу… Мы решили, что сначала малыш, а потом уж подумаем о свадьбе.
– Так когда же… – начала Эрика, но тут ее прервала мелодия, раздавшаяся из ее сумки.
– Привет, дорогой, – ответила она, увидев имя на дисплее. Слушая Патрика, отвечала отрывистыми фразами. – Разумеется. Да, с детьми придумаю. Увидимся.
Засунув телефон обратно в сумочку, Эрика умоляюще посмотрела на Анну. Круто снова обращаться к сестре с просьбой, но других вариантов не было. Кристина уехала на весь день в Уддеваллу, так что обратиться к ней за помощью Эрика не могла.
– Да-да, я могу взять детей еще на некоторое время. Сколько ты будешь отсутствовать? – смеясь, спросила Анна, видя ее несчастное лицо.