Ведьма

Соловьева Екатерина

— Дело в том, что я и есть старший сын этой ведьмы.

— О! — только и сумела произнести я.

Эта история казалась такой далекой и нереальной, я и не думала, что участник событий сидит рядом со мной.

— Ну, рассказывать до конца?

— Конечно! — что-то еще интересного он мне поведает?

— Твой Мастер — мой младший брат!

— Нет! — выдохнула я

— А ведьму вы называете Верховной Жрицей, если я не ошибаюсь.

Я вскочила на ноги! Нет! Не может быть!

— А если ты ошибаешься?!

Андрей отрицательно покачал головой.

— Значит, Жрица, эта карга, его мать?

— Моя тоже.

Я схватилась за виски, информация просто не укладывалась в моей голове. Как все это может быть правдой?

Размышления мага.

Мягко говоря, это не совсем мой уровень — завлекать молоденьких ведьмочек, но, как оказалось, игра стоит свеч и

обещает быть напряженной и интересной. Ведьмаки из конкурирующего клана тоже охотятся за деткой. Даже уже привлекли ее на свою сторону. Прочитав ее досье, я долго смеялся. Ее официальным женихом считался мой брат по матери, которого я не видел никогда, но о существовании которого, конечно, знал и исподтишка следил за его успехами. Наша общая маман активно настраивала братца против меня, да я и не особо стремился к общению. Меня воспитал дядя, родной брат отца, когда папа погиб, а мама меня бросила. Так что, в общем, светлых чувств я к той семейке не питал. Но мысль о конкуренции с братом приводила меня в почти экстатическое состояние. Уведу девчонку, утру сопляку нос, да еще и пользу клану принесу. Чем не радость? Моя жизнь всегда была слишком серьезной и ответственной. Если бы я раздолбайствовал, то не достиг бы таких высоких результатов в магии. Хотя, вот братцу все легко дается, он как-то без напряга совмещает бесконечные любовные похождения и магическую практику. Поднялся почти до моего уровня, не во всем, конечно. Но тоже уже давно Мастер, пользуется большим авторитетом в определенных кругах.

Я удалилась в свою комнату, переваривать полученную информацию. Андрей не последовал за мной, давая мне возможность все взвесить и обдумать. Вспоминая свое прошлое, и старательно анализируя все события, прилагая их к своим новым знаниям, я была близка к выводу, что все-таки мой приход к большой магии и знакомство с Мастером действительно не было случайным. И волей провидения теперь я тоже не могла это назвать. Честно признаться, это действительно было похоже на тщательно спланированную и хорошо подготовленную акцию. Или операцию? Так будет красивей?

Почти шестью годами раньше.

Парю над землей. Как я счастлива, Боже!

Парю, улыбаясь случайным прохожим.

А ветер так нежно ласкает мне кожу

И душу мою ничего не тревожит.

И я восхищаюсь — мир так интересен,

Опасен, тревожен, но все же чудесен.

И я подарю ему собственной властью

Такую огромную капельку счастья.

Я сидела в парке на берегу пруда на ободранной лавочке, пряталась в тени деревьев от неутомимого июльского солнца и читала какую-то бестолковую и, в общем-то, абсолютно бесполезную книжку. Тогда я еще могла себе позволить потратить время на малосодержательную ерунду. Вот так и подумаешь, а как же все-таки лучше и приятней жить? Тем не менее, книжка, меня заинтриговала, и я читала, не отрываясь. Вдруг, повинуясь непонятному внутреннему ощущению, я подняла глаза и увидела даму. А иначе ее и назвать было нельзя. Выглядела она, мягко говоря, экстравагантно. Огромная белая шляпка с крошечной вуалью, белый плащ, наподобие мантии, накинутый на плечи и сколотый у горла неправдоподобно большой брошью, в одной руки длинный белый зонтик, а в другой, вы не поверите, лорнет. Да-да, настоящий лорнет, как в фильмах про дам 18–19 века. Челюсть у меня, вероятно, отвалилась, во всяком случае, глаз от завлекательной тетеньки я не отводила. А она, само собой, разумеется, подошла к моей лавочке и, несмотря на то, что вокруг пруда было не меньше десятка абсолютно пустых скамеек, церемонно поинтересовалась, может ли она ко мне присесть и не будет ли мне мешать. Я отодвинулась на край скамейки, на всякий случай, рот не закрывая. Вдруг она меня еще чем-то захочет удивить. Ну, чтоб воронам залетать было легче.

Укрывшись за своей книжечкой, я стала за ней украдкой наблюдать. Дама рисовала зонтиком на земле какие-то знаки, потом неожиданно повернулась ко мне и, поднеся лорнет к жутким черным глазам, спросила, знаю ли я, что она рисует. Я и ляпнула: "Заклинание". Тетка вскинула брови: " И на каком языке?" "Это праславянские руны", — улыбнулась я. Я клянусь, я этого не знала. Видать, мое подсознание выкинуло со мной такую занимательную шутку. Но дама была вполне удовлетворена моим ответом. Задав последний вопрос, хочу ли я научиться магии, и, получив утвердительный ответ, она величественно протянула мне роскошную визитку и велела явиться по данному адресу, предварительно позвонив. На том и удалилась. Понятно, что она не могла меня не заинтриговать. Невообразимое для современной Москвы и жаркой погоды одеяние, наш совершенно потрясающий диалог и ее пронзительные, завораживающие, повелевающие глаза, на нее просто нельзя было не обратить внимание. Она была той самой притягательной морковкой для туповатого предсказуемого

ослика, который поплелся за ней, лишь только увидел. Прискорбно признать, что осликом была я сама. Конечно, я позвонила. А через месяц уже начала учиться в Школе волшебниц. Позже я узнала, что дама, которая ко мне приходила — Верховная Жрица Первого Волшебного круга и нашей школы, по совместительству.

Учеба приводила меня в восторг, я получала Знания с удовольствием, через пару лет стала одной из лучших адепток, а еще через два года была лично представлена Мастеру и, уже заканчивая последний курсе, была отправлена в магический салон на стажировку. В салоне, если честно, особо среди взрослых ведьмочек умениями не выделялась, потому что любила гулять и веселиться, напирая, в основном, на любовную и личную магию.

Надо признаться, что Мастер, очень быстро взял меня в оборот, максимально приблизив к себе за считанные недели, придумывая нам совместные дела и занимаясь моей практикой лично. А я, наивная, до недавнего времени думала, что такое повышенное внимание ко мне было исключительно благодаря моим недюжинным талантам в магии. Он, действительно, проводил со мной очень много времени, тренировал в практической и боевой магии, хоть в последней я, признаться, не сильно преуспела. Он окружил меня таким вниманием, что я считала его одновременно отцом, братом, ну и конечно, я была в него влюблена.

Сейчас я стала сомневаться даже в искренности своих чувств к нему. А разве можно было не влюбиться в высокого красавца с атлетической фигурой, который проводит рядом с тобой почти всю свою жизнь, словно желание сделать тебя хорошей магичкой единственное предназначение в его жизни? А его колдовская аура, обнимающая, согревающая и тело, и душу, располагающая к признательности, к откровениям, почти к преданности. Его обволакивающий голос, успокаивающий взгляд, внушающий спокойствие на грани блаженства. Мир кажется идеальным, только когда его глаза смотрят в твои, его руки касаются тебя, его губы дышат рядом с твоими… Ну, собственно, так я и попалась. В детстве перечитала любовных романов, вот на романтику и клюнула. Мастер вел себя безупречно, благосклонно внимая всему моему восторженному бреду. Однако, к чести моей будет сказано, мне быстро надоела вся эта романтическая ерунда, я стала быстро набирать обороты в любовной магии, ну и, соответственно, начала пробовать ее на обычных мужчинах. Вряд ли Мастер этого не знал, скорее, закрывал глаза на мои не очень мелкие шалости.

Раньше я думала, что от безумной любви. А сейчас? А сейчас у меня слишком много оснований сомневаться в его искренности. Вероятно, в угоду своему роду он должен был удержать меня рядом с собой любыми средствами. Хотя, с другой стороны, почему он, такой сильный колдун, не воспользовался волшбой, чтобы образумить меня или хоть просто приворожить? Вряд ли бы я смогла выставить защиту от мага такого уровня. Мысли опять вернулись к началу нашего романа. Вдруг стало так тошно и обидно! Горько, горько осознавать, что я была нужна только для рода, только для дела, только затем, чтобы родить ребенка, девочку, одаренную волшебницу с уникальными наследственными способностями. Мужчины дерутся не из-за меня, а из-за кого-то, кто даже еще и не родился. Да и не мужчины вовсе дерутся, а клановое упрямство заставляет старейшин посылать этих мужчин на борьбу за женщину. А этим мужчинам, может, вообще все равно. Может, они давно любят каких-нибудь красоток и страдают, что проводят время вдали от них и вынуждены сидеть рядом с бестолковой, развесившей уши молодой ведьмой. Да и какая я ведьма после этого, если моя интуиция не смогла распознать обман и подвох в действиях мужчины, рядом с которым я была несколько лет.

В общем, накрутила я себя достаточно, тихонько взвыла и начала безудержно рыдать, горько оплакивая свою безвозвратно утраченную молодость, надежду на счастье и веру в вечную любовь. Во как! Сам себя не пожалеешь, так и другие не догадаются!. Нешто в раковине утопиться?

Настоящее время. Братья.

Когда, нарыдавшись, я снова выползла в гостиную, Андрей, сочувственно поглядывая на меня, продолжил свой рассказ.

— Его настоящее имя — Мирослав, мое — Влад. Про отца Славки я ничего не знаю, ходили слухи, что он подался в Индию и спёр там древнейшую книгу, написанную славянскими рунами. ЕЕ все ищут. Твой ребенок должен сыграть какую-то важную роль в ее поиске.

— Но у меня еще нет ребенка, — потрясенно прошептала я.

— Будет, в свое время, — миролюбиво ответил Андрей. Или Влад. Вот как мне теперь его называть?

— А я? Я сама никому не нужна?

— Глупенькая, — он привлек меня к себе вполне по-братски, — Ты всем нужна. Ты даже не понимаешь, какое ты чудо.

— Понимаю, я уже это слышала от твоего брата.

Андрей заметно помрачнел, выпустил мои плечи.

— Думаю, мы с ним могли бы вполне мирно сосуществовать. Может, даже смогли бы подружиться, если бы мамочка так не настроила его против меня.