Ведьма
Шрифт:
Люди, пришедшие из ночи, вернули его к действительности.
Конвей различил только четверых у костра. По всей видимости, это был пост между спрятавшейся основной группой и лагерем. К Конвею приблизился один из этих людей. Как и четверка, он был таким же невысоким крепышом, одетым в плотную кожаную рубаху без украшений и такие же штаны. На голове кожаный убор с козырьком, защищающим шею сзади. До Конвея вдруг дошло, какими-маленькими были эти незнакомцы. Он пытался вспомнить, кого они ему напоминают, но эти
Человек все время держался по другую сторону костра. В его руке было что-то длинное и круглое. Похожее на трость, но без изогнутой ручки. Он поднес предмет ко рту.
Конвей вспомнил о дротиках, о их странном белом оперении. Духовые трубки. Он взял себя в руки.
Нежная знакомая мелодия полилась из длинной флейты, плывя над изуродованными телами, разбросанными по всему лагерю. Эти мягкие успокаивающие звуки означали конец битвы. Человек тихо запел. Раненый кочевник неподалеку от Конвея издал усталый вздох. Взглянув на него, Мэтт понял, что тот уже мертв.
Ланта подошла к Конвею. Он положил ей руку на талию, прижал к себе. Вместе они подошли к Тейт, которая сидела, обхватив локтями колени. Она встретила своих друзей гримасой, которую Конвей с Лантой растолковали как улыбку, а затем тяжело упала к их ногам. Карда и Микка подбежали к Конвею с высунутыми языками, все еще тяжело дыша. Так они впятером — мужчина, женщины и собаки — ждали.
Глава 57
Человек опустил флейту. Когда он заговорил, его говор был ясным, но с каким-то странным акцентом.
— Мы долго за тобой шли, Мэтт Конвей. Мы видели, как Лис подкрался к тебе. Теперь мы вернули долг.
Первой отозвалась Ланта.
— Малые. Так вы из племени Малых. Вы нездешние в Горах Дьявола, пришли с севера от Матери Рек. Сколько вас?
Улыбаясь, мужчина ответил:
— Ланта. Подруга Сайлы, Цветка. Все Малые знают, что ты спасала наших детей. Все знают, что Мэтт Конвей тоже помогал Цветку и был очень добр к одной из наших сестер, которая была рабыней в лагере кочевников Летучей Орды. Мы решили, что должны помочь чужакам, попавшим в беду. Мы не могли допустить, чтобы вы остались у Лиса.
Осведомленность этого Малого заставила Конвея слегка побледнеть. Он произнес:
— Мы никогда не думали, что вы нам что-то должны. Если и так, то вы вернули свой долг, и вернули с лихвой. Спасибо вам. Я теперь вспоминаю. Бизал. И юный Тарабел. А что с мальчиком? Как тебя зовут?
— Меня зовут Тиниллит. — Воин прикоснулся двумя пальцами ко лбу. — Тарабела вылечили. Бизал послал нас на север. Малые ищут места, где они могли бы мирно жить. Мы знаем, что Гэн Мондэрк согнал Дьяволов с этих мест. Мы хотели бы поселиться там, где раньше жили они. Мы думаем, что были бы хорошими соседями.
Тейт дернула Ланту за платье.
— Она говорит, что вы можете стать ее соседями, когда вам вздумается. — После того как Тейт дернула Ланту снова, та добавила: — Тейт обещает вам испечь пирог.
Тиниллит рассмеялся.
— Она молодец. Как и вы все. Немногие способны дать отпор Жрецу Луны.
Конвей спросил его:
— А вы?
В смехе послышалась горечь.
— Нас опекает Церковь. Но даже это не помогло нам в сражениях с Коссиарами или Людьми Реки. А хуже всех Летучая Орда. Многие хотели бы превратить нас в рабов.
Тейт пошевелилась. Успокаивая, Конвей положил ей руку на плечо. Он заметил:
— Если вы сумели застать врасплох Лиса с его бдительностью, то вы очень хорошие воины. Я думаю, вы не стали бы легкой добычей для захватчиков.
— Лес — наш дом. Он бережет нас. Но нам нужны земли, чтобы растить урожай, разводить домашний скот. На нас все время охотятся, Мэтт Конвей. Где бы мы ни остановились, чтобы сделать передышку, обжиться, мы точно знаем, что скоро кто-нибудь за нами придет.
— Ладно, хватит болтать. — Ланта решительно отошла от Конвея. — Тиниллит, у вас есть раненые?
— Ничего серьезного. Мы обойдемся своими силами. — И снова Конвей почувствовал в отказе какую-то отчужденность. В голосе Малого не было ничего отталкивающего, ни его поза, ни выражение лица не изменились. Но Конвей знал, что ему было сказано держаться подальше. Впечатление было настолько сильным, что он чуть не вышел из себя. Его словно ударили по голове.
Ланта протиснулась вперед.
— Я целительница Церкви. Я могу помочь.
— У нас есть целители. Из поколения в поколение мы делали наблюдения, как и вы. Теперь у нас даже есть собственные лекарства.
— Будь по-вашему. Я позабочусь о раненых кочевниках.
Мэтт, отнеси Доннаси туда, где она сможет отдохнуть. Потом поможешь мне, хорошо? — В голосе Ланты послышались раздраженные нотки, что было на нее совсем не похоже. Конвей с отсутствующим видом кивнул, удивленный ее необычным поведением. Она отвернулась, приступая к работе.
Тиниллит произнес:
— У нас есть еда. Мои люди сейчас готовят. Мы вам принесем.
При упоминании о еде Конвей почувствовал, что ужасно голоден. Он поспешил к Тейт. Когда Мэтт укрывал ее мехом, она сделала ему знак наклониться поближе.
— Осторожнее.
Он внимательно на нее посмотрел. Глаза бегали. Дыхание было прерывистым. Конвей спросил:
— Осторожнее с Малыми? Они же спасли нас, Доннаси. И тебя спасли.
Ее кивок был мучительно медленным.
— Я знаю. Странно. Что-то в нем. Тин… не важно. Осторожнее. Пожалуйста.