Ведьма модной индустрии

Файзрахманова Светлана

– Маринка, ты похожа на негатив, – смеялась я. Светловолосая, загорелая, она смотрелась как на ленте негатива. Но это ее нисколько не портило, а придавало некоторую загадочность облику, некую нереальность.

В начале августа вернулась и Ольга. Отпуск у военных в два раза длиннее, и они всей семьей на два месяца укатили в Кисловодск, отдыхали, поправляли здоровье, поднимались в горы, ходили к источникам.

Ольга взахлеб делилась впечатлениями, оставленными завораживающими видами гор.

– А Курортный парк, какой красивый, девочки, какие там цветы, а еще

такие большие красные камни. Говорят, в горной части парка водится дикая кошка, мы поднимались с папой в горы, но кошку так не видели. Зато мы видели редкие растения, которые занесены в Красную Книгу.

– А какие это растения? – поинтересовалась любопытная Марина.

– Колокольчик доломитовый, а остальное я не запомнила, – повинилась Оля.

– Фотки проявим в фотоателье, сами увидите, какая там красота, – обещала подруга.

***

Хлопнула входная дверь.

–Дедушка приехал? – спросила Василиса и сникла. – Нет папа.

–Василиса, собирайся, – бросил Роман дочери и поцеловал меня в щеку.

–Мне еще бабушка не все рассказала, – взбунтовалась внучка.

–Кира Андреевна, мы с Марией поедем в Норвегию, на съезд архитекторов, можно Василиса у вас еще неделю поживет? – спросил зять.

–Можно, – улыбнулась я.

– Ура, – взвизгнула Василиса.

– Поехали, я тебя завтра с вещами к бабушке с дедушкой отвезу.

***

Внучка уехала домой, а мои воспоминания так и всплывали волной прошлого в моей памяти. Да и не все я смогу рассказать своей любимице.

Наступил теплый, радующий своими яркими красками, сентябрь. В этом году мне не удалось откосить от картофельного поля, и слава Богу, лучше уж картошку собирать, чем быть незрячей. На поле мы были не одни, с нами соревновались парни из Политехнического университета, того самого, в котором учился Дима Беликов. Мы шли, что называется, ноздря в ноздрю, а кто бы захотел проигрывать? Назвался груздем, полезай в кузов. Наше соцсоревнование подходило к концу, рабочий день заканчивался, сорок два студента были тому свидетелями. Погода не радовала, накрапывал мелкий дождик, но наше руководство решило, что выполнению плана сбора урожая он мелкая помеха, а зря.

Меня снова переклинило, и я провалилась в параллельное пространство, все то же самое, и те же лица, дождь разошелся сильнее. Мы уже набрали полную машину картофеля, даже с горкой. И тут парни из Политеха забрались на эту мокрую, измазанную в глине картошку верхом и поехали домой. И я вижу, как один из них, соскальзывает с этой импровизированной горки прямо под колеса кузова. Действие происходит как при замедленной съемке. Смотрю, как колесо медленно прокатывается по его лицу, и он утопает в вязкой глиняной дороге. Ужас, я вздрагиваю от прикосновения, Маринка стоит и трясет меня за плечо, – Кира, ты что замерла, как статуя. Тебе плохо?

– Вот тот парень сегодня попадет в аварию, – показываю я пальцем на только что увиденного в моих видениях студента.

– У тебя что, опять начались видения? – не успокаивается любопытная подруга.

Через час мы заканчиваем сбор урожая, а

дождь уже льет в полную силу. Я наблюдаю, как парни забираются на гору картошки, а мы, девочки, идем следом за ними по рыхлому перепаханному глиняному полю по колено в грязи.

Значительно отстав от едущей впереди машины, мы добрались до деревни, в которой квартировались, отскребли комья грязи от резиновых сапог, по очереди помылись в тазике за занавеской, отгораживающей зону ванной, развесили сушиться вдоль печки намокшую под дождем одежду и сели ужинать. Ужин готовила дежурная, она уже и прибиралась в комнате, натопила печь и нагрела к нашему приходу пару ведер воды.

Вздрогнув, от настойчиво тарабанившего в дверь кулака, мы быстренько закончили переодеваться и спросили, кто бы это мог быть.

– Девочки, откройте, – раздался голос куратора нашего курса.

Оказалось, к нам стучался перепуганный преподаватель информатики, за что-то сосланный вместе с нами в это картофельное помешательство.

Я оглядела девушек, все уже успели переодеться в домашние спортивные костюмы и халатики, и отдернула щеколду.

– Все живы, – оглядывая нас, спросил обеспокоенный куратор.

– А что с нами должно было случиться? – удивилась Марина.

– Один студент упал с машины и попал под колесо кузова, в котором везли собранный сегодня урожай, – сознался преподаватель.

– Так мы с ними не ездили, пешком шли, – заверила словоохотливая Марина.

– Молодцы, – успокоился куратор.

– Вадим Алексеевич, а кто пострадал? – спросила я

– Кира, я не знаю, как его зовут, но это студент Политеха, – ответил преподаватель, уже собираясь уходить.

Куратор вышел, а мы с Маринкой собрались после ужина сходить навестить болящего, а заодно проверить, тот ли это пострадавший, которого я видела.

– А что мы ему скажем, зачем пришли? – не нашлась я.

– Кира, пошли, по дороге придумаем, спросим о его здоровье и узнаем, чем можем помочь, – заверила меня подруга.

Парень действительно оказался тем, кого я видела в своем видении, студента звали Сергеем Михеевым и он, как оказалось, не так уж и сильно пострадал. По крайне мере конечности его были целые, спасло парня пресловутое русское бездорожье и затяжной дождь, который размягчил укатанную глиняную колею до состояния масла. Его просто вдавило в грязь, а еще парень успел увернуться, и колесо прошло рядом, скользнув по боку и щеке.

Возвращались домой мы молча, я обдумывала, чем мне эти видения могут в дальнейшем навредить, а Маринка, как впоследствии выяснилось, думала, что у нее есть подружка – ясновидящая и теперь все сложные жизненные ситуации можно будет видеть наперед. Но мне пришлось ее разочаровать, так как проваливаться в подсознательное пространство по своей воле я не умела, а что именно запускает механизм моих видений, я еще не выяснила.

Месяц сбора урожая больше ничем выдающимся нас не порадовал, и мы бодрые и радостные вернулись домой. Ура, можно подальше закинуть ватники и резиновые сапоги и одеться в соответствии со своим статусом студенток модной индустрии.