Ведьма для императора
Шрифт:
— Господин, вы просили, — сказала Ная, отворяя дверь в комнату. — Позже зайду.
Дверь оглушительно захлопнулась. Плечи Летты затряслись в беззвучном смехе.
Вздохнув, я завернул её в шерстяное одеяло и поскорее отстранился. Находиться так близко с ведьмой, когда она к тому же раздета, тяжело, но приятно. Хотелось бы укрыть её собой, но как вовремя остановиться? К тому же любая близость могла усилить печать ещё.
Желая отвлечься от мыслей, ведущих в ненужную сторону, я дал Летте время на отдых. Я просил её не засыпать. Важно, чтобы девушка оставалась усталой.
Лишь
Если собрать тряпицы шаром и раздувать под ними костёр, то сначала они поднимутся, надуются и слегка приподнимутся над землёй. Однако если огонь не затушить, то шар продолжит раздуваться и рано или поздно попросту лопнет.
Летта не шар, но и огонь, который копится в ней, превосходит обыкновенный костёр. К тому же и от обычного костра, при неумении с ним общаться, может начаться пожар.
— Господин, — позвала Летта, переодевшись в новые одежды и ожидая меня в саду.
Она выглядела весьма уставшей. Хорошо. Теперь, когда одна из её печатей подцеплена, мы можем перейти к настоящим занятиям.
— А после вы позволите мне помочь? — залилась ведьма румянцем.
Я хмыкнул. Позволить помочь? И в виде кого же передать её во дворец?
Летта не выглядит выносливой. Миниатюрная и худенькая, она скорее кажется хрупкой. Так что отдавать её в служки мне не хочется. Но предлагать её императору в качестве веи мне не хочется вдвойне.
— Для начала посмотрим, как ты справишься с нашими уроками, а там решим, — пообещал я, серьёзно задумываясь, что как-нибудь Летту отправить к Хасели Дзюн можно.
В конце концов я ничего не терял, а Летта знала слишком мало чтобы сболтнуть лишнего.
Глава 45
Как так вышло, что девушка, которую я подобрал из жалости и от скуки, готовилась притереться к деве Хасели? Почему та, в ком я обнаружил слабенькую ведьмину силу, вместо того, чтобы стать мне веей, и впрямь стала ученицей? И почему я обучал её не только магии, к которой она оказалась очень даже способной, но и основам этикета и дворцовым правилам?
— Остаётся лишь одна проблема, — сказал я, хотя проблемы валились на меня подобно непрекращающимся каплям дождя по весне. — Нельзя отправлять тебя, как приближённую, ведь ты безродна. Придётся прислуживать деве Хасели.
— О, это я умею, — устало отмахнулась Летта и широко зевнула. — Вы не видели, сколько я работала раньше! С восхода и до ночи, а в благодарность только напоминания о том, что необходимо сделать завтра.
— Но работала ли ты в богатом доме?
— Хуже, — улыбнулась ведьма, потянувшись за добавкой и убирая с глаз короткую чёлку, — я работала в харчевне и при этом занималась домашним хозяйством, а ещё кормила и штопала братьев. И
Я же покачал головой. Нам предстояло много работы, ведь ведьма совершенно не знала, как вести себя в обществе. К тому же у нас практически не оставалось времени на нормальную подготовку. Хасели Дзюн обещали привезти во дворец всего через неделю. Для встречи передаваемой под опеку девы император организовал детскую охоту — это, когда охотятся на заранее пойманных зверей. Лис ловили за день или два, сажали в клетки, а в день охоты выпускали в лес. Такие развлечения обычно устраивали для детей знати, ну и для девушек, чтобы они и сумели продемонстрировать себя, и не подверглись опасности.
В этот раз помимо лис планировали выпустить златорогого оленя. Его уже изловили и перевезли к месту будущей охоты, заранее выпустив зверя в лес, но следя, чтобы он его пределов не покинул.
Всё казалось простым и несложным.
Ведьма послушно выполняла всё, что я ей говорил, а Ная дополнительно обучала Летту, пока я занимался другими делами.
Если бы ещё не отвлекаться, находясь возле Летты, на неё саму. Дурацкая печать! Каждый раз, когда девушка случайно касалась меня, хотелось позабыть про уроки этикета либо магии, а перейти к обучению ласкам. Порой я приходил в себя, лишь ощущая, как её пальчики сжимались в моих волосах, а с девичьих губ срывался полустон от накатившего на неё желания. Тогда я нехотя отстранялся, прекращая поцелуй и размыкая объятия. Да что ж это такое!
Дрянной Хиноко запустил свою саламандру и не желал уходить, но и не высовывался. Так что, порой наблюдая за Леттой сквозь тени, я замечал ускользающую в её огне саламандру, но достать её не выходило. Ещё и печати Летты, обвившие её будто цепи, не поддавались. С одной стороны, это плохо. Мастер, что наложил печати на ведьму, весьма искусен. С другой стороны, я надломил лишь часть, а этого оказалось достаточно с лихвой.
В тот вечер, когда я с таким трудом подцепил печать, уставшая и измученная девушка вышла в сад, как я и попросил. Энергия вокруг неё сгустилась куда сильнее, нежели прежде. Поэтому, немного поразмыслив, я предложил ей прогуляться за пределы дома. Чего уж там, мы пошли в обратном от города направлении, пока не вышли на пустырь.
Там я показал Летте, как зажигают огонь-на-ладони. Действо простое и практически не затрачивающее сил, зато способное осветить себе путь, а иногда и согреться. Понаблюдав за мной с восторгом в огромных для её личика глазах, девушка с воодушевлением вытянула перед собой руку ладонью вверх.
— Не торопись, — только и успел сказать я.
Магическая энергия, давно копившаяся в Летте, но не находящая достойного выхода, ринулась на простой зов. Все те частицы, которые искрились и покалывали, вечно окружая ведьму, неожиданно сосредоточились в одной точке, нарастая жаром и напряжением таким, что спёрло дыхание. Слишком поздно осознав, что произошло что-то из ряда вон, Летта не успела остановиться. Да и не знала как. Она вскрикнула. Отшатнулась. Дёрнула рукой. Зря.