Вечный ястреб

Геммел Дэвид

– Он вернется, – заверил Маггриг, обняв Мэг за плечи.

Касваллон ступил в проем и исчез, а на месте Врат выросла глухая стена. Мэг потрогала серый камень.

Касваллон стоял на лесной поляне. Лучи заходящего солнца пронизывали ветви могучих дубов, на каждом дереве пели птицы – но никакого города вдали не было, а Врата исчезли бесследно.

Он потыкал в воздух мечом, ничего не нашел и сел на узловатый дубовый корень. Он не имел понятия, куда идти и что делать дальше.

Вскоре поблизости раздались какие-то крики. Касваллон запомнил место, где находился сейчас,

и пошел туда, где слышались голоса. Быть может, Врата перенесли его слишком далеко, и город теперь в другой стороне. На волшебной картине за Цитаделью вроде бы виднелся какой-то лес.

В голосах звучало торжество – невидимые охотники, похоже, загнали свою добычу.

– Владыка Небесный, спаси раба своего! – выкрикнул кто-то, и Касваллон перешел на бег. Трое человек окружали четвертого – пожилого, лысого, в серой мантии, со свертком в руках.

– Отдай ее мне, священник, – потребовал один из троих, высокий, в красном плаще.

– Нет, – ответил старик. – Это противоречит закону – и божескому, и человеческому.

Человек в красном плаще выхватил меч. Старик в сером спрятал свою ношу за спину, и клинок вонзился ему в живот.

Касваллон перескочил через поваленный ствол. Его собственный меч сверкнул на закатном солнце.

– Что это вы здесь творите, красавчики?

Трое оглянулись, вожак с окровавленным мечом вышел вперед.

– Не твое дело, путник. Ступай себе прочь.

– Как ни страшны мне трое героев, столь храбро поборовших одного старца, я все же подожду уходить.

– Тогда умри. – Воины ринулись на Касваллона втроем, и он принялся отбиваться. Рубанул вожака по шее, двинул другого кулаком в подбородок, подсек ногу третьему. Второй тем временем подоспел сзади, и Касваллон левой рукой вогнал нож ему в сердце. Третий уползал, оставляя кровавый след. Касваллон не стал за ним гнаться и поспешил к старику.

– Хвала Истоку, – проговорил тот. – Он послал мне тебя в час нужды. – Из его раны обильно струилась кровь.

– За что они тебя так?

– Дело не во мне, сын мой – они охотились за младенцем. – Старик показал на сверток рядом с собой.

Касваллон развернул одеяло. Ребенку, девочке, было не больше недели. Ее головку покрывал белоснежный пушок.

– Лежи тихо. – Касваллон разорвал мантию старика, осмотрел рану. Надежды не было: меч преследователя вскрыл паховую артерию.

– Откуда ты? – прошептал умирающий. Краски уже исчезали с его лица.

– Я пришел из другого мира и не знаю, куда мне идти.

Глаза старика заблестели.

– Ты воспользовался Вратами?

– Да.

– Кто прислал тебя? Модрик?

– Нет.

– Катерис? Блен? Талиесен?

– Да, Талиесен.

– Унеси ребенка обратно через Врата Чаши.

– Я не знаю, где это.

– Недалеко, на севере. Я сам их открыл. Ищи грот на склоне холма – над входом в него высечен кубок. Но берегись Якуты-хана… он идет по следу.

– Кто ты?

– Астел. Я был наставником Талиесена. – На южной стороне леса затрубили рога. – Они идут. Бери дитя и беги. Скорее! Молю тебя. – Это были последние слова Астела.

Касваллон спрятал в ножны меч с кинжалом, схватил ребенка

и побежал. Позади лаяли собаки и ревели рога. Славное ему выпало приключение – спасаться от неведомого врага в незнакомом лесу.

Он бежал трусцой, вглядываясь в подлесок, и думал, как бы обмануть погоню. Слева журчал ручеек. Касваллон ступил в воду, прошел около тридцати шагов против течения и вышел на тот же берег, оставив следы в мягком иле. Потом, не поворачиваясь, отступил по этим следам назад и опять побрел по воде. Эта старая уловка не одурачила бы опытного следопыта при свете дня, но в сумерках могла задержать охоту.

Девочка открыла глазки и запихала в рот кулачок. Касваллон тихо выругался. Проголодалась – значит, того и гляди раскричится.

Он снова повернул на север, высматривая пещеру, о которой говорил Астел. Ребенок начал тихонько попискивать. Солн–це медленно опускалось за горы на западе. Гряда облаков закрыла его, и единственный яркий луч высветил на склоне темное устье грота.

Лай приближался. Внизу, совсем близко, показались из леса черные силуэты четырех гончих. Касваллон припустил к пещере. Она напоминала короткий туннель: позади освещенные солн–цем скалы, впереди лунная ночь в лесу.

Первая из гончих вбежала в грот. Касваллон ударил ее мечом и убил. Видя, что лес по ту сторону начинает меркнуть, он влетел во Врата и упал на локоть. Девочку он держал другой рукой, и та не ушиблась.

Вскочив, он обернулся назад и оказался перед твердой скалой. Поблизости шумел водопад – Касваллон спрятал меч и пошел туда. Он как будто узнавал это место, только деревья вокруг были чужие. Так и есть – заводь Железнорукого. Если подняться выше, вдали будет виден Хай-Друин. Ветер переменился и донес до него запах дыма. Повернув в ту сторону, Касваллон пришел к каменному домику под соломенной крышей. В маленьком дворике росли цветы и стоял курятник. Касваллон постучался, и ему открыла молодая женщина с длинными светлыми волосами.

– Чего тебе? – испуганно спросила она.

– Мне ребенка бы покормить.

Женщина взглянула на девочку и уже другим голосом сказала:

– Входи.

Внутри за сосновым столом сидел крупный рыжебородый мужчина.

– Здравствуй, – сказал он. Правая его рука была спрятана под столом.

– Я нашел это дитя в лесу, – неуклюже соврал Касваллон.

Хозяева переглянулись.

– Ты не знаешь, чье оно?

– Нет, не знаю.

– Свою дочурку мы потеряли три дня назад. Там в углу ее колыбелька. Можешь оставить дитя у нас, если хочешь. Молока у жены еще вдоволь, сам видишь. – Женщина, расстегнув рубашку, уже кормила ребенка.

Касваллон придвинул себе стул, сел напротив хозяина, посмотрел в его ясные серые глаза.

– Если я отдам ее тебе, обещаешь растить ее как родную?

– Да. Пойдем прогуляемся. – Хозяин встал и спрятал нож, который держал под столом. Он был выше Касваллона и шире в плечах. Вдвоем они вышли во двор и сели на скамейку. – Чей будешь? Одежда на тебе как у горца, но ты не наш, не из Лоды.

– Я Касваллон из Фарлена.

– У меня с Фарленом дела, но о тебе я что-то ни разу не слышал.