Вечный поход

Вольнов Сергей

А в конечном итоге, подставить нас – цепочкой взаимоисключающих друг друга приказов. Загнать на последнюю ступеньку лестницы, ведущей в Небытие. Они предпочли смерть позору… Шестьдесят моих ребят. Неполная рота, стоившая целой дивизии… Вы навечно записаны в «Книгу Живущих Во Мне». Каждый вечер старшина Память входит шаркающей походкой в умолкнувшее подразделение и производит вечернюю поверку.

– Князев!

– Я!

– Новицкий!

– Я!

– Черепков!

– Я!..

И ещё пятьдесят семь «Я!», откликающиеся лишь на призывы памяти… Женька

Черепков да Влад Новицкий – вот двое выживших из всей группы. Так я думал раньше. Оказалось – трое… Что касалось Женьки, чудом оклемавшегося после смертельного ранения – я сам посоветовал ему залечь на дно, а потом устроиться в мирной жизни. Где его отыскать, я знал, но беспокоить не собирался – и так был кругом виноват перед ним за прошлое.

А Влад забежал ещё дальше, причём без моей помощи. И я знал почти наверняка – почему. На нём, именно НА НЁМ лежала несмываемая кровь ребят, а ладони жгли приличные чаевые – по тридцать сребреников за каждого… Уж его-то я, даст бог, обязательно разыщу!

И вот – как гром среди ясного неба – Стас! Живой!!!

Стас приближался. Оставалось шагов двенадцать. Спину он держал ровно, расслабленно. Но улыбочка эта – хоть убей! – не сочеталась с напряжённым взглядом. Казалось – он чего-то ждал.

– Руки! – окрик, прилетевший справа, предназначался мне. – Руки к небу!

Из кустов, метров за восемь от меня, выдвинулся боец в таком же серебристом комбинезоне. Его изготовка свидетельствовала о решимости всадить в мой левый бок весь магазин пистолета-пулемёта неизвестной системы.

«Эх, Дым-Дымыч, и действительно стареешь… Увидел знакомую физиономию и позабыл обо всех остальных! Пора тебе на пенсию. Вот прямо сейчас и оформят. Правда, если ходатайство отклонят. А ходатайство моё будет следующего содержания…»

Я начал поднимать руки. Ближнюю к нему – поднимал как положено. А дальнюю – как хотел. Полусогнутой и в два раза медленней. Потому как была она отягощена пистолетом-пулемётом. Очередь верного «вампира» была нелогичной, невозможной, и явилась для него полной неожиданностью… Когда я нажал на спусковой крючок, кисть была выгнута до отказа. При этом – взгляд мой по-прежнему неотступно следил за Стасом… или за кем-то, похожим на Князя как две капли воды.

Хлёсткий поток пуль мгновенно вычеркнул из списков Жизни человека, посягнувшего на свободу моих рук занимать должное положение. Кто он был – напарник Стаса, а может, его попутчик? – я покуда не знал…

Последующие действия Стаса запутали меня ещё больше.

– Браво, командир! Отличный трюк – стрельба вслепую по глухим… к опасности… – он был сама настороженность и явно пожирал взглядом кусты справа от меня.

И буквально секунд через пять – оттуда, между мной и трупом, вырвался на поляну второй «северный». Он, должно быть, готовился срезать меня одной очередью, не повторяя ошибку своего напарника.

Я уже повёл стволом в его сторону, но не успел!

Два выстрела, слившиеся в один, отбросили его назад в кусты.

«Отличная спарка, Стас! – я, заподозривший было

недоброе, недоумевал. – Значит, не напарники – попутчики… Стоп! Почему у всех троих одинаковые комбинезоны?! Стрелять по своим?! Или он уже занялся уничтожением новой, неведомой мне, спецгруппы?»

– Благодарю за помощь! – выдавил я из себя, не зная, что говорить дальше, но Стас избавил меня от неопределённости.

– Лучше, вместо благодарности… брось пищаль! – его голос мгновенно изменился, стал дерзким и властным.

Стас находился в шести шагах от меня, изготовившись для стрельбы от живота. Ствол его оружия смотрел мне в лицо. Своим единственным глазом, лишённым зрачка.

Прозрение вошло в меня вместе с вернувшимся внутрь неотъемлемым «нечто». Все недостающие звенья в давней трагедии проступили из мрака. Фрагменты паззла совпали. Сказать, что получившаяся картина меня оглоушила – значило не сказать ничего.

Я всё понял! Жаль – непростительно поздно.

– Брось.

– Смысл?

– С пищалью умрёшь сразу. Бросишь – немного пожить удастся. Глядишь, какие-нибудь новостишки узнаешь от живого трупа. – Его улыбка напоминала сочную травку поверх гиблой трясины – только поверь… и наступи.

Я не верил и наступать на «травку» не собирался. Но, похоже, выхода не было – мне не хватало пары секунд. Я слишком хорошо знал Стаса – по части реакции он мог заткнуть за пояс любого. Даже меня.

Мои пальцы неспешно разжались и «вампир» глухо шлёпнулся наземь.

– Руки в стороны, ладонями ко мне! Пять шагов назад!

– Ну?! – я выполнил его требования. – Теперь давай обещанные. «Какие-нибудь».

– Новость первая – я действительно живой.

– Это я уже понял. Как и то, что трюк со взорванной «хондой», скорее всего, предназначался персонально для моих глаз.

– Верно, командир. В первую очередь для тебя. А вот зачем?

– Ежели по части внешних эффектов, так ты всегда любил показуху. А ежели по сути… Идеальное посмертное алиби. Задолго до начала вашей подлой операции по уничтожению родной спецгруппы «Эпсилон». А я-то голову ломал – из какой форточки сквозняк?! Теперь всё по местам стало… Скорее всего, ты главный консультант и «голос за кадром». А Влад Новицкий просто информатор и исполнитель… Раньше я на него всех дохлых собак вешал. Только вот кто вами, иудами, руководил – мне не интересно. Уже не интересно. Всё равно, в каком толстом кресле он сидел или же из какого окна в Белом доме смотрел на нас, пигмеев.

– Ну, командир… Скучно с тобой, потому как тяжело удивить.

– Я тебе, Стас, не командир. А если и был когда-то, так весь вышел. И Учителем твоим был, до того дня, когда ты меня мысленно предал. И командиром твоим… пока ты не взорвал кого-то вместо себя. Тот парень, скорее всего, даже не подозревал, в какой… вечный рейс ты его отправляешь. А теперь я тебе тем более – не Учитель, не командир. Потому как у гнид нету ни первого, ни второго. Только инстинкты.

Лицо Стаса дёрнулось. Злая судорога перечеркнула его как молния.