Вечный любовник
Шрифт:
Но теперь она услышала голос виконта де Тюренна, полный страдания. Марго заявила ему, что больше его не любит, и бедный от горя угрожал повеситься.
Королю это вряд ли понравится, он ненавидит любое насилие. Что же касается Тюренна, то это один из лучших его генералов, а их у него не так уж много, чтобы кого-то терять.
Тюренна надо остановить. Что, если пойти к королю?..
Мадемуазель де Ребур уже много дней искала способа привлечь к себе его внимание.
Король поднял ее с колен, потому что, войдя, она распростерлась перед ним ниц, прося
– Мне горько видеть тебя в таком смятении, – сказал он. – Ты должна рассказать мне о своих бедах, моя дорогая.
– Я в большом страхе, сир.
– Не бойся меня. Подойди. – Он взял ее за руку и подвел к нише, в которой стоял диванчик. – Садись сюда и расскажи мне, что тебя так встревожило.
– Это было бы слишком самонадеянным с моей стороны, сир…
Они сели, он слегка обнял ее, и его рука как бы случайно легла ей на грудь.
– Симпатичным женщинам нет причины меня бояться, – радушным голосом произнес Генрих. – Разве тебе не известно, что я всегда готов проявить к ним снисходительность?
– Сир… – Мадемуазель де Ребур вздрогнула, и его рука сильнее к ней прижалась. Она повернула лицо и уткнулась в его камзол. – Сегодня я слышала, что один человек собирается покончить с собой.
Он погладил ее по волосам, они были мягкие. Волосы Дайеллы были такие же нежные. Генрих подумал: «В темноте я бы мог спутать ее с Дайеллой, если бы она пришла ко мне».
– Тот, кто собирается покончить с собой, обычно не угрожает, моя дорогая, а просто делает это. Кто этот человек?
– Виконт де Тюренн, сир.
Генрих больше не мог оставаться равнодушным.
– Тюренн? Это невозможно. Он шутил.
– Не думаю, что так, сир, и, зная, как вы цените его службу, я подумала, что мой долг – прийти к вам.
– Как ты об этом узнала?
– Я фрейлина королевы, сир.
– О да.
– Она… но я не могу сказать. Я не решаюсь.
– Не бойся поведать мне то, что я и так знаю, детка. Рассказать тебе? Королева дала своему любовнику отставку, и он пригрозил повеситься, если она к нему не вернется.
Мадемуазель де Ребур уставилась на него, ее губы слегка раскрылись. Бледные губы не были очень красивыми, но в них было что-то манящее.
Он поцеловал их. Как и Дайелла, она не протестовала. Как и Дайелла, мадемуазель де Ребур была рада, что ее целует король.
Король вошел в спальню жены. Отослал служанок. Отбросил одеяло и посмотрел на белое тело на фоне черных простыней. Как нравится Марго осознавать силу этого контраста! И теперь многие дамы двора принялись ей подражать. Она недовольно на него посмотрела:
– Чему я обязана такому внезапному интересу?
– Разве муж не должен время от времени навещать жену?
– Нет, если он занят другими женщинами, как, я полагаю, занято ваше величество.
– Я пришел поговорить о Тюренне.
Она приподнялась на локте и насмешливо на него посмотрела:
– Ты только сейчас узнал, что мы с Тюренном были друзьями?
– В моем королевстве происходит очень мало того, о чем мне не становится известно. Конечно, я знал, что ты и Тюренн – любовники. Как и все. Даже твой брат, король Франции, известил меня в письме, что происходит между тобой
– Змея! Это на него похоже.
Генрих повел плечами:
– Ему хотелось нас рассорить.
– Везде шпионы, – процедила Марго. – Когда-нибудь я до них доберусь. И ты, конечно, поверил моему брату?
– Я сделал вид, что такое предположение вызывает у меня смех.
– Тогда зачем ты пришел сюда разыгрывать роль ревнивого мужа?
– Когда это я был ревнивым мужем? Не чаще, чем ты была ревнивой женой!
– Тогда зачем тебе так беспокоиться… и мне… по поводу Тюренна?
– Потому что я узнал: он угрожал повеситься, если ты бросишь его. Я не могу позволить себе терять одного из моих лучших генералов.
Марго засмеялась.
– Тебя это развлекает?
– Был ли еще на свете такой брак, как у нас? – спросила она.
– А были ли на свете двое таких людей, как ты и я? – в тон ей отозвался он. – Я не мешаю тебе жить, как тебе хочется. А теперь ты сделай то, что мне нужно. Утешь его как-нибудь, пока он не выбросит все это из головы. Клянусь, Тюренн вряд ли на это пойдет, но наверняка знать нельзя, вдруг из бравады повесится?
– Так ради тебя я должна к нему вернуться? Генрих кивнул. Марго недовольно поджала губы, но теперь он начал смеяться. И она тоже не смогла удержаться от смеха.
Глава 9
ИНТРИГА ФОССЕЗЫ
Марго возобновила встречи с Тюренном, которого Генрих в шутку называл «Великим неповесившимся». Сам он находил мадемуазель де Ребур очаровательной и пылкой. Однако Марго знала, что эта женщина шпионит за ней, и не хотела, чтобы она долго оставалась любовницей Генриха. Что касается ее, то она вернулась к Тюренну, только чтобы угодить мужу, потому что ее влечение потеряло прежнюю силу. Марго размышляла, с кем бы свести Генриха, дабы развести его с мадемуазель де Ребур, и ее внимание привлекла юная Франсуаза де Монморанси – дочь Пьера де Монморанси, маркиза де Тюри и барона Фоссе. Ей было только четырнадцать лет, и все ее звали Фоссезой. Девушка очаровательна и невинна, и если Генрих все еще тоскует по нежной Дайелле, то в Фоссезе найдет с ней сходство гораздо больше, чем в мадемуазель де Ребур. Марго решила как-то обратить на нее внимание мужа, но это надо было сделать тонко, потому что в противном случае он мог сразу заподозрить подвох. Ей нравилось, что мадемуазель де Ребур позволяет Генриху делить внимание к ней с другой фрейлиной – опытной и чувственной Ксантой. Она как могла поощряла Ксанту, а мадемуазель де Ребур все видела и ненавидела за это Марго, но та все больше и больше обретала решимость разлучить ее с королем.
Во время жизни в Беарне Марго не делала никаких уступок гугенотам и регулярно слушала мессу, а Генрих и его сестра Екатерина посещали гугенотские богослужения. Сам Генрих не отличался религиозным пылом, но считал своим долгом делать то, что от него ждут его подданные. Екатерина, которая оставалась ревностной гугеноткой, стала настоящей красавицей, что отчасти объяснялось ее вспыхнувшей любовью к Шарлю де Бурбону, графу Суассонскому, который отвечал ей взаимностью. Она собиралась, когда станет постарше, выйти за него замуж, и эта мысль наполняла ее радостью.