Вечный кролик
Шрифт:
– Вовсе нет, – сказал я. – Я всего лишь хочу тебя предостеречь: не стоит совершать опрометчивых поступков, которые могут плохо отразиться на городе.
– Но есть и хорошие новости, – сказал Норман, который тоже меня не слушал. – Мегакрольчатник будет сдан вовремя, и кролики наконец получат то, что им больше всего нужно: свой собственный уголок. Если повезет, все, кто живет вне колоний, тоже захотят туда переселиться. Я слышал, кто-то назвал это место кроличьим раем. Они там смогут свободно копать норки, растить капусту и… что они еще там любят делать. Думаю, ты согласишься, что переселение кроликов
Вокруг Мегакрольчатника всегда велись споры, но после референдума никто не сомневался, что его построят. И это несмотря на то, что инициатива «Переселения кроликов в Уэльс» была принята с очень небольшим перевесом, а половина страны вообще не голосовала. Участок площадью в десять тысяч акров, расположенный к западу от Рейадера, был почти готов к сдаче, хотя кроликам совсем не нравились разговоры о переселении локальных колоний в единый крольчатник. Основываясь на историческом опыте человечества в насильственном переселении народов, их ожидания находились в пределе «низких» и «ниже плинтуса».
– Однако, – сказал Виктор, возвращаясь к вопросу о Хемлок Тауэрс, – есть у нас один козырь: дом старика Битона можно только снимать. Если они туда въедут, то так же легко смогут и выехать. Я ведь могу положиться на твою поддержку в том, что ты не станешь поддерживать их? Все-таки ты живешь прямо напротив.
– Я возьму листовку, – вежливо ответил я, – но из-за работы в Крольнадзоре мне нужно сохранять нейтралитет.
– Не парень – кремень. Передавай привет Пиппе.
– Передам.
Когда я вернулся домой, Пиппа сидела на кухне. Она читала книжку, одновременно поедая йогурт, переписываясь с кем-то по телефону – скорее всего, с Салли, – и поглядывая на свой iPad, где шел какой-то сериал от Netflix. Когда мне было двадцать, я с трудом мог делать хотя бы одно дело. Да и сейчас тоже.
– Привет, пап, – сказала она.
– Как дела? – спросил я.
– Я изучаю жаргон эйчаров и никак не могу решить, какие фразочки мне нравятся меньше всего: «революционный продукт», «онбординг» или «карьерные перспективы».
– Меня всегда раздражал «креативный подход».
– Этот штамп устарел даже для манагерского сленга, – ответила она, – наряду с «мыслить не по шаблону» и «нам нужен сдвиг парадигмы». В прошлом году их официально запретили. Как прошел твой день?
– Как всегда весело. Слышала новость? В дом напротив въезжают кролики.
– Да, вроде слышала, – сказала Пиппа. – Вот только я бы на месте кроличьей семьи ни за что не стала бы селиться в поселке, который отправлял солдат сражаться в Гражданской войне в Испании. Причем на стороне генерала Франко.
– Ну не такой уж у нас и плохой поселок, – сказал я. – Мне кажется, это все пустые угрозы. Ты думаешь, кто-нибудь из наших местных хотя бы разговаривал с кроликом, который бы не работал барменом, уборщиком или раскладчиком товаров?
– Предрассудки лучше идут под соусом невежества, – сказала Пиппа. – Как думаешь,
Я положил перед ней листовку мистера Маллета, а затем выглянул в окно, чтобы посмотреть на Хемлок Тауэрс.
– Думаю, он поднимет шум и сделает жизнь кроликов настолько невыносимой, что они отсюда сбегут.
– Не нравятся мне его взгляды, но листовки он делает со вкусом, – сказала Пиппа, разглядывая бумажку. – Хорошо, что он почти никогда не уезжает дальше Херефорда. Таких, как он, нужно изолировать.
– Да уж, – сказал я. – С Эболой борются примерно так же. Ты что-нибудь еще слышала о кроликах? А то у миссис Грисвольд не самые полные сведения.
– Мистер Кролик – майор в отставке, а миссис Кролик – актриса, – сказала Пиппа.
– Правда? И где она снималась, я ее видел?
– Ой, не знаю… Кто-то говорил, что в рекламе. А еще у нее была второстепенная роль в «Криминальном чтиве», но перед выходом фильма эти сцены вырезали.
– Интересно, – сказал я, зная, что раньше Конни нравился театр. Она даже с блеском прошла прослушивание на роль Шелли Левина в университетской постановке «Американцев», но ей отказали из-за того, что режиссер хотел найти кого-нибудь «помужественнее и не такого пушистого».
– И муж у нее майор, значит? – прибавил я.
– Ага. Говорят, его чуть не отправили в пекло в Афганистане.
В воскресенье по соседству
Тесты ДНК показали, что очеловеченные кролики вовсе не были каким-то причудливым гибридом человека и кролика, а так и остались, по сути, кроликами. Генетически их никак нельзя было отличить от их неразумных полевых собратьев. Что бы ни дало им их человекообразность, в ДНК этого точно не было.
Семейство Кроликов прибыло в следующее воскресенье под рокот газонокосилок и щелканье садовых ножниц. Все усердно старались привести поселок к чистоте и порядку, на всякий случай – вдруг к нам внезапно заявятся судьи из «Спик и Спан», ведь в среду их видели слонявшимися возле Пембриджа.
Я возился со своим «Остин-Хили» в гараже, когда к Хемлок Тауэрс подъехал «Додж Монако» [27] 1974 года. Кролики предпочитали большие американские тачки, поскольку они гораздо лучше подходили к их телосложению и ограниченной ловкости рук. Многоместные сиденья, автоматическая коробка передач, чувствительный гидроусилитель руля и большие педали. А еще кролики берегли свои автомобили; они считали, что технику называют «устаревшей» лишь для того, чтобы, задрав нос, оправдать ее отправку в утиль, а такой подход был несовместим с четвертой заповедью их веры – экоустойчивостью. Кроличья поговорка гласила: «Нфифнфиннфиифннфифнфн», что примерно переводится как: «Лишь дурак покупает что-то дважды».
27
Тогда я этого не знал, а выяснил позже. Сейчас машина находится в экспозиции музея Очеловечивания рядом с Рейадером. По случайному совпадению, это гражданская модель автомобиля, на котором разъезжали Джейк и Элвуд Блюз.