Вечный день
Шрифт:
Прежде чем попытаться проникнуть в дом, Хоппер решила убедиться, что внутри никого нет — мало ли, оставили полицейского караулить. Она ударила дверным молотком по металлической плите, сделанной в форме солнца с расходящимися серыми волнистыми лучами. Шуточка вполне в духе Торна.
Звук удара гулко разнесся по зданию.
Элен выждала с минуту, наблюдая за дроздами, копошащимися в опавшей листве в поисках личинок, и только тогда сочла, что можно проникнуть внутрь. Входная дверь оказалась заперта, но вправо, к перекрывавшей вход в открытую
Хоппер потянула заднюю дверь — невероятная удача: не заперта, а при открытии лишь тихонько скрипнула — и оказалась в небольшой комнате, загроможденной книжными шкафами и креслами.
— Есть тут кто? — нарочито бодро крикнула Элен в качестве последней меры предосторожности и, вспомнив о преследователях возле дома Чендлера, в ужасе отпрянула, когда в углу возникла и устремилась к ней какая-то черная тень. Господи, всего лишь кошка! Элен рассмеялась над своими страхами. Больше никого ее вторжение не потревожило.
Животное принялось тереться о ее ноги, мешая идти. Первый этаж особняка Торна, за исключением выходившей в сад комнаты, сохранил парадный лоск, хотя и выглядел заброшенным. На кухне имелся огромный камин, на обеденном столе сиротливо лежала салфетка. Хоппер прошла в вестибюль и двинулась вверх по широкой лестнице. Кошка предпочла остаться внизу и понаблюдать за ее восхождением. Дверь на маленькой площадке посреди лестницы вела в уборную, а наверху, за высокими закрытыми дверями, вероятно, находились жилые комнаты. Элен наугад сунулась в одну, да так и ахнула.
Помещение было очень просторным, с высоченными окнами от пола до потолка. И наверняка красиво обставленным и декорированным — до того, как в нем учинили полнейший разгром. Обои кое-где были ободраны, ковер перевернут и скомкан. В углу бесформенной кучей валялись длинные кремовые занавески. На них небрежной стопкой лежали сорванные со стен — о чем говорили темнеющие прямоугольники на выцветших стенах — фотографии в рамках, варварски вскрытые сзади. Извергнутое содержимое книжного шкафа занимало добрую четверть комнаты — книги валялись раскрытыми, а некоторые даже и с оторванными корешками. «Это была не кража со взломом, — эдаким шепотком на ухо пришла Хоппер мысль. — Это был обыск».
Груда бумаг на столе у стены была придавлена телефоном. Элен сняла трубку и набрала «0», нащупывая в кармане ручку. Через несколько секунд в динамике раздался скучающий женский голос:
— Оператор.
— Это Норт 3, Харлсден-роуд, 74, — она взглянула на телефон. — Э-э, 4489. Я хотела спросить, нет ли у вас списка звонков с этого номера? Пожалуйста. Пытаюсь отыскать магазин, в который звонила. Как дура потеряла номер.
— Прошу
Хоппер представила себе телефонистку: сидит себе в одном из узлов связи, с сигаретой в пепельнице, да коммутирует вызовы, в меру сил устраняя разрывы, образовавшиеся после выхода из строя прежних автоматических станций. Наверное, женщина ее возраста. Вся ее жизнь сводится к повторению тысячу раз за день этого «Оператор». Элен попыталась придать голосу угодливости.
— Пожалуйста. Это для моего отца. Пытаюсь найти ему подарок, да вот магазин никак не вспомнить, а он как раз самый подходящий. Если вы все-таки сможете что-то сделать, я была бы вам очень признательна.
С другого конца линии последовал вздох.
— Мне нужна дата звонка. За раз я могу просмотреть только несколько дней.
— Конечно-конечно. Это… — Хоппер достала из кармана куртки листок из истории болезни Торна и нашла дату его поступления в больницу. — Как раз перед 9 июня. В один из дней перед девятым.
— Одну минуту.
Пока телефонистка искала запись, Хоппер снова оглядела комнату. Кресло в углу было перевернуто вверх ногами, из его распоротой подкладки, словно ростки из семян, вылезали клочья набивки.
— Алло? — ожила телефонная трубка.
— Да-да, я слушаю.
Все таким же скучающим голосом женщина произнесла:
— Номера следующие, — и затем принялась тарабанить цифры, да так быстро, что Хоппер пришлось попросить ее повторить пару номеров. В списке оказались врач, несколько местных продуктовых магазинов и районный комитет. И никакого Гетина.
После некоторой паузы, впрочем, телефонистка предложила еще один:
— Как насчет этого: Сентрал 12, Фишер. Книжный магазин. На номер звонили несколько раз.
— Э-э… да. Да! Я точно звонила туда не единожды.
— На вашем месте я попробовала бы этот. Он один из немногих, по которому вы связывались несколько раз. Три раза, утром восьмого.
— Спасибо вам огромное. Да, должно быть, это он и есть.
— Есть еще один. На этот вы звонили дважды в ночь на девятое. Может, он?
— А может, и он, — поспешно согласилась Хоппер, не желая упускать возможность. — А что за номер?
— Ах нет, прошу прощения. Это совсем не то. Вестерли 12, платформа в Атлантике. Вряд ли вы собирались отправиться туда за подарком на день рождения, верно?
Элен оперлась о стол.
— Я… Нет, конечно же, вряд ли. Скажите, пожалуйста, а на эти звонки отвечали?
— Похоже, да. Два звонка, две и четыре минуты.
— А он… То есть до этого на платформу еще звонили?
— На протяжении предшествующей недели нет, дорогая. На более ранние сроки записей у меня уже нет, — голос телефонистки смягчился. — Что-нибудь еще?
— Нет, все. Спасибо вам большое.
— Да не за что. И кстати… Если это мужчина и если он обманывает вас, дайте ему в глаз от меня, — после этого на линии воцарилась тишина.