Вечность

Ив Джеймин

— С оружием ангелов мы справимся, — говорю я, хотя с моей стороны это всего лишь надежда.

В первую очередь, оружие ангелов привело нас сюда. И хотя оно может быть где-то в Дебрях, Роман в прошлом доказал, что может мгновенно доставить его, где бы оно ни находилось.

— Я больше не могу их сдерживать! — Малия кричит с передней части купола, её руки напряжены, плечи сгорблены. Её пятки упираются в землю, как будто какая-то сила толкает её назад.

Щит перед ней становится прозрачным, его слои медленно снимаются. Силуэт Кроны теперь виден рядом с

силуэтом Эсты. Одеяния древней женщины развеваются вокруг её крошечного тела, её одежда и кожа такие фарфорово-белые, что сквозь щит из слоновой кости видны лишь её очертания.

Эста и Крона. Как, чёрт возьми, я это пропустила? Роман предупреждал меня, что Мортем полон обмана и иллюзий, но даже он не видел их зла.

Глядя в глаза Романа, я осмеливаюсь взглянуть в лицо отражению своих ран.

— Если Эста победит, равновесие между тремя мирами никогда не будет восстановлено. Она загоняла души в Запретные Земли, заточала в тюрьму демонов, которых там быть не должно. Душа моего отца тоже находится там в плену, а его тело? Хрен знает, что с ним случилось. Если она воцарится, три мира навсегда окажутся на переломном этапе. Равновесия никогда не будет.

Я чувствую, что решимость Романа слабеет. Мои поврежденные пальцы сжимают его руку. — Мы должны попытаться.

Он кивает мне, но напряжённая линия его подбородка и напряженный взгляд говорят о том, что ему это не нравится.

Он проводит рукой по груди, и три разобранные части оружия появляются в воздухе между нами, паря в лучах аметистового света.

Основание оружия изогнуто и имеет цвет кости, напоминающий бивень древнего существа. Застёжка серебряная. А камень похож на серебристый бриллиант размером с мой кулак. Камень должен быть вставлен в верхнюю часть застёжки, в то время как нижняя часть застёжки опирается на полый конец длинного изогнутого рога.

Малия кричит со щита.

— Роман! Он ломается!

Роман поворачивается к ней и, бросив последний неохотный взгляд на части оружия, говорит:

— Собери оружие! Я прослежу, чтобы щит был достаточно прочным и оружие могло переносить только тех, кто находится внутри.

Фрагменты уже притягиваются друг к другу в воздухе, сближаясь и ещё раз доказывая, что это оружие хочет быть собранным.

Я ловлю застёжку в воздухе, в то время как Таня хватает рог, но Кода только смотрит на камень, который парит перед ним.

Мы подрались с ним из-за этого оружия. Чуть не погибли во время той драки. Теперь мы протягиваем ему обломок и надеемся, что он поможет нам собрать его воедино.

Его глаза встречаются с моими. Вместо того, чтобы взять камень, он прижимает свободный кулак к груди, морщась от боли.

Я не отпускаю его вторую руку. Я пока не могу. Я говорю себе, что это потому, что его сила скрывает мою боль, но есть другая часть меня, которая боится, что его союз со мной — ещё одна иллюзия этого мира. Что она исчезнет, как только я отпущу.

Прошлое нельзя исправить за несколько часов.

Доверие нужно укреплять, но прямо сейчас мы мчимся вперёд по опасному пути, и у нас нет времени

на сомнения.

Я поворачиваю застёжку к рогу. Воздух потрескивает, когда две части соединяются, точно так же как это было в первый раз, когда мы использовали это оружие.

Руны на поверхности застежки начинают светиться мягким аквамариновым цветом. Теперь, когда две детали подогнаны друг к другу, оружие готово к работе над третьим фрагментом, и я чувствую, как оно притягивает нас к камню.

Кода сжимает челюсти, но его рука не дрожит, когда он хватает бриллиант из воздуха и подносит его к застёжке.

Камень встаёт на место, и я готовлюсь к тому, что врата Ада вот-вот распахнутся.

Глава 3

Ослепительный свет ошеломляет меня, когда я взмываю ввысь.

Возможно, это из-за силы, которую использовала на мне Эста, или из-за возросшей мощи моей демонической энергии, но я не чувствую, что оружие разрывает меня на куски, когда уносит с поля боя.

У меня такое чувство, что меня тянет сквозь пространство, затем всё снова замедляется, и мы останавливаемся гораздо быстрее, чем в первый раз, когда мы использовали оружие.

Я резко открываю глаза, но перед глазами по-прежнему стоит яркий свет.

Я слышу стоны моих сестёр, тихие пояснения Романа, а затем наступает тишина. Короткая, блаженная тишина, когда я чувствую, что касаюсь земли, опускаясь на колени на твёрдую поверхность.

Пока ещё слишком светло, чтобы разглядеть, куда именно привело нас оружие, но я надеюсь, что оно попало в пещеру в пустыне, где мы собрали его в первый раз. Эта пещера находится достаточно близко к территории орлов, чтобы мы могли обратиться к ним за помощью. И я вижу маму. Моё сердце сжимается, когда я думаю о ней. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я обнимала её.

Всё, что я знаю наверняка, это то, что моя рука крепко держалась за руку Коды, которая стала самым неожиданным якорем в этом тяжелом испытании. Когда мы прибыли в Пира-Мортем, моих сестёр оторвали от меня, несмотря на мои попытки удержать их, но каким-то образом Кода остался рядом со мной.

Проходит целая жизнь, но в то же время и доля мгновения, прежде чем свет рассеивается. Пока я жду, Кода крепко сжимает мою руку, словно желая подбодрить меня. Или, может быть, самого себя. В конце концов, именно на Земле он сеял хаос, почти уничтожив нас — и себя самого. Возвращение сюда будет для него нелёгким путешествием, но в глубине души я знаю, что это то, что нам нужно.

Мы должны перегруппироваться и придумать, как спасти моего — нашего — отца.

— Проклятье, — рычит Роман, и, несмотря на гнев в его голосе, я испытываю облегчение, слыша его так близко. Древний демон владеет моим сердцем и душой. Доверить ему свою жизнь оказалось лучшим решением, которое я когда-либо принимала.

— Чёрт, — тихо произносит Кода рядом со мной, и я понимаю, почему они оба ругаются, когда свет, наконец, меркнет и наше окружение становится чётким.

Мы не на Земле. Даже близко не на Земле.