Вечность
Шрифт:
Я не должна была так думать, хотя бы, потому что я была здесь.
– Возможно, ты хочешь отдохнуть перед ужином? – спросила бабушка Дрю. Затем она посмотрела на всех остальных, и я заметила, что была не единственной с темными кругами под глазами. Моя мама попыталась подавить зевок, но я могла сказать, что она также устала.
– Похоже, вам всем нужно хороший сон, – заключила бабушка Дрю. – Я покажу ваши комнаты, я знаю каким напряженным может быть день прилета, поэтому персонал уже подготовил их для
Я так устала, что не показала, насколько удивлена, как обычно, тем фактом, что у них полный штат прислуги. Я была как зомби, когда следовала за ней по коридору.
Сначала она проводила Челси и ее папу в их комнаты, следующие были для меня и моей мамы. Она была больше чем главная спальня в нашем доме, и традиционная мебель смотрелась подходящей для аристократов.
У меня не было много времени, что бы полюбоваться ей, потому что как только я оказалась в кровати, я закрыла глаза и мгновенно уснула.
***
Когда прозвонил будильник на моем телефоне, разбудив на ужин, я могла поклясться, что был уже следующий день, и я случайно проспала всю ночь. Мне потребовалось больше десяти часов сна, чтобы я почувствовала себя снова бодрой. Но бабушка с дедушкой Дрю упоминали за чаем, что они подготовили ужин, чтобы поприветствовать нас в Англии. Как бы я не хотела проспать вплоть до утра, я заставила себя подняться с кровати и сменила походную одежду, в которую была одета с посадки в самолет в Нью-Гемпшире.
Ужин был подан в столовой для официальных приемов, и это было невероятно элегантно. Я ощущала себя леди в Аббатстве Даунтаун, одном из моих самых любимых телевизионных сериалов. Так же, бабушка Дрю не принимала никакого участия в приготовлении еды - кроме составления меню. У них действительно имелся полный штат прислуги, поэтому их личный шеф-повар, Чеза, готовила еду. Когда все блюда были расставлены, она рассказала нам подробнее о каждом. Я была бы более чем счастлива, съев Чизбургер и картошку фри, но основное блюдо - говядина по Велингтонски было превосходно. У меня едва имелось место для десерта, но мне удалось съесть немного пирога, что бы быть вежливой.
– Ты стала бодрее после того как поспала? – спросил Дрю, когда ужин закончился.
– Вроде того, – сказала я, потирая глаза и сдерживая зевок. – Я слышала про нарушение биоритмов в связи с перелетом через несколько часовых поясов, но я не думала, что это бывает так. Я прежде никогда не чувствовала себя такой разбитой.
– Если ты сможешь продержаться на ногах немного дольше, я буду рад провести тебя по саду, – сказал он.
– Ночью? – спросила я. – В декабре? – Даже мысль об этом заставила меня содрогнуться.
– Зимние сады имеют определенное очарование, – сказал он. – И хотя они прекрасны в дневное время, я предпочитаю их ночью.
Я не удивилась. Дрю был совой не то, что я.
–
Он сжал мою руку.
– Рад это слышать.
Поблагодарив бабушку с дедушкой Дрю и шеф-повара Чезу за ужин, я и Дрю закутались в зимнюю экипировку и направились в сад. Я переживала, что Челси захочет пойти с нами, но либо она поняла намек, что мы хотим побыть друг с другом, либо была крайне уставшей, так как она сказала, что вымоталась и пошла спать.
Я жалела, что не чувствовала себя бодрее, но это был первый случай побыть наедине с Дрю с момента прибытия в Англию. По крайней мере, я сделала вид, что не устала.
Сад был огромным и невероятно красивым. Окруженный каменной стеной, чтобы попасть в него, мы прошли через арку, которая вела, казалось в другой мир. Было так тихо, что звук наших шагов по упавшим веткам звучал громко.
Мы прогуливались по мощеной тропинке, и я была очень довольна собой, несмотря на холод, который говорил о многом. Но английские зимы были не так плохи, как в Нью-Гемпшире, так что было терпимо.
Я не сказала о многом, что было в поле моего зрения. Все деревья, кроме вечнозеленых, были голыми и покрыты снегом. Белые рождественские огни, обернутые вокруг случайных деревьев, превращали сад в зимнюю сказочную страну. Резные каменные вазоны выглядели так, словно летом они поддерживали цветы, а зимой, с ледяными каплями, спускающимися с ручек, они имели свое очарование. В очередной раз я пожалела о своем блокноте для набросков.
– Это прекрасно, – сказала я, прижимаясь ближе к Дрю, когда мы прогуливались. Я любила находиться рядом с ним, и эта близость согревала меня.
– Я больше люблю сады зимой, – сказал он.
– Почему? – спросила я.
– Потому что тогда сад в своем истинном виде, – сказал он. – Конечно, летом он более красочный, но зимой, ты видишь обнаженный остов того что это такое, того что удерживает его в живых.
Сейчас оглядываясь вокруг, то, что он говорил, имело смысл. Я бы хотела увидеть, как сад выглядит летом, в полном цветении, но сейчас я могла видеть сердце того, что сделало его, ту часть, которая никогда не умирает.
Затем я взглянула на небо и увидела луну. Она была на три-четверти полная. Это было бы красиво, но вместо этого она напомнила мне, что у меня всего неделя, чтобы исправить то, что сделала Челси.
Наверное, Дрю заметил беспокойство, отразившееся на моем лице, потому что он притянул меня ближе. Я положила голову на его плечо, любящее существо рядом с ним. Я мечтала, чтобы мы смогли остаться так навсегда - вместе вдвоем, наслаждаясь ночной прогулки по саду в середине зимы. Если бы только у нас не было множество того о чем надо волноваться. Тогда мы могли бы быть счастливы, то для чего мы были предназначены.