Вечность спустя
Шрифт:
Да, пусть Игорь продолжает думать, что дальше юношеской влюблённости дело не зашло, так будет лучше для всех. Зачем ворошить прошлое? Никому не нужна эта память сейчас.
— Они сейчас красавец, — засмеялся брат, подбрасывая в воздух тёмно-красную бутылочку. — Весь такой брутальный и бородатый, как с картинки. Мне кажется, вы с ним могли бы стать неплохой парой. Чисто гипотетически, конечно.
— Чисто гипотетически и у тебя уже могло быть пятеро детей, — парировала, а Игорь подавился хохотом. — И вообще, мне не очень интересны серьёзные отношения, мне и так хорошо.
— Слушай, Янка,
— Кто? — удивилась, даже забыв обо всех переживаниях.
— Ну. лесбиянка, — захохотал, отвинчивая крышку бутылочки и выдавливая на палец немного соуса. Облизал адски острую жидкость, блаженно зажмурился, улыбаясь.
— Ага, она самая. Отстань!
Игорь снова засмеялся, искоса поглядывая на сестру. Яна опёрлась ладонью об островок и пила воду маленькими глоточками. Отчаянно захотелось, чтобы брат сгинул прочь, чтобы в покое оставил, но этот дурашливый разговор странным образом успокоил и помог взять себя в руки.
— Но всё равно, уверен, вам нужно пообщаться. Вспомнить молодость, так сказать, тряхнуть стариной.
6 Глава
Уверен он... Яна скривилась и махнула на брата рукой.
— Игорь, послушай меня, — сказала, набрав воздуха в лёгкие. — Я не хочу с ним общаться, вот вообще. Понимаешь меня?
Игорь кивнул, по всей видимости, ничего не понимая, но спорить не стал, а Яна продолжила:
— Я тебя очень прошу: вообще обо мне ему ничего не говори, хорошо? Нет меня, уехала, не я это.
— То есть если он тебя узнает или спросит меня о тебе, сказать, что ты — не ты и вообще незнакомая мне девушка?
— Вот за что тебя люблю, так это за то, что ты смекалистый.
Игорь хмыкнул и посмотрел на неё как-то странно, чуть сощурившись, и зарылся рукой в светлые волосы на затылке.
— Но вообще, конечно, ты изменилась очень, вряд ли он тебя узнает. Совсем другая стала.
Яна задумчиво кивнула, размышляя, что на самом деле сделала почти всё для того, чтобы расстаться со своим прежним отражением в зеркале. На место угловатой светловолосой девчушки с острыми коленками, косой до пояса и россыпью веснушек на носу пришла уверенная в себе женщина с копной тёмно-каштановых волос, красивой грудью и идеальной кожей. Жаль, этого оказалось так мало, и стоило увидеть Андрея, всё произошедшее в жизни той глупой девочки Яны замелькало кадрами перед глазами.
Игорь тем временем криво улыбнулся, пожал плечами и сказал:
— Собственно говоря, мне наплевать, почему тебе так не хочется с Андрюхой разговаривать. Мало ли... Вы взрослые люди, делайте, что хотите, а я пошёл к бассейну.
Яна зажмурилась, восстанавливая контроль над эмоциями, убеждая себя, что не должна так реагировать на него. Мало ли, что было когда-то? После Андрея были мужчины — разные, хорошие и не очень. Даже пару раз чуть замуж не вышла, но каждый раз что-то удерживало от шага к алтарю в подвенечном платье. Да и кому она нужна такая?
Какая именно “такая` подумать не успела, потому что в кухню стремительно вошли незнакомые девушки в одинаковых ярко-красных очень откровенных купальниках, весело смеясь и болтая о всякой ерунде, и совершенно не обращая внимания на Яну. Одна по-хозяйски распахнула дверцу холодильника
К тридцати шести Игорь превратился в закоренелого холостяка, у которого на уме только работа — в этом они с братом были очень уж похожи, — да хоровод женских юбок. Яна тоже однажды твёрдо решила для себя, что не хочет тратить жизнь на глупые отношения с теми, кого не сможет сделать счастливыми. Нет, она не сторонилась мужчин — в её жизни находилось для них место, но серьёзных отношений намеренно избегала, каждый раз включая заднюю. если возникала призрачная возможность чего-то большего, чем ни к чему не обязывающие походы в рестораны и на выставки.
Брат тревожился о ней, считая, что Яна ведет образ жизни убежденного холостяка средних лет, но она лишь смеялась, хотя в глубине души была полностью согласна. но сделать с собой ничего не могла. Или не хотела, но кому, какая разница.
Яна глубоко вздохнула, пытаясь настроиться на рабочий лад. Она нужна своему шефу, она специалист высочайшего класса — не просто секретарь, а личный помощник, владеющий тремя иностранными языками, включая японский. обладающий феноменальной памятью и высоким уровнем самоорганизации.
Остапов ценил её, регулярно повышая зарплату и не позволяя себе распускать руки, твёрдо зная: Яна этого не потерпит. Как специалист она была нужна ему гораздо больше, чем любовница. Вот и работали вместе уже шестой год, взаимно довольные друг другом.
Яна допила воду, тщательно вымыла стакан — она всё в этой жизни делала тщательно — и направилась к бассейну. Прятаться так долго уже становилось глупым, да и Остапову могла понадобиться её помощь в любой момент.
А потом случилось то, что случилось, и Яна. сидя в машине, не понимала, что со всем этим делать дальше. Знала, что нужно снова всё забыть, как тогда, в юности.
Просто сжать сердце в железный кулак, выдавить из него эту странную любовь, как сок из апельсина и жить дальше.
Отчаянно не хватало воздуха. Яна толкнула дверцу автомобиля и вышла на улицу. вдыхая полной грудью прогорклые ароматы шумного города. По ушам ударили шум и гомон толпы, мимо проезжали машины, а острые шпили высоток делового квартала, кажется, пронзали небо. Яна любила эту суету и бесконечное движение. суматоху и бурлящую по венам энергию — общую на всех. Влившись в вечно спешащую толпу, она на время забывала об одиночестве и своей тоске по утраченному.
Яна и сама не могла ответить себе на вопрос, отчего всё ещё не может забыть Андрея. Разве юношеская любовь не проходит? Разве можно столько лет думать о том, кому никогда не была нужна, кто так подло поступил однажды? Что это: извращённая форма мазохизма или психическое расстройство? Яна не знала, и ответ не знал даже психолог, к которому она однажды обратилась.
Перед глазами замелькали картинки, как она, шестнадцатилетняя, впервые увидела Андрея. Они с Игорем пришли тогда выполнять какое-то сверхважное задание, а Яна стояла в дверях, вцепившись в ручку побелевшими пальцами, и не могла насмотреться на гордый профиль незнакомого и очень взрослого парня.