Вечность спустя

Манило Лина

— Так, надо уходить отсюда, пока они нас не заметили, — решительно сказал Андрей и потянул Яну за руку.

— Да-да, ты прав, — кивнула, быстро поднимаясь. Потому что больше не хотела любоваться на чужое моральное падение.

Бросила быстрый взгляд в сторону мило болтающей о чём-то парочки в тщетной попытке справиться с хороводом мыслей и вопросов, мельтешащим в голове. Нет, обо всём этом она будет думать потом, сейчас выбраться бы на воздух, потому что стены внезапно начали давить со всех сторон, а кислорода отчаянно не хватало. В сознании мелькали страшные

картины того, чем может обернуться всё это, узнай обо всём Остапов.

Только как пройти мимо них так, чтобы не заметили? Но Андрей уже тащил её в противоположную от входа сторону. не давая ни о чём задуматься, а Яна неслась за ним, пытаясь не убиться на высоких каблуках.

— Там запасной выход, — пояснил, предупреждая вопросы.

Завернули влево, ни на что, не обращая внимания, и Андрей толкнул ногой дверь, размышляя о том, что в его рукаве появился отличный козырь против Игоря. Они же Андрея с Яной так и не заметили, наслаждаясь обществом друг друга, и это может сыграть на руку. И пусть он не придумал ещё, как лучше его использовать. эта информация очень даже может пригодиться. Главное, с умом ею распорядиться.

Забежали в какой-то полутёмный коридор, будто два подростка, прячущихся от полиции, а навстречу выбежал обслуживающий их официант Андрей сунул ему в руку крупную купюру, с лихвой покрывающую сумму счёта, что-то проговорил вполголоса, и парень указал рукой в сторону.

Шаг, второй, поворот, ещё один, и вот она, долгожданная свобода.

— Мамочки, — проговорила Яна, когда шли быстрым шагом к парковке, — мамочки.

Андрей остановился, не дойдя пары метров до своего автомобиля, и резко развернулся к ней, обдавая мускусным терпким ароматом одеколона.

— Янина, послушай меня внимательно, — попросил, обхватывая ладонями пылающее лицо, — твой брат — редкостный козёл. Ты должна это понимать.

— Я уже догадалась.

— Так вот... я не знаю, какие у него планы на эту девушку, но на Остапова у него планы грандиозные.

— Ты думаешь, это часть какой-то схемы? — задала мучивший её всё это время вопрос.

— Яне знаю, какие у твоего брата схемы в голове, но всё это не просто так. Просто поверь мне.

— И что делать?

— У меня к тебе просьба: молчи о том, что видела. Не влезай в это всё, потому что может зацепить.

— Звучит зловеще, — криво улыбнулась, понимая, что одно неверное движение и прогремит взрыв, который камня на камне не оставит.

— Оно и выглядит точно так же, но информация — это оружие. Просто им нужно умело и очень осторожно пользоваться.

Яна молчала, прислушиваясь к своим ощущениям. Было противно до дрожи, потому что, казалось, она заново узнавала своего брата, и все новые знания открывали отвратительную сторону личности человека, которого считала близким и родным. Родным он быть не переставал, только близким уже не был. Это ведь не Игорь — её весёлый и преданный брат. Это какое-то меркантильное чудовище, у которого лишь мысли о наживе, ради которой готов на всё.

24 Глава

Утро понедельника встретило

привычным оживлением, и Яна с удовольствием нырнула в этот водоворот рабочей суеты. В офис приехала к семи, чтобы спокойно. до начала рабочего дня, настроиться на привычный лад и разобрать скопившуюся за выходные корреспонденцию. Когда кофемашина привычно пискнула, Яна вздохнула и забрала большую чашку ароматного моккачино. От многих недостатков получилось избавиться, но любовь к сладкому истребить так и не удалось. Ну и пусть, имела же она право на маленькое удовольствие.

— Янина Николаевна, — раздался из кабинета голос Остапова, — зайдите ко мне.

Яна вздрогнула, чуть не выронив из рук чашку. Вот сейчас ей придётся посмотреть в глаза Остапову, а в мыслях будут мелькать картинки увиденного накануне. Как ни пыталась, так и не смогла понять брата. И спросить хотелось, а предупредить ещё сильнее, что его игры и бег по тонкому краю могут закончиться настоящей бедой. но понимала, что слов подобрать не сможет. Не сможет достучаться до Игоря, просто потому, что он никогда и никого не слушает.

Приехав вчера домой, увидела два пропущенных от Игоря и один от мамы. Маме перезвонила, а о разговоре с братом даже думать не хотела. Не потому, что боялась, а потому что понимала: как раньше уже не будет, а по-новому ещё пока слишком больно. Нужно просто немного подождать, чтобы не наломать дров сгоряча, успокоиться и тогда уже приступать к серьёзным разговорам.

Андрей остался на ночь, и до самого рассвета они лежали, сплетясь телами и душами, и разговаривали. Рассказывали о себе, будто заново знакомясь, стирали разделяющие их границы, узнавали многое из того, что просто не могли знать.

Андрей говорил о бизнесе, и глаза горели сотней ярких эмоций, а Яна о работе с Остаповым: о том, как сильно уважает его и как помог он однажды не скатиться в бездну. Он всегда относился к ней почти по-отечески, уважая и иногда даже прислушиваясь к её мнению. Ну и в деньгах не обижал, часто балуя премиями, но даже и за меньшую зарплату Яне бы комфортно с ним работалось.

— Янина Николаевна, ты там уснула, что ли? — раздалось уже чуть громче, и Яна вынырнула из болота вязких мыслей. Посмотрела на большие настенные часы, удивилась, как быстро пролетело время, незамеченное в суете утра, и, подхватив блокнот и папку с документами, пошла, отстукивая каблуками монотонный ритм, к светлой двери кабинета.

— Янина Николаевна, отлично выглядите, — отвесил дежурный комплимент Остапов, бросая на Яну быстрый взгляд поверх очков в тонкой золотой оправе. — Документы по "Стройтеху" готовы?

Яна положила раскрытую папку перед шефом, и тот, бурча что-то себе под нос, принялся расставлять в нужных местах размашистую подпись.

— Воротынцеву уже звонила? — поинтересовался между делом, а Яна улыбнулась про себя. — Не затягивай с этим, вторник уже завтра.

Смолчала, что ещё вчера, лично, договорилась об этом ужине, но Остапову об этом знать было совершенно не обязательно. Работа — отдельно, личная жизнь — отдельно, и это незыблемо.