Вечно
Шрифт:
– Что дает тебе такую уверенность?
– Его обещание. Когда он покинул дом, он сказал, что вернется ко мне. Коррадо умеет держать слово.
* * *
Проснувшись, Хейвен прищурилась от яркого утреннего света, лившегося в комнату через окно. Вздохнув, она отвернулась от солнечного света и наткнулась на лежавшего рядом с ней Кармина. Он спал, его грудь размеренно поднималась и опускалась. Его правая рука была перемотана эластичным бинтом, начиная от пальцев
Стиснув зубы, дабы сдержать рвущийся наружу возглас, Хейвен перевернулась на бок. Из ее вены выскользнула игла капельницы, когда она потянулась к Кармину. Замешкавшись в нескольких дюймах от его лица из-за нежелания его будить, Хейвен все же провела кончиками пальцев по переносице Кармина, отметив появившуюся на ней шишку, которой не было ранее. Хейвен не понаслышке знала, в результате чего появляются подобные вещи.
Погладив его по лицу, она запустила пальцы в волосы Кармина, вновь знакомясь с его чертами. Зашевелившись, он пробормотал нечто неразборчивое и открыл глаза. Отшатнувшись, он едва не упал с кровати. Хейвен поспешно отдернула руку.
– Ты проснулась! – воскликнул Кармин. Хейвен широко улыбнулась, услышав его голос. Она постаралась совладать с эмоциями, однако они оказались сильнее нее. Кармин стер слезы, покатившиеся по ее щекам. – Ты в порядке? Что-нибудь болит? Черт, что я несу? Разумеется, у тебя все болит!
– Всё нормально.
– Нет, это не так, – возразил Кармин. – Тебе больно, tesoro. Ты хоть представляешь, как сильно ты меня напугала? Я думал, что потерял тебя! Когда я очнулся в машине и увидел, что тебя нет рядом, мне показалось, что моя жизнь кончена. Но я поклялся, что не сдамся, и не я не сдался. Я не допускал даже мысли о жизни без тебя.
– Я жива, – сказала Хейвен сквозь слезы.
– Да, но…
– Никаких «но», – перебила она. – Я тоже думала, что потеряла тебя. Я умоляла их оставить тебя в покое после аварии.
– Ты умоляла их?
– Они собирались убить тебя, – ответила Хейвен срывающимся голосом, вспоминая пережитое. – Я пообещала им, что поеду с ним, что с не стану сопротивляться, если они сохранят тебе жизнь. Я бы все отдала ради этого.
– Ты пожертвовала бы собой ради меня? – спросил Кармин, смотря на Хейвен со всей серьезностью. – Ты бы отдала свою жизнь взамен моей?
– Да. Разве ты не поступил бы так же?
– Ты же знаешь, что поступил бы.
Кармин попытался обнять ее, однако сделать это было непросто, учитывая их травмы. Охнув, они оба поморщились от боли. Перевязанная рука мешала Кармину обнять Хейвен должным образом.
– Твоя рука… – сказала Хейвен, уткнувшись носом в грудь Кармина.
– Пуля задела кость, поэтому им пришлось перебинтовать руку.
Хейвен напряглась.
– Пуля?
– Да. Ничего страшного, пустяки.
– Ничего страшного? В тебя стреляли!
– Да, Нунцио.
– Боже, где он?
– Расслабься, он мертв, – заверил ее Кармин. – Он и все остальные.
– Они мертвы? –
Кармин улыбнулся, услышав ее вопрос.
– С утра был жив, – ответил он, потянувшись за ее рукой и прижав ее к своему сердцу. – Кажется, оно бьется.
– Так и есть, – Хейвен улыбнулась, смотря в глаза Кармина – в глаза, которые она боялась никогда больше не увидеть. – Мне так тебя не хватало.
– Mi sei mancata, – ответил Кармин. – Я так рад, что ты пришла в сознание.
– Где ты был ночью?
– У меня возникло одно дело, – ответил Кармин, помедлив.
– Какое?
– В данный момент это не имеет большого значения.
– Твой отец сказал мне ровно то же самое.
– Значит, ты уже получила ответ. Пожалуй, нам следует к нему прислушаться.
– Ты же бунтарь. С каких пор ты его слушаешься? – спросила Хейвен, с удивлением смотря на Кармина.
– Я никогда не слушался его раньше и посмотри, к чему это нас привело, tesoro. Полагаю, пора к нему прислушаться – похоже, он хорошо понимает то, о чем говорит, – ответил Кармин, делая паузу. – По крайней мере, иногда. В остальных случаях я, как и прежде, уверен в том, что он ни черта не смыслит.
Хейвен рассмеялась, выслушав его ответ. Лежа в тишине, и обнимая Кармина, она попыталась систематизировать мысли, беспорядочно витавшие у нее в голове. Однако сделать это было нелегко в силу крайней обрывочности сохранившихся воспоминаний и странной напряженности, воцарившейся в комнате.
– Всё хорошо?
– Да, а что? – спросил Кармин.
– Не знаю. Я просто переживала…
– Прекрати переживать, – сказал Кармин строго. – Ты должна сосредоточиться на выздоровлении.
– Ты снова говоришь, как отец, – заметила Хейвен, чувствуя, что пространные ответы Кармина нисколько не ослабляли ее страхов.
– Видимо, я похож на него куда больше, чем мы думали.
– Ты совершенно не такой, – возразила Хейвен. – Ты никогда не будешь таким, как он.
– Я не был бы в этом так уверен.
Хейвен с замешательством посмотрела на Кармина, не поняв, что именно он имел в виду, однако их беседу прервал раздавшийся стук в дверь.
– Легок на помине, – воскликнул Кармин.
– Некрасиво судачить о других людях, – сказал доктор ДеМарко, заходя в комнату.
– Все, что я говорю за твоей спиной, я смогу сказать тебе в лицо.
Доктор ДеМарко рассмеялся.
– И то верно, сын. Ты никогда не умел держать язык за зубами.
– Разве не этому, среди прочего, я обязан своим везеньем?
– Я бы не назвал это везеньем, – заметил доктор ДеМарко. – Твой рот создает тебе проблемы так же часто, как и помогает их избежать.
– Хейвен никогда не жаловалась на мой рот, – ответил Кармин шутливо. Покраснев, Хейвен пихнула его локтем по ребрам. Несмотря на то, что ее удар был едва ощутимым, Кармин стиснул зубы для того, чтобы не вскрикнуть от боли.