Вечер вне дома
Шрифт:
– Ну-ну, давай без шуток! Я уже давно совершеннолетний. Не думай, что тебе удастся выставить меня!
– Нет, вы уйдете! – резко сказала Гильда. – Пока что я не принадлежу вам, Луи, и не желаю, чтобы в моей гримерной находился посторонний мужчина.
– Ты еще не моя, но скоро станешь ею, – пообещал Луи, подходя к двери. – И если ты такая же бойкая в постели, как сейчас, я ни о чем не пожалею!
Дверь захлопнулась перед его носом.
Гильда с трудом перевела дыхание, потом отворила дверь и осторожно
– Сион, у меня неприятности, – задыхаясь проговорила она, после того, как О'Брайена пригласили к телефону.
– Тем лучше, милая. Собственно, я для того и живу, чтобы помогать тебе. Что случилось?
Гильда улыбнулась. Какое счастье иметь такого жениха! Она верила О'Брайену безоговорочно. Он действительно готов был пожертвовать для нее жизнью.
– Ко мне только что приходил Луи Манчини, тот, который вчера вечером сказал Джонни адрес Фей. Он пытается шантажировать меня, говорит, что если я не соглашусь провести с ним сегодняшнюю ночь, он выдаст брата.
– О чем ты тревожишься, моя прелесть? – нежно спросил О'Брайен. – Это не у тебя, а у Манчини неприятности. Забудь о его существовании, теперь это моя проблема. Он сейчас в клубе?
– Через час он станет ждать меня у служебного выхода.
– Отлично! Не тревожься. Я приду в конце твоего номера. Мы выйдем вместе. Не думай больше об этом дурачке.
Спокойствие О'Брайена напугало Гильду.
– Но ты ведь не будешь драться с ним, Сион? Если Луи разозлить, он становится просто диким. Если он расскажет полиции…
– Все в порядке, – терпеливо убеждал ее О'Брайен. – Я знаю, как заткнуть ему глотку. Успокойся, девочка. До скорого.
Без двадцати пяти одиннадцать Манчини вышел из ночного клуба и, обойдя его, остановился у служебного входа. Настроение было превосходным: завтра ему будет о чем рассказать друзьям!
Сейчас выйдет Гильда. Лучше бы ей не опаздывать, она еще не знает, на что способен Луи. Парень может быть нежным или грубым с курочкой, это ему решать, так что зря она заставляет его ждать. Ей бы следовало поторопиться, чтобы не иметь неприятностей.
Внезапно откуда-то из темноты, держа руки в карманах, появился Такс.
– Эй, Луи! – позвал он. – Что это ты здесь околачиваешься?
Манчини бросил на него злобный взгляд. Откуда мог взяться этот тип?
– Жду одну курочку, – стараясь не рассердить Такса, отозвался он. – Двоим здесь делать нечего, так что топай, друг, не нужно мне мешать.
Такс ухмыльнулся, и внезапно Манчини почувствовал себя неуютно.
– Эта курочка случайно не мисс Доман?
– Тебя это не касается, – делая шаг назад, проговорил Луи.
– Касается, касается, – улыбнулся Такс, вынимая
Луи отшатнулся и почувствовал во рту привкус крови. Как загипнотизированный, он смотрел на пистолет.
– Иди-иди! – поторопил громила. – Детки не должны играть со спичками.
– О'Брайен? – переспросил Луи. – Почему же она мне не сказала?
– Ас какой стати она вообще должна разговаривать с таким дерьмом? – удивился Такс, поигрывая оружием. – Ну, топай!
Неверными шагами Манчини пошел прочь. Он слишком хорошо знал Такса, чтобы пререкаться с ним. В конце аллеи стояла машина, за рулем которой сидел Вайти, жизнерадостный небритый детина. Длинные пряди волос падали ему на лоб и уши.
– Эй, Луи! – гримасничая, позвал он. – Тот день, когда мне не удается глянуть на тебя хоть глазком, я считаю вычеркнутым из жизни.
Луи, подталкиваемый Таксом, влез на заднее сиденье.
– Куда поедем, Такс? – глухо спросил он.
– Ты поедешь к себе домой, дружок.
– Но ведь это не та дорога… – простонал Луи. – Послушай, Такс, я же не знал, что это невеста О'Брайена.
– Должен был знать! И потом, что это за разговоры насчет Джонни Домана?
Луи привалился к спинке сиденья, стараясь промакнуть холодный пот, текущий вдоль позвоночника.
– Что за глупости, Такс. Мне просто понравилась мисс Доман, и я хотел заставить ее встретиться со мной. Я же не знал про О'Брайена. Что такого я сделал?
– Патрон не любит, когда пугают эту девушку, – сказал Такс. – Хорошо, Вайти, остановись здесь.
Вайти затормозил, и машина, проехав немного по инерции, остановилась. Луи с ужасом понял, что они находятся на пустынном берегу реки.
– Такс, послушай… Клянусь тебе…
– Не стоит, дружок, – заявил Такс, вылезая из машины, и дулом пистолета показывая Манчини, чтобы он сделал то же. – Ну, выходи!
Вайти взял велосипедную цепь и медленно обернул ее вокруг кулака.
Луи вышел из машины. Его колени так сильно тряслись, что он еле держался на ногах.
Такс спрятал пистолет и тоже взял велосипедную цепь.
– Мы просто всыпем тебе, парень, – зловеще сказал он. – Патрон не любит, когда клиентов убивают. Нужно только вправить тебе мозги, чтобы ты не приставал к чужим невестам и не лез с разговорами к фликам. Ну, а если ты ничего не поймешь, я примусь за тебя как следует, и тогда уже не смогу гарантировать тебе жизнь. Давай-ка, разомнемся, Вайти, – позвал он.
– Не подходите ко мне! – завизжал Луи, пытаясь спрятать лицо.
Гангстеры неторопливо приближались к нему. На реке было пустынно, и никто не слышал страшного крика, когда велосипедная цепь обрушилась на голову Луи.