Вечер вдвоем
Шрифт:
Несмотря на это, Айрин снова улыбнулась и с иронией проговорила:
— Не отказывай мне хотя бы в малой толике ума, Майкл. Нужно быть сумасшедшей, чтобы связываться с тобой. Слава Богу, в нашей семье не наблюдалось случаев помешательства.
— Многие женщины не считают это помешательством, — с мечтательным блеском в глазах возразил Майкл.
— Ага, вот ты и попался! Признался, что их много. Бьюсь об заклад, что цветочники всего мира от радости потирают руки, когда ты въезжаешь в их город.
Глубокий, хрипловатый
— Вношу свой вклад в экономику, — обезоруживающе Майкл улыбнулся, демонстрируя, словно бы она в этом нуждалась, как легко ему сводить женщин с ума.
— Видимо, больший, чем позволяют твои доходы, — съязвила она, вызвав новый приступ смеха у Майкла. — Я рада, что мои слова тебя развлекают, — едко добавила она.
— Одно из двух: либо смеяться над тобой, либо целовать тебя, — ответил он, заставив ее покраснеть еще больше.
Нервы Айрин, не выдержав нового, опасного, поворота разговора, вконец сдали.
— Даже не надейся, что я позволю тебе поцеловать меня! — гневно воскликнула она.
— Милая, если бы мне захотелось, я сделал бы это незамедлительно.
В горле Айрин пересохло. К чему эти слова о поцелуях? Какую игру он ведет? Она выпрямилась во весь свой маловпечатляющий, даже при трехдюймовых каблуках, рост.
— Пока я дышу, тебе не сделать это, Майкл Эббот!
Глаза Майкла искрились весельем.
— Ты как будто бросаешь мне вызов, а? Позволишь ли ты поцеловать тебя, Айрин?
Его голос звучал так мягко, а то, что он произнес ее имя вместо обычного «милая», было так неожиданно, что у Айрин перехватило дыхание. Хотела ли она его поцелуев? Да она только об этом и грезила! Айрин пришла в смятение. Что ему до ее чувств, если женщины, по мнению Майкла, созданы только для развлечений или наслаждений? Нет, она не может допустить этого и вполне в силах совладать с собой.
— Дотронься до меня лишь пальцем и я сломаю тебе руку!
— Неужели ты способна на такое?
Айрин холодно улыбнулась.
— А ты сомневаешься?
Современная женщина, если у нее хватает ума, заботится о том, чтобы суметь постоять за себя в подобных ситуациях. Айрин взяла несколько уроков самообороны, и, хотя ей еще не приходилось применять свои навыки на практике, она знала, что пара-тройка приемов может неприятно удивить Майкла.
Похоже, он догадался о серьезности ее намерений, поскольку, тряхнув головой, примиряюще проговорил:
— Думаю, провоцировать тебя — большая глупость, а моя мать очень старалась не вырастить своего сына дураком.
Почувствовав, что угроза — мнимая или настоящая — миновала, Айрин сменила тон.
— Какая
— Она полагала, что рано или поздно рядом со мной появится настоящая женщина, которая доведет ее дело до конца.
Ответ Майкла свидетельствовал о том, что он вполне понимает, о чем идет речь.
— А как ты узнаешь, настоящая она или нет? — вопреки своему желанию, заинтересовалась Айрин.
Он пожал плечами.
— Просто увижу ее и пойму, что это она. Айрин снова утратила восстановленное с трудом душевное равновесие.
— А до тех пор будешь продолжать соблазнять ненастоящих?
Ее язвительные слова не вызвали должного раскаяния у Майкла.
— Пока не изобрели что-то другое, я обречен вести такую жизнь, — притворно вздохнул он. — Знаешь, я всегда рад поболтать с тобой о том о сем, но не могла бы ты все же сказать, чем на сей раз вызван интерес твоего деда к моей персоне?
Айрин покраснела, осознав, как далеко от основной темы увела их перепалка. Майклу всегда хорошо удавался этот трюк — еще одна особенность, так раздражавшая ее в нем. Впредь следует внимательнее следить за нитью разговора. Уже который раз давала она себе такое обещание и каждый раз забывала о нем. Айрин нахмурилась, собираясь с мыслями.
— Я не знаю, в чем дело.
— Старик велел тебе держать язык за зубами? — удивленно спросил он. — Ладно, не буду вытягивать из тебя информацию, но хотя бы намекнуть ты можешь?
В голосе Майкла звучали мягкие, убеждающие интонации, которые всегда срабатывали в подобных ситуациях. Но на этот раз он был абсолютно бессилен: Айрин действительно ничего не знала и смогла только заметить, что Тимоти чем-то сильно обеспокоен в последнее время.
— Не буду скрывать, Майкл: мне это очень не нравится, — добавила она.
— Не заболел ли он?
Искренняя тревога, прозвучавшая в его голосе, настроила Айрин на более миролюбивый лад.
— Да нет, две недели назад Тимоти прошел медицинское обследование, и все показатели были в норме, — поспешила рассеять его подозрения Айрин. — Тут что-то другое, и, похоже, ты — единственный человек, который может помочь ему.
Айрин пристально и с надеждой посмотрела на него. Майкл вздохнул и провел рукой по волосам.
— Будь это кто-то другой, я бы предположил, что здесь замешана женщина. Кто-то, но не Тимоти. Веди меня скорее, я хочу узнать, что стряслось со стариком.
Он поспешил за Айрин и вскоре вошел в большую комнату, служившую Тимоти кабинетом. Тот восседал за огромным, старинной работы письменным столом. В свои семьдесят с лишним лет этот молодцеватый красивый мужчина продолжал привлекать внимание женщин, пожалуй, не меньше, чем Майкл, однако оставался верным боготворимой им жене, умершей несколько лет назад.