Вашингтонское убийство
Шрифт:
— Сейчас скажу,— успокоила ее Сара и, подойдя к длинному столу, обратилась к яванцу: — Пиланг, можно еще половник вашего супа? Превосходный суп. Даже в лучших ресторанах Джакарты не получишь такого.
От удовольствия Пиланг так и расплылся в улыбке.
— О, леди бывать Джакарта! Раньше там хорошо было служить повар в богатый дом. Теперь не так хорошо. Больше нет богатый голландцы. А здесь много богатый люди, и я готовить им мой особый блюда.
— Ну, это нам очень повезло,— сказала Сара.— А где вы берете все
— О, нет. Я получать их в особый жестянки прямо из Джакарта. Там у меня для этого особый друзья — они посылать. Очень дорого. Но Чиверы — очень богатый.
И он снова осклабился.
— А случалось, чтобы эти ваши жестянки кто-нибудь крал?
— Леди?
— Ну. мне просто любопытно: вы не припоминаете случайно, с полгода тому назад у вас не пропала одна такая жестянка?
Пиланг широко раскрыл глаза, но тотчас же его коричневое лицо превратилось в непроницаемую маску.
— Одна жестянка? Большой дело! Может, и пропадать. Я не помнить.
— Ну что ж, Пиланг. Спасибо за суп, я его никогда не забуду.
Увидев, что у буфета снова столпились гости — они накладывали себе на блюдечки ломтики свежих фруктов в ликере,— Сара вернулась к своему столику.
— Пиланг рассказывал мне про жестянки, которые он получает из Джакарты,— обратилась она к Этель.
— Ох уж эти жестянки! Пиланг с Джерри разработали целый сложный план, как их добывать. Они стоят нам бешеных денег — я уверена, что Пиланг и его дружки хорошенько на них наживаются. Ну, как тебе понравился наш яванский ужин? — осведомилась Этель. И тем же самым тоном добавила: — Керк говорит, ты считаешь, что Тома убили.
— А тебе самой никогда это не приходило в голову? — спросила Сара.
— Что за гадкие мысли, Сар! Ну зачем ты так?
— На моем месте, Этель, ты подумала бы то же самое.
— Да, пожалуй. Может быть, это дело рук Артуро. Насколько мне известно, именно так считает Керк. Но ведь прошло уже столько времени — разве теперь можно что-нибудь установить? Для тебя это, разумеется, имеет значение, я понимаю. Джерри! — окликнула она мужа, проходившего мимо.— Посиди с Сарой, я схожу посмотрю, что делается в салоне. Оставайся, Сар. Когда все разойдутся, мы хорошенько поговорим.
Она поднялась из-за стола, и Чивер сел на ее место. По нему совершенно не было видно, что выпил он порядочно. Он отлично владел своим голосом.
— Ну, как поживает богиня Диана? — спросил он добродушно-насмешливо.— Керк показал мне письмо Тома, и я позволил себе ознакомить с его содержанием остальных членов семьи. Ах да, ты ведь хочешь его получить обратно. На, держи.
Он вынул письмо из кармана, и Сара спрятала его в сумочку.
— Джерри, ты разделяешь мнение Керка, что Тома убил Артуро Оливарес?
Чивер понизил голос:
— Ответить на этот вопрос чертовски трудно.
— Я и не собираюсь, Джерри. Просто сделаю то, что считаю своим профессиональным долгом. Том погиб, работая над важной статьей. И я намерена докончить ее за него.
Столовая понемногу пустела, стулья освобождались один за другим, и вскоре Сара с Чивером остались за своим столиком вдвоем.
— Ну и как у тебя идет дело? — поинтересовался Чивер.
— Кое-что начинает вырисовываться.
— Понятно. Надеюсь, Сар, ты не натворишь ошибок.
— Постараюсь.
— Еще стаканчик вина?
— Нет, спасибо. Вино превосходное и ужин тоже, но с меня достаточно. Тебя, должно быть, тоска берет — сидеть и смотреть, как я ем. Право же, с меня предостаточно. Пойдем?
...В двенадцатом часу последние гости покинули дом Чиверов; оставались только Сара и Керк.
Вот уже с полчаса Сара сидела в саду одна, на той же скамье, где раньше сидела с Керком.
Горькое чувство одиночества овладело ею, ей хотелось заплакать, но она поборола искушение — сейчас не время жалеть себя и предаваться сантиментам. Она так углубилась в свои мысли, что не видела Керка, шагавшего к ней по залитой лунным светом лужайке — заметила его, лишь когда он был уже в двух шагах от скамьи. Как раз в этот момент он заговорил, и по его голосу чувствовалось, что он раздражен до последней степени.
— Сара, ради всего святого, что ты тут делаешь? И вообще что ты затеяла? Ты же ставишь Чиверов в очень неловкое положение.
— В самом деле, неудобно,— сказала она и поднялась со скамьи.
— Все уже разошлись. Я обещал отвезти тебя домой. Ты готова ехать?
— Нет, Керк. Я тебя задерживаю? Мне надо кое о чем переговорить с Чиверами.
— О господи! Чего ты добьешься? Они же с ног валятся. Мы все умираем хотим спать. Чертовски неподходящий момент для разговора.
— Для того, что я собираюсь им сообщить, любой момент будет чертовски неподходящим.
— Как это понимать? — раздраженно бросил Керк.
Он стоял перед ней — большой, сильный — и сердито смотрел на нее; но постепенно взгляд его смягчился, и он сказал глуховатым голосом:
— Ты дьявольски хорошенькая сейчас — волосы у тебя подсвечены луной...
Она вдруг испугалась, как бы он ее не обнял, и быстро шагнула вбок, мимо него.
— Пошли в дом,— сказала она.— Тебе тоже нужно это послушать...
Глава V
У ПЕРЕНОСНОГО БАРА