Вась
Шрифт:
Спустя пятнадцать минут, одетый, умытый и готовый ко всему я сбежал по лестнице общежития, попутно здороваясь со всеми знакомыми и поспешил в сторону ангаров. Грав на этот раз я брать не стал, решив продолжить разминку и хорошо пробежаться перед вылетом.
Вот вы, наверное, спросите, а какого хрена четырнадцатилетнего подростка (на самом деле можно считать пятнадцатилетнего), да ещё и первого курса обучения пускают в боевую машину. И будете не правы. Некорректен сам вопрос, ведь всё дело в системе оценки пилота.
Как вы уже уяснили,
В моём случае компьютер засчитал мне практику индивидуального боя по самой высокой категории. Ещё бы, после геройств в двух реальных схватках, да ещё и с учётом семикратной победы над олухом Гвидо. Этого с лихвой хватило даже без рассмотрения итогов моей виртуальной деятельности. Ну и второе место на юношеских соревнованиях Сангории в зачёт не пошло, не пойму, кстати, почему.
В общем, интеллект Академии признал, что в этой дисциплине ничего сверх того, чем я уже владел, академический курс мне не даст. Любительским навыкам, конечно, требовалась шлифовка профессионалов, но именно она и была доступна в реальной схватке.
То же самое произошло и с парными боями, действиями в составе авиакрыла (спасибо, родная гильдия) и несколькими не столь значимыми дисциплинами.
Правда перед посадкой в настоящее кресло пилота мне пришлось пройти уйму психологических тестов и получить заключение комиссии по пригодности к боевым полётам. Но это были только цветочки.
Мне пришлось в общей сложности в течение трёх месяцев налетать более трёхсот реальных часов в перерывах между сном и занятиями. Миносом было то, что так я не уставал никогда в жизни.
Плюсом служил полученный мною полный допуск к пилотированию любых типов малых боевых судов, чем не все третьекурсники похвастаться могли, повышение пси-индекса и улучшение способности к распределению энергии.
– Марина!
– прокричал я, завидев фигурку впереди.
Девушка, не торопясь двигавшаяся в сторону тренировочных ангаров притормозила и обернулась.
– Васька, привет. Решил сегодня опять до ночи заниматься? Смотри, станешь слишком умным, девушки любить не будут.
Я что-то пробурчал в ответ. Вот откуда у неё способность сбивать меня с толку? Никакие способности не помогают, становлюсь какой-то сомнамбулой в её присутствии.
С усилием взяв себя в руки, я пристроился рядом. Трёхкилометровый забег никак не отразился на частоте моего дыхания и я решил поддержать беседу.
– Марин, а ты чем в ближайшие выходные занимаешься?
Она на меня посмотрела с удивлением.
– Мы с Мишкой хотим на Тени в астероидный пояс слетать, давай с нами?
– продолжил я.
Мне показалось, или искорки в карих глазах погасли, а лицо вновь стало обычно-дружелюбным.
– А знаешь, давай, - спустя полминуты ответила она.
Уф.
– Но чур, - лукавая улыбка, - я пилотирую.
Да на здоровье. С Тенью они уже давно познакомились и вполне друг друга понимали.
Я принялся прикидывать, надо ли чего с собой брать в дорогу. Мы ведь не просто развлекаться летим, а ещё и попрактиковаться в скоростном маневрировании среди летающих обломков, окружающих Датрус-2. А где ещё троим молодым кадетам найти подходящий полигон для тренировок, да ещё и пострелять всласть. Да и корабль никто не доверит.
До конца мысль додумать я не успел. Узкая дорожка кончилась, выведя нас к громаде открытых ворот многоярусного ангара. Все сторонние мысли и переживания мигом выветрились из головы.
Алексей Максимович, уже в преклонном возрасте, но всё ещё подтянутый и поддерживающий себя в форме ветеран, наш инструктор лётной подготовки, как раз обсуждал что-то с собравшимися кадетами.
– А вот и последние, как раз вовремя.
Мы кивнули знакомым и влились в общую группу.
– Тогда слушайте, что вас сегодня ждёт...
Что мне больше всего нравилось в Звёздной Академии, так это общая атмосфера - ровная и умиротворяющая. Никаких армейских криков, преподаватель в жизни не опустится до оскорблений или криков.
Никто не смел поднимать меня с кровати ранним утром, поскольку в первой половине дня занятий не проводилось. Исключение - лётная подготовка, но после получения допуска я занимался наравне со вторым курсом, иногда участвовал в занятиях третьего. Случалось это пару-тройку раз в неделю, не чаще.
В основном с утра все спешили в кабины ментальных усилителей, самое лучшее время для усвоения информации. Я, же, к зависти моей группы, дрых до полудня, после чего спокойно шёл на лекции, а после них уже отправлялся загружать память программой обучения и дополнительными материалами, которые всегда пригодятся. Конечно, я же мог провести в кабинке памяти не полчаса-час, а все шесть, пока не надоест или, что куда чаще случалось, пока не проголодаюсь. Мой резерв позволял скрупулёзно, несколько часов кряду посвятить одной теме, зато после выхода из полутьмы кабины я знал её от и до.
С первых же дней всех кадетов приучали к тому, что мы - элита, офицеры Флота. Каждый проживал в отдельной комнате, никаких казарменных условиях, как у пехоты. Порядок поддерживался автоматикой, встроенной в стены. Да ладно, даже полноценный вирт с силовым шлемом присутствовал, вмонтированный в спальное место. Таким образом, можно было пользоваться любыми ресурсами сети, как внутренней, так и внешней, днём и ночью.
Всем, кто старался, выбивался из сил, но упорно шёл вперёд, демонстрируя результаты, платили стипендию. Мне она тоже была положена, именно на неё я и старался жить, помня предостережения майора и не шикуя на упавшие с неба средства. Сестрёнка примерно так же вела себя, благо на Сангории мы к подобному образу жизни привыкли.