Вариант единорога
Шрифт:
— Спасибо,— сказал мужчина, повернулся и пошел к выходу, держа покупку в руке.
— Спокойной ночи, удачи вам,— сказал я. Звуки далекого уличного движения донеслись до меня, когда дверь открылась, и затихли, когда она закрылась.
Я вздохнул и взял свою чашку кофе. Вернулся к креслу перед телевизором. Только что пошла реклама зубной пасты. Я переждал ее, зато потом была Бетти Девис... Через секунду я услышал покашливание за спиной. Обернувшись, я увидел высокого темноволосого и темноусого мужчину в бежевом пальто. Он выглядел хмурым.
—
— Мне нужны серебряные пули,— ответил он.
— Какого калибра?
— Тридцать шестого. Мне нужно два ящика.
— Выбирайте.
Когда он вышел, я прошел в туалет и вылил кофе в раковину. Потом налил себе свежего из кофейника у прилавка.
По пути назад в уютный уголок магазина я был остановлен одетым в кожу юношей с розовой прической панка. Он стоял, уставившись на узкий, длинный опечатанный футляр, висящий высоко на стене.
— Эй, сколько он стоит? — спросил он меня.
— Эта вещь не продается. Это демонстрационная модель.
Он вытащил толстую пачку банкнотов и протянул мне, не отводя мечтательного взгляда от блестящей вещи, висевшей вверху.
— Мне нужен заколдованный меч,— сказал он просительно.
— Извини. Я могу продать тебе тибетский кинжал, поражающий привидения, но меч только для осмотра здесь.
Он внезапно повернулся ко мне:
— Если ты когда-нибудь передумаешь...
— Я не передумаю.
Он пожал плечами и пошел прочь, растворившись в ночи.
Когда я огибал угол, Вик остановил меня взглядом и прикрыл телефонную трубку ладонью.
— Хозяин,— сообщил он мне,— эта женщина говорит, что китайский демон посещает ее каждую ночь...
— Пусть зайдет, мы дадим ей храмовую постельную собачку.
— Хорошо.
Я отпил кофе и добрался до своего кресла, в то время как Вик заканчивал разговор. Маленькая рыжеволосая женщина, которая рассматривала что-то в витрине, выбрала момент и приблизилась ко мне.
— Простите,— сказала она.— Есть ли у вас аконит?
— Да, есть,— начал я и тут услышал резкий звук, как будто кто-то бросил камень в дверь черного хода.
Я знал точно, кто это мог быть.
— Простите меня,— сказал я.— Вик, не будешь ли ты так любезен позаботиться о даме?
— Сию минуту.
Вик подошел, высокий и сильный, и она улыбнулась. Я повернулся и прошел через заднюю часть магазина. Отпер тяжелую дверь, которая выходила в узкий проулок, и оставил ее открытой. Как я и подозревал, здесь никого не было.
Я осмотрел землю. Рядом с лужей лежала летучая мышь, слегка подергиваясь. Я остановился, легонько тронул ее и сказал:
— Все в порядке. Я здесь. Все в порядке.
Я вернулся внутрь, оставив дверь открытой. По пути к холодильнику позвал:
— Лео, я даю тебе разрешение войти. Только на этот раз. Только в эту комнату, и никуда более.
Минутой позже он вошел, пошатываясь. Он был одет в темный поношенный костюм и грязную рубашку. Волосы были всклокочены, на лбу синяк. Он протянул дрожащую
— Есть ли у тебя немного?
— Вот.
Я передал ему бутылку, которую только что открыл, и он сделал большой глоток. Потом он медленно сел в кресло за маленьким столиком. Я вернулся назад и закрыл дверь, потом сел напротив с чашкой кофе. Я дал ему время сделать еще несколько глотков и прийти в себя.
— Не могу даже толком попасть в вену,— пробормотал он, беря бутылку в последний раз.
Затем он поставил ее, взъерошил волосы, потер глаза и уставился на меня зловещим взглядом.
— Я могу сообщить о местонахождении троих, которые сейчас двигаются к городу,— сказал он.— Какова будет плата?
— Еще бутылка.
— За троих? Черт побери! Я должен был сообщить о них по одному и...
— Мне не слишком нужна твоя информация. Я только снабжаю ею тех, кому она нужна, чтобы они сами заботились о себе. Мне нравится иметь сведения такого сорта, но...
— Мне нужно шесть бутылок.
Я покачал головой:
— Лео, ты знаешь, чем это кончится? Ты не вернешься и...
— Шесть бутылок.
— Я не хочу давать их тебе.
Он потер виски.
— Ладно,— сказал он.— Предположим, я знаю нечто касающееся лично тебя. Действительно важная информация.
— Насколько важная?
— Дело идет о жизни и смерти.
— Продолжай, Лео. Ты меня знаешь, но ты не знаешь меня настолько хорошо. Не так много в этом мире или каком-либо другом...
Он назвал имя.
— Что?
Он повторил, но мой желудок уже среагировал.
— Шесть бутылок,— сказал он.
— Хорошо. Что ты знаешь?
Он посмотрел на холодильник. Я доставал и упаковывал каждую бутылку отдельно. Затем положил все в большую коричневую сумку. Я поставил ее на пол рядом с его креслом. Он даже не посмотрел вниз. Он только качал головой.
— Теперь рассказывай,— сказал я.
— Он пришел в город пару недель назад. Осматривался. Искал тебя. И сегодня именно та ночь. Он поразит тебя.
— Где он?
— Сейчас? Не знаю. Хотя он на подходе. Он созвал всех на встречу. Пригласил ко Всем Святым за рекой. Сказал нам, что собирается убрать тебя, причем сделает это без вреда для нас, так как желает завладеть этой территорией.
Он взглянул на маленькое зарешеченное окошко, расположенное высоко на задней стене.
— Лучше я пойду,— сказал он.
Я поднялся и выпустил его. Он ушел в туман, шатаясь, как пьяный.
Сегодняшняя ночь может стать и его ночью. Гемоголик. Небольшой процент из них кончает именно так. Одной шеи становится недостаточно. Через некоторое время они уже не могут летать прямо и начинают просыпаться в чужих гробах. Затем в одно прекрасное утро они не в состоянии вернуться на место. У меня было видение: Лео, в неуклюжей позе развалившийся на скамейке в парке, коричневая сумка прижата к груди костлявыми пальцами, первые солнечные лучи скользят по его лицу.