Вариант единорога

Желязны Роджер Джозеф

— Пожалуйста, попробуйте,— сказала она, облизнув губы.— Он опять зовет меня...

27

Алиса, Алиса, Алиса. Ты, должно быть, та, кто мне нужен. Ни одна из погибших женщин не смогла дать ответ. Даже если Айдон сглупил, не поняв моих намерений, и не задавал им вопросов, все равно они должны были проявить себя, совершить ошибки, выдать правду, разве не так? Виновная не пришла бы сюда... Почему, почему ты здесь? И этот незнакомец рядом с тобой... Каков твой план? Если это ты,

то почему ты здесь? Я встревожен. Я должен задать тебе много вопросов. Почему ты вернулась, Алиса, последняя моя? Это должна быть ты... не так ли? Но почему ты колеблешься? Вернись на место убийства, где ее кровь обагрила песок и где наши черепа лежат вечными свидетельствами преступления. Вернись. Нет? Тогда я призову сифон, чтобы он притянул тебя ко мне, сюда, в последнее место, возле колодца точки, который является центром этой вселенной. Вот он уже зазмеился, устремляясь вперед. Ты придешь ко мне, Алиса, здесь и сейчас, на эту священную землю истины. Я зову тебя. Ты не можешь устоять...

Не сейчас, Айдон. Не сейчас. Уходи. Уходи. Я погрузил тебя в покой. Возвращайся.

Сифон идет за тобой, Алиса.

28

— Прошу прощения,— сказал Калифрики.— Как я уже говорил вам, я не могу этого сделать.

Глядя вперед, Алиса увидела черную ленту, появляющуюся из колодца. Она начала извиваться, потом застыла и, вновь поднявшись, зазмеилась в направлении Алисы, непрерывно удлиняясь...

— Сифон,— сказала она.— Часть оборудования корабля. Универсальное устройство. Он посылает его за мной.

— Нам лучше подождать его или идти вперед?

— Я лучше пойду сама, чем меня потащат силой. Возможно, он не применит его, если я приду добровольно.

Она двинулась вперед. Черная змейка, уже скользнувшая на мост, замерла, поджидая, пока они сойдут с серебристой тропы. Когда Алиса оказалась перед лентой, та начала отступать. Шаг за шагом она змеилась обратно. Дойдя до конца моста, Алиса помедлила в сомнении, и лента сделала движение в ее сторону. Алиса решительно шагнула на скалу, и змейка продолжила отступление.

— Пришли,— сообщила она Калифрики.— Перед нами несколько выступов наподобие грубой лестницы.

Алиса начала карабкаться вверх, и, как только она добралась до песчаной плоскости, сифон исчез в колодце. Она продолжала идти вперед, глядя по сторонам. Подойдя к колодцу, она остановилась и заглянула туда.

— Мы у колодца,— сказала она, и Калифрики, убрав руку с ее плеча, потянулся, чтобы ощупать кирпичную стенку.— Он пронизывает весь этот... астероид,— продолжала она.— Точка — черная дыра — внизу, в центре. Сифон обвивается вокруг внутреннего периметра. Он сжимается, так что вполне может поместиться внутри конструкции. Внизу я вижу яркое вращение диска. Он далеко внизу — возможно, на полпути до другого выхода.

— Стало быть эта вселенная пожирается изнутри,— сказал Калифрики.— Интересно, не это ли причина вибрации?

Она прошла мимо красного пятна и черепа, чтобы взглянуть на нишу, из которой выпал череп. Второй череп еще покоился там вместе с коллекцией щипцов, дрелей,

молотков и цепей.

— Здесь орудия пыток,— заметила Алиса.

Калифрики между тем шагал по площадке, трогая все, с чем сталкивался. В конце концов он остановился около колодца. Оглянувшись, Алиса увидела, что радуга покоится на его плечах.

Вдруг, перекрывая вздохи ветра, донесся голос.

— Я убью тебя, Алиса,— сказал он,— Очень медленно и очень больно.

— Почему? — спросила она.

Голос, казалось, исходил со стороны черепа в нише. Насколько она помнила, то был голос Нельсора.

— Все остальные мертвы,— сказал он.— Теперь твоя очередь. Зачем ты вернулась?

— Я пришла помочь тебе,— сказала она.— Если смогу.

— Зачем? — спросил он, череп повернулся так, что глазницы устремились на нее.

— Потому что я люблю тебя,— ответила она.

Раздался сухой смешок.

— Как любезно с твоей стороны,— сказал голос.— Музыкальный аккомпанемент этому нежному признанию. Алисы, песню, пожалуйста.

В ту же секунду ужасные завывания возобновились, на этот раз совсем близко. На черной стене справа возникли шесть обнаженных женских фигур, дубликатов Алисы, подвешенных на цепях. Они были покрыты синяками и ссадинами, но не изуродованы. Их глаза рассеянно блуждали, не фокусируясь на предметах. В конце этой страшной шеренги висел набор цепей без пленницы.

— Когда я разделаюсь с тобой, ты присоединишься к моему хору,— продолжал голос Нельсора.

— Разделаешься? — переспросила она, вынимая из ниши пару щипцов.— При помощи этого?

— Разумеется,— был ответ.

— Я люблю тебя, Нельсор.

— Тем интереснее окажется развязка.

— Ты безумен.

— Я этого не отрицаю.

— Ты можешь забыть обо всем этом и дать мне помочь тебе?

— Забыть? Никогда. Здесь все подчиняется мне. И я не ищу твоей любви или твоей помощи.

Она взглянула на Калифрики, и он снял с плеча лук и вынул из колчана стрелу, наконечник которой радужно вспыхнул.

— Если твой друг желает проделать дырку у меня в голове, мне это безразлично. Я все равно не выпущу злого духа, сидящего во мне.

— Ты можешь восстановить свое тело и уйти со мной? — спросила она.

И вновь смех.

— Я не покину этого места, не покинешь его и ты,— сказал он.

Калифрики положил стрелу на тетиву.

— Не сейчас, Айдон! — закричал Нельсор. Затем продолжил: — Или, может, твой друг хочет пустить стрелу в глубь колодца, чтобы разрушить точку? Если он на это способен, любым способом склони его к этому. Ибо только разрушив эту вселенную, он сможет спасти тебя от моего гнева.

— Вы слышали его, Калифрики? — спросила она.

Калифрики натянул тетиву.

— Ты дура,— сказал Нельсор,— если привела с собой — из всех возможных вариантов — лучника, чтобы уничтожить меня... одного из тех легендарных стрелков, как я полагаю, кому не нужно даже видеть цель... и противопоставила его мертвецу и черной дыре.

Калифрики резко повернулся, отклонился назад, целясь стрелой в невидимую мишень у себя над головой.

— ...К тому же он дезориентирован,— добавил Нельсор.